КНИГА 5. О мужестве во Христе

Итак, Палладий, святые мужи, несмотря на то что они борются за жизнь других людей, стремятся, однако ж, к тому, чтобы не приобретать себе ничего, находящегося в мире: ибо таким образом они бывают мудры и сильны, исполнены бла­гой надежды и хорошо ограждены небесными благоволения­ми. И иначе быть не может, как ты хорошо знаешь, друг мой. Ведь если ум их выше мирских развлечений и временных пожеланий, то они найдут врагов своих весьма легко победимыми и без труда преодолеют своих противников, так как Сам Бог ниспровергает могущество их. Но если они сами пленятся мирскими страстями и увлекутся земными пожела­ниями, в таком случае они делаются беззащитными и легко уловимыми для тех, кто пожелает напасть на них, и, оказав­шись лишенными вышней защиты, становятся легкою добы­чей для своих врагов.

Палладий. А какое может быть удостоверение сказанно­го, желал бы я знать?

238

Кирилл. Священное Писание, которое благопотребно воз­вещает случившееся с древними. Не говорит ли и божествен­ный Павел, что оно написано в научение наше? (1 Кор. 10, 11.)

П. Подтверждаю; потому что то, что мы узнаем из него, приносит нам немалую пользу. Тени были образами истины.

К. Итак, приступим к рассуждению. Когда сыны Изра­илевы перешли Иордан, они устремились на Иерихон и, следуя Божественным указаниям, постарались осадить его в том намерении, чтобы немедленно овладеть им и взять его; тут были, по закону войны, и люди, отличные в воен­ном деле, как написано: и вниде Иисус сын Навин к жерцем и рече им, глаголя: повелите людем объити и окружити град, и воини да предъидут вооружены пред Господом (Нав. 6. 5-6). Так и мы по повелению Христа, передаваемому уста­ми вождей, ополчимся на врагов, предпринимая борьбу не к крови и плоти, но к началом и ко властем (Еф. 6, 12) и против закона, владычествующего в плотских членах (Рим. 7. 23). Тогда мы будем находиться пред очами Божиими, как бы облеченные Божественным и духовным всеоружием (так как наши оружия не плотские, по слову Павла, 2 Кор. 10, 4) и отличаясь славою праведности. Итак, Владыка всяческих Бог взирает на людей воинственных, облеченных в светлые доспехи праведности, то есть как

239

бы пред лицем Христа про­ходят вооруженные воины. И конечно весьма почетное и поистине вожделенное это дело — находиться пред взором Божиим, если нельзя признать неверным, что как бы наказа­ние какое налагает Бог на оскорбляющих Его, Свое от них отвращение, говоря: егда прострете руки ко Мне, отвращу очи Мои от вас (Ис. 1, 15). Когда осада продолжилась до седьмого дня, опять сказал Иисус Навин сынам Израилевым: воскликните ко Господу, предаде бо Господь вам град. И будет град сей проклят, и вся елика суть в нем Господу сил Саваофу: токмо Раав блудницу снабдите ю, и вся елика суть в дому ея. Но вы соблюдитеся от клятвы  ф) да не когда помыслывше вы возмете от клятвы и сотворите полк сынов Израылевых клятву, и потребите ны. Злато же все, и сребро, и медь, и железо свято да будет Господу: в сокро­вище Господне да внесется (I. Нав. 6, 15-18). Остальной, взя­той на войне добычей он (I. Навин) позволил пользоваться людям мужественным, а все серебро, золото, медь железо, говорит, должно внести в сокровищницу Господню: это и составляло то, что названо анафемой, то есть отделенным из всего и назначенным Богу. Но ни во что вменив заповедь, взя, — сказано,— Ахар

ф) От заклятого. Здесь и дальше в приведенном месте словом клятва Переводится греческое άνάθεμα, которое выше переведено: проклят.

240

сын Хармии, сына Замврии, сына Зары, от племене Иудина, от клятвы. И разгневася Гос­подь яростию на сыны Израылевы(Нав. 7, 1). Это значит, что тем, которые выводят на брань против мирских удоволь­ствий и развлечений сей жизни крепкий во Христе дух, ко­торые решились стяжать себе славу оружием правды и уже находятся пред лицем Христа, таковым, полагаю, не следует желать ничего такого, что в мире возбуждает удивление: ни богатства, ни славы, ни власти, ни превосходства, ни не­честивых учений эллинской мудрости. Образом блеска от­личий и преимуществ служит серебро: потому что это ве­щество блестящее, образом богатства — золото; на благо­звучие языка, каким отличаются мудрецы мира сего, указывает медь, а на силу и власть — железо, которое очень твердо и препобеждает всякое вещество. Если кто-нибудь пожелает приобрести себе эти предметы, то, хотя бы он имел у Бога высокое место, был зачислен между воителями и отличался величием духовным, он нанесет этим оскорбле­ние Богу и, решившись таким лукавым уклонением (от дан­ного повеления) опечалить своего соратника и защитника, подвергнется за это гневу Божию.

П. Ты хорошо сказал, и я могу согласиться с тобой. Но вот что объясни мне, удалив на короткое время свое рассуж­дение от события и истории: почему серебро, золото, медь и железо

241

посвящаются Богу, а не выбрасываются, напротив, из стана или как предметы, быть может, бесполезные, или же как способные осквернить, так как в силу духовного созерца­ния оказалось, что они нечисты?

К. Это потому, Палладий, что всякая светлость, премуд­рость и богатство, также и крепость достойно и праведно приписываются Богу. Ибо Его — слава и всякая светлость, богатство и премудрость и сила. И если кто приемлет от Него и обогащается от сокровища Господня, то есть имеет богатст­во мысленное, славу и разум и крепость духовную, то он будет достоин общего внимания и соревнования; а если поже­лает принять сие от мира, то будет постыден и ненавистен перед Богом, любящим добродетель, и повинен суду и наказа­нию. Ибо за богатством во всяком случае последует любовь к наслаждениям, блеску же и преимуществовать прямой сосед — гордость; и с властью тесно связано властолюбие, а с мудрое тию мирскою нелепость учений, хотя и благозвучен язык из­ложивших оные. Это самое и Павел говорит: аще кто мудр есть в вас, буй да бывает, яко до премудр будет. Премудростъ бо мира сего буйство у Бога есть (1 Кор. 3, 18-19) Так Ахар, не из сокровища Христова принявший, но как бы от мира — из Иерихона, оскорбляет Бога (Нав. 7, 1). Проис­шедшая же отсюда пагуба и то, что совершилось вследствие гнева

242

Божественного, не на одного лишь обличенного в этом простиралось, но поразило все общество, ибо, соделавшись непричастным помощи свыше, некогда непобедимый Израиль стал немощным и бессильным.

П. Но как или откуда можно было бы узнать, что слово об этом истинно?

К. Из написанного вслед за тем. Ибо после того, что произошло при Иерихоне и совершено в нем славно и муже­ственно всем Израилем, Иисус (Навин) послал мужей из Иерихона в Гай, и идоша мужи, и соглядаша Гай. И возвратишася ко Иисусу, и рекоша ему: да не идут еси люди, но яко две тысящи или три тысящи мужей да идут, и да воюют город: да не ведеши тамо всех людей, мало бо есть их. И идоша тамо, аки три тысящи мужей, и побегоша от лица мужей Гаиских. И убиша от них мужи Гайстии яко тридесять и шесть мужей, и отгнаша их от врати сокрушиша их на стремнине: и ужасеся сердце людей, и бысть яко вода (I. Нав. 7, 2-5). Взявшие города и опустошившие страны и без труда победившие самые дикие племена находят непобедимы­ми жителей Гая, едва спасаются и отступают не без ущерба, тогда как сначала они не хотели даже, чтобы полное количе­ство воинов было призвано к оружию, и открыто признали, что немногим легко будет завоевать город. Ибо да не идут еси люди, — гово-

243

рили они, — но яко две тысящи мужей (Нав. 3). Когда же Иисус весьма огорчен был этим негаданным бедствием и неожиданным несчастием, разорвал одежду, при­пал пред Богом и недоумевал, как это случилось, то Бог сказал: востани, векую ты так пал еси на лице твое? Согрешиша людие, и преступиша завет Мой, егоже завещах к ним, и украдше от клятвы, скрыