Поиск авторов по алфавиту

IV. Отнюдь не после 539 года!

Подведём итоги. «В подлинном рассказе летописи нет места ни для Валтасара, который в «царском квар­тале» не защищался, ни для «Дария мидянина». Утверждая это, Халеви прав безусловно.

А) Создать из «сына царя» Бельшарусура того «царя Валтасара», о котором речь в книге пр. Даниила, поборникам данной гипотезы никак не удаётся 45). Если Вал-

43) Ср. прим. 85.

44) Nöldeke, 14.

45) В её пользу приводят (Köhler, 250) след. соображение: Валта­сар, Дан. 5, 7. 29, даёт Даниилу место „третьего властелина", а не вто­рого; это „всего легче“, amleichtesten, объясняется тем, что сам Вал­тасар был только соправителем своего отца Набунаида, т. е. вторым властелином. — Этот аргумент выпряден столь тонко, что от дуновения первого ветерка рвётся как паутина. „Третий князь“ не менее, „легко“ объясним и след. аналогиями. В 1885 г. кто-либо мог оказать чрезвычайно важные услуги германской империи, и все-таки его почтили бы только третьим местом: для императора Вильгельма I было бы нравственно невозможно почтить этого прусского Балата-шу-усура вторым местом, которое принадлежало князю Бисмарку. В 1890 г. какой-либо кмет мог оказать необычайнные услуги княжеству болгарскому

306

 

 

тасар стал царём с того мгновения, как недовольные Набунаидом объявили последнего лишённым престола, и затем был убит при взятии персидскими полками того укрепления, в котором засели эти недовольные; то царствование Валтасара длилось лишь несколько месяцев, прибли­зительно с июля по октябрь. С вавилонской точки зрения немогло быть речи даже о первомгоде его царствования; между тем пророк Даниил видел видение «в третий год царствования Валтасара царя». Нет надобности разъяс­нять, что и низложение Набунаида и воцарение Валтасара, и оборона какого-то квартала, и штурм персов, — все это узоры фантазии, не оправдываемые не одною строкою летописи. — Предполагать, что Валтасар ещё ранее 539 г. был признан царём, было позволительно только до 1878— 1882 гг., до обнародования контрактов Егиби и летописи Набунаида. Оба эти памятника знают только годы царствования Набу­наида от нулевого до 17-го включительно. О годах Вал­тасара ни слова.

Б) Ещё менее завидно положение тех, которые ищут после 539 г. Дария мидянина, и нужно обладать своеобразным мужеством, чтобы в 1894 г. выступить с тою ги­потезою, которую защищал Pаbbé F. dе Moor. Кто хочет смотреть на дело открытыми глазами, тот вынужден будет допустить, что — по этой гипотезе — царство вавилонское прямо сменено было царством персидским: ведь Угбару принял сдавшийся ему Вавилон в подданство царя персидского, и если потом царю персидскому угодно было на время назначить царём вавилонским мидянина (будь этот мидянин сам Угбару или другое лицо), то это ничтожное intermezzoне даёт ни малейшего права говорить ни о разделении царства между мидянами и персами, ни двух рогах — царях мидийском и персидском 46). Этот «Дарий мидянин», если и был «царём» вавилонским, то конечно не

и — был бы награждён только третьим местом: предоставить этому государственному деятелю второе место для принца кобургского было политически невозможно, так как оно находилось в цепких руках Стамбулова. Вероятно и у царя Валтасара „вторым властелином“ был свой вавилонский Бисмарк, а может быть и халдейский Стамбулов. - Но даже допустив, что Валтасар был только соправителем своего отца, мы не подвигаемся ни на шаг в решении вопроса о третьем годе царя Валтасара.

46) Дан. 5, 28; 8, 21. (20).

307

 

 

был царём мидийским. И при том, — если и не прида­вать значения тому, что летопись ни одним словом не го­ворит о воцарении какого-то мидянина, — уже чисто политические соображения способны подорвать доверие к этой гипотезе. Государь высокодаровитый, Кир поступил совсем близоруко, если, подавшись сантиментальностям, произвёл Угбару ли или другого сатрапа в цари. Киру приходилось ещё утвердить свою династию, которая должна была счи­таться 47) и с родственниками Астиага и с правами пасынков Кира (детей Амути от первого брака, внуков Астиага). Создавать новый царский род и следовательно новых претендентов на корону из потомков ли или из родственников Угбару было совсем не в интересах осно­вателя царства персидского. И он такого политического про­маха и не сделал: из летописи видно, что уже 4. нисана в первый год царствования Кира в Вавилоне (26. марта 538 г.) Камбиз, сын Кира, mKan-bu-zi-iamâruša mKu-raš, появляется на политической сцене. Ещё яснее это из «ци­линдра Кира».

„Меродах, великий господин, благословил меня, царя Кира, чтущего его, — и Камбиза, моего родного сына, и все моё войско“. „И богам шумерским и аккадским, которых Набунаид на гнев господина богов приказал свезти в Вавилон, предоставил я, по повелению Меродаха, великого господина, — поселиться в обиталищах их в сохранности и в радости сердца. Все боги, которых я возвратил в города их, пусть ежедневно молят пред Белом и Набу о моем долгоденствии, пусть замолвят за меня благо­склонное слово и скажут Меродаху, моему господину: „да (живёт) Кир царь, чтущий тебя, и Камбиз, сын его!“

В этом документ! 48) Камбиз — если выразиться языком нашего времени — объявлен наследником престола. Вавилоняне должны привыкнуть видеть в его лице того, кто некогда, как отчич, вступит на престол Кира и будет над ними царствовать.

Наконец, допустить, что Дарий мидянин, поставленный царём вавилонским, есть именно Угбару, значит запу­таться в сильнейшие затруднения при чтении гл. 6 кн. пр. Даниила. Предполагаемый Угбару от всего сердца хочет

47) Unger, 259. 262.

48) Hagen, 13.

308

 

 

«спасти Даниила, и далее до захождения солнца старается избавить его» из капкана, подставленного вавилонянами, и беспомощно склоняет перед ними свою голову. Историче­ский Угбару средство спасения    нашёл бы и расправился бы с своими лукавнующими подданными по-восточному. Они, эти хитрецы, имели неосторожность употреблять выражение «закон мидийский и персидский», «закон мидян и персов» (6, 8. 12. 15). Такие «воровские» речи ему, ми­дянину на персидской службе, — ему, царю милостью царя персидского,— слушать было совсем «непригоже». Оставив эти льстивые речи без грозного опротестования, Угбару рисковал тем, что ему когда-нибудь скажут: ты сам изменник! Что в 538 и след. годах лояльный человек мог говорить только о «законах персидских и мидийских», только о «персах и мидянах», это ясно и без доказательств и видно из Есф. 1, 19. 18. 3.

Столь же невероятно и то, чтобы на Угбару возложена была обязанность ставить 120 сатрапов во «всём царстве» (6, 1). Если при Ксерксе во всем царстве персидском «от Индии до Эфиопии» было всего только 127 обла­стей      (medînôt) (Есф. 1, 1; 8, 9), то видимо на 120 обла­стей разделялись все владения Кира, а не одна только Вавилония.

Итак, ни в 539 г. ни после этого года ни Валтасар ни Дарий мидянин невозможны.

«Ещё в 1880 г. в мемуаре о Кире я пытался дока­зать,— говорит Халеви, — что Валтасара только в том случае можно признать за историческую личность, если он одно и то же лицо с Набонидом». Но в этом-то и за­ключается πρῶτον ψεῦδоς и парижского ассириолога и едва ли не всех учёных, отрицающих историческую достоверность книги прор. Даниила, что они непремерно хотят «поверять» её известия каноном Птолемея.

 


Страница сгенерирована за 0.12 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.