13776 работ.
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z Без автора
Автор:Ефрем Сирин, преподобный
Ефрем Сирин, прп. 45. Слово о Аврааме и Исааке
(По славянскому переводу, часть 1. Слово 109)
Переселил Бог праведного Авраама от сродников его и от всех ему своих; терпит он бедствия на чужой стороне и с упованием ждет исполнения обетования. Великое налагается на патриарха испытание, которым и доказана твердость его перед Богом. Много проходит времени; юность, наконец, увяла как цвет; старость при дверях; природа, преклоняясь к дряхлости и терпя свойственное ей, изнемогла; и в нем, и в супруге его угасли от старости и крепость, и способность к чадородию; у обоих тела, с утратой их юности, стали согбены по закону естества. Но сильна была в
335
них надежда на Бога. Она не только не старела, но даже была непреодолима.
Поэтому-то, сверх упования, Авраам родил Исаака, который во всем прообразовал собой Владыку. Ибо было не делом естества, чтобы мертвая утроба зачала, и сухие сосцы снабжали млеком Исаака; не делом естества было также то, что Дева Мария зачала без мужа и без растления родила Спасителя вселенной. Господь Сарру в старости соделал матерью, а Марию после рождения показал Девой. Ангел говорил патриарху, когда он сидел при входе в шатер свой: в сие время... будет Сарре сын (Быт.18:14). Ангел в Вифлееме сказал Марии: и се, заченши во чреве и родиши сына... Благодатная (Лк.1:31,28). Рассмеялась Сарра, зная свое неплодство, смотря на омертвение, не поверив слову. «Как этому быть, - говорит она, - когда я и Авраам не способны уже к плодоношению?» Недоумевала и Мария, видя свое девство и храня его печати нерушимыми: како будет сие, идеже мужа не знаю? (Лк.1:34). Ибо обетование было странным для естества. Но сверх упования Давший Сарре Исаака, от Девы Сам родился по плоти. Обрадованы были Сарра и Авраам, когда родился Исаак, как сказал Бог; обрадованы были Мария и Иосиф, когда родился Иисус, как сказал Гавриил; обильно текли в уста Исааку источники млека от заматеревшей летами; обильно сосцы Девы источали млеко Питающему все концы мира. Кто сказал бы Аврааму: Сарра будет кормить детей грудью? - восклицала неплодная (Быт.21:7). «Кто сказал бы людям, что Я, Дева, родила и питаю млеком?» - говорила Мария. Не ради Исаака смеялась Сарра, но ради Того, Кто родился от Марии. И как Иоанн взыгранием, так Сарра смехом выразили радость. Младенец возрастал, приходя в цветущий возраст юношей; был строен и прекрасен, с лепотой тела ежедневно преумножал в себе и доблести душевные, приводя в восхищение родителей. Подражайте этому и вы, у кого есть дети. Как восхищается отец, видя юного
336
сына, и как радуется, примечая, что отрок успевает и прилежен к наукам!
Но когда Авраам, видя это, радовался, наложено на него было искушение и тяжкое испытание, чтобы соделалось явным, чему отдает он более предпочтения - естественной ли склонности, или любви к Богу? Пересказывая об этом болезненном искушении, прихожу я, возлюбленные, в трепет и ужас. Бог снова беседует с Авраамом и, называя его по имени, говорит: поими сына твоего возлюбленнаго, егоже возлюбил еси, Исаака... и вознеси его тамо во всесожжение, на едину от гор, ихже тиреку (Быт.22:2). И когда Бог начал ему говорить: Аврааме, Аврааме (Быт.22:1), - с готовностью повиновался он, ожидая более милостивого усугубления (усиления) благодати, без сомнения пребывая в том чаянии, что или сочетает его браком, или устроит брачный чертог ему; а через это придет к своему концу благословение о семени и умножении рода, как было дано обетование. Но обратим внимание на продолжение слова: поими сына твоего возлюбленнаго... единственного твоего (Быт.22:2). Видишь ли, какие острия имеет у себя слово, как уязвляет оно отца, какой возжигает пламень в естестве, как возбуждает нежную отеческую любовь к сыну, называя его и единственным, и возлюбленным, чтобы от подобных наименований вскипевшая к сыну любовь искусила силу воли? И вознеси его тамо во всесожжение на едину от гор, ихже ти реку.
Что ощутили вы, выслушав это? Как не лишились чувств при этом повествовании вы, которые сами отцы и по природе ясно знаете нежную привязанность к детям? Вам известно, очень хорошо известно, как отеческий слух принимает повеление убить единственного сына. Кто не ужаснулся бы при таких словах? Кто не отвратил бы тотчас лица? Кто при этом повелении не пожелал бы лучше умереть, нежели принять слово? Или кто не стал бы ему прекословить, в защитники своего дела призвав самую природу? «Почему повелел быть
337
этому, Владыка? Для чего изрек Ты это страшное слово? Для того ли восхотел сделать меня отцом, чтобы внезапно сделать детоубийцей? Для того ли дал вкусить мне сладкий дар, чтобы показать из меня притчу всему миру? Своими руками предам я на заклание отрока? Родной кровью осквернив десницу, сделаюсь детоубийцей? Ужели так повелеваешь и столь услаждаешься подобными жертвами? Приказываешь убить любезнейшего сына, который, как ожидал я, предаст погребению меня с Саррой? Такой ли, скажи мне, сооружу ему брачный чертог? Такое ли приготовлю брачное веселье? И зажгу для него не брачный светильник, не свет радостей, но погребальный огонь? Так ли я увенчаю себя? Так ли устрою брачное ложе и окружу его ликами поющих? Так ли буду, как сказал Ты, отцом народов, не удостоившись иметь и одного сына?»
Но праведник не возразил ничего, подобного этому, напротив, пребыв покорным, воспламенил любовь сильнее огня, соделал приверженность свою острее меча. Ею рассек узы естества, как бы нечто земное совлек с себя и оставил бремя сострадательных влечений сердца, с готовностью предал всего себя и внял повелению заколоть сына. Но ничего не сказал и не сообщил об этом супруге, поступив в этом с великой для себя пользой. Ибо рассудил, что женский совет и не заслуживает веруятия (доверия), и не доставит ему пользы, потому что нисколько не помогло, а даже повредило Адаму, когда допустил он к совету Еву. Поэтому, чтобы Сарра не подверглась женской немощи и, сетуя, как свойственно матери, не уменьшила в нем силы и чистоты любви его к Богу, решился утаить от нее повеление. Ибо с какими бы плачевными жалобами обратилась Сарра и к самому сыну, и к отцу его? На что не отважилась бы, видя, что сына ее насильно влекут на заклание? Не привлекла ли бы его к себе, обвившись вокруг его выи и крепко сжимая его в своих
338
объятиях? Чего не наговорила бы она Аврааму, и как бы скорбно стала вопиять, сетуя: «Пощади, пощади природу; пощади, пощади, Авраам, сына; не будь поводом миру к худой о тебе повести. Единородный у меня сын, он у меня первый, он же первый и последний, в болезнях рожденный Исаак. Не отсекай единственного грозда (кисти винограда), которым плодоносили мы, когда уже по времени не походили на плодовитую лозу. Не пожинай немилосердым серпом единого класа (колоса хлебного), который произращен нами во время нашего омертвения; не сокрушай жезла, на который опираемся; не преломляй ветви, на которой покоимся; не ослепляй ока, которое приобрели себе мы двое; не уничтожай памяти нашей в поднебесной. Не закалай, подобно овце, того агнца, которого имеем у себя; не похищай нашей радости и не наполняй дни наши плачем. На кого будем смотреть после него за трапезой? Кто назовет меня матерью? Кто послужит нашей старости? Кто спрячет нас, умерших? Кто тело наше покроет землей во гробе? Кто сохранит, наконец, память бесчадных? Посмотри на красоту юноши, на этот цвет юности; и во враге увидев такую красоту, конечно, сжалился бы ты. Он дан мне, как плод долговременной молитвы; он остался, как ветвь на отрождение (возрождение) дерева; он - останок (остаток) рода, он - подпора старости, он - единственная надежда нашей безнадежности. Если хочешь вонзить нож в гортань возлюбленному, то умертви прежде меня: этим окажешь мне величайшую милость; пусть будут у нас общая могила и один общий надгробный памятник; пусть один и тот же прах покроет тела обоих; пусть общая смерть постигнет неплодную и рожденного ею; пусть один общий столп будет показывать страдания обоих; и глаза Сарры не увидят ни Авраама, детоубийцы, ни Исаака, убиваемого отцовыми руками».
Так и подобно этому стала бы поступать Сарра, если бы узнала, что возлюбленный ее сын будет предан закланию. Потому-то Авраам ничего не ска-
339
зал ей об этом, чтобы не воспрепятствовала ему в предстоящем деле. Возложил он на сына поленья дров, потому что и Спаситель нес Крест. За Исааком, идущим на заклание, следовали осел и рабы его. И Христос, когда шествовал на страдание, воссел на жребя (Мф.21:7), прознаменуя тем призвание язычников; следовали же за Ним ученики Его, держа в руках победные знамения и восклицая: Осанна!. Исаак нес дрова, восходил на гору, чтобы там быть закланным подобно невинному агнцу; и Спаситель, неся Крест, шел на лобное место, чтобы там, подобно агнцу, быть закланным за нас. Созерцая мысленно нож (поднятый Авраамом на Исаака), - представляй себе копие (которым прободены Христовы ребра); представляя жертвенник, - имей в мыслях лобное место; видя дрова, - представляй Крест; взирая на огонь, - помышляй о любви. Воззри на овча, держимое рогама в саде Савек (Быт.22:13); воззри и на Христа, Божия Агнца, двумя руками распятого на Кресте. Сад Савек толкуется как «отпущение» (потому что сына старца освободил от заклания), прознаменуя Крест, которым отпущены миру грехи его и дарована жизнь. Овен, повисший в саде Савек, таинственно избавил от смерти одного Исаака; Агнец же Божий, висящий на Кресте, спас мир от смерти и ада. Восходя на гору для принятия смерти,
Исаак разлучен был со своими спутниками; разлучен был и Христос со Своими учениками, когда шел на заклание за нас. Праведный Авраам оставил спутников, чтобы кто-нибудь из них не стал препятствием к священнодействию и, взяв Исаака, одного возвел в гору, неся с собой огонь, нож и дрова.
Что же Исаак? Сладчайшим голосом взывает и говорит: отче... се, огнь и дрова, где есть овча, еже во всесожжение? (Быт.22:7). Голос сына еще больше пронзает отеческое сердце; новое страшное искушение еще предстояло Аврааму; постигло пра-
340
ведника новое испытание, которое не меньше и не человеколюбивее первого. И как было не прослезиться и не прийти в ужас Аврааму, который уже не надеялся услышать, что назовут его отцом? Но он не сказал ничего горестного, не вымолвил ничего плачевного; с бестрепетной душой, с непоколебимым помыслом внял сладчайшему гласу сына, и дал ему ответ, и простер к нему слово: Бог узрит Себе овча во всесожжение, чадо (Быт.22:8). Сказал же это Авраам или в ободрение сыну, или пророчествуя о будущем. Когда же достигли назначенного места, о котором сказал ему Бог, устроил Авраам там жертвенник, приготовил нож, разложил дрова и, связав сына своего Исаака, положил его на жертвенник поверх дров. Потом касается отец сына, и природа не оказывает сопротивления, чтобы воспрепятствовать этому. Исаак предал себя отцу, пусть делает с ним, что хочет. Кому из них больше нужно удивляться или перед кем прийти в большее изумление? Как сплести венец похвал тому, кто из любви и приверженности к Богу возложил руки на возлюбленного сына? Или тому, кто даже до смерти был послушен отцу и принимает от него чудное заклание? Один стал выше естества, предпочтя Божию заповедь естественному влечению; другой послушен был отцу даже до смерти, зная, что иначе огорчит отца хуже смерти.
Потом Авраам берет связанного сына, и рука его не цепенеет, мысль не изумевает (не недоумевает). Сколько раз ни смотрел я на изображение этого отрока, никогда не мог пройти мимо без слез; искусство, действуя на зрение, позволяло мне ясно представить это событие. Близ жертвенника лежит Исаак, припав перед отцом на колени, с загнутыми назад руками; Авраам сзади подпирает его ногу, потом, одной рукой отведя к себе волосы сына, наклоняется к нему и смотрит в лицо Исааку, который устремляет на него жалобный взор и ждет удара. В правой руке Авраама зажат нож, чтобы заколоть своего сына; отец уже касается тела; острие ножа уже у гортани; остается
341
только вонзить нож. И в это время слышится свыше голос, который удерживает движение руки: «Аврааме, Аврааме... - говорит голос, - да не возложиши руки твоем на отрочища, ниже да сотвориши ему что; ныне бо познал, яко боишися ты Бога, и не пощадел еси сына твоего возлюбленнаго Мене ради (Быт.22:11-12). Вот овен, запутавшийся рогами в саду Савек, возьми его, - продолжает голос, - и принеси вместо Исаака в удостоверение тебе, что принял Я жертву - твое горячее произволение». Удивились Ангелы, Начала и Власти, Престолы, Господства и все воинства, изумились небеса, солнце и луна, и сонмы звезд при таком необычайном зрелище. А Бог удовлетворился одним произволением поистине вернейшего и святого Авраама, и сказал ему: благословя благословлю тя, и умножая умножу семя твое, яко звезды небесные (Быт.22:17), потому что с готовностью послушался ты гласа Моего и поспешил исполнить повеление Мое. И дал Бог вместо отрока овча от камня для совершения жертвы. Ибо не услаждается Бог мертвой жертвой, приносимой ему в курении и дыме, но требует от нас жертвы живой, святой, благоугодной, словесного служения, как всех увещавает (убеждает) апостол (Рим.12:1), ясно зная, что это благо- угодно Богу. И Аврааму повелел Бог принести в жертву сына не потому, что хотел сделать его детоубийцей, но чтобы всем живущим в мире показать, как сильно Авраам любил Бога и для Него не пощадил Исаака, хотя и единственный был он сын у Авраама. Поэтому-то Бог Аврааму, как другу, показал великую и необычайную тайну. Ибо через жертву Авраам стал иереем, а по прообразованию сделал его Бог пророком. И открыл ему Всевышний
Бог, что и Сам Он даст за спасение мира Единородного Сына, чтобы Бог, вочеловечившись, спас род человеческий от заблуждения. Ибо это назнаменовал (дал знамение), дав овна из сада Савек для принесения в жертву вместо Исаака. Поскольку впоследствии явились маловерные люди,
342
которым трудно стало поверить о рождении от Святой Девы Сына, так как считали, что невозможно, не коснувшись мужеского ложа, чревоносить Сына, то Бог и произвел овна от камня, чтобы необычайное стало удобоприемлемым для веры, потому что всякое повеление воли Самого Божества совершается немедленно. Как там словом произведено овча, так в Деве Слово стало плотью. И как овча было привязано в саду, так и Единородный пригвожден ко Кресту. Поэтому-то Исаак взывал, говоря: яко овча на заколение ведеся... безгласен (Ис.53:7). Господь сказал также Иудеям: Авраам отец ваш рад бы был, дабы видел день Мой: и виде и возрадовася (Ин.8:56), то есть видел день страдания в образе Исаака на горе святой.
Благословен Бог, Который в Святых Писаниях прообразовал нам все, служащее ко спасению, и, придя, исполнил слова пророков, и во славе восшел ко Отцу Своему, чтобы на всяком месте поклонялись мы Отцу с Сыном и Духом во веки! Аминь.
Страница сгенерирована за 0.02 секунд !© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.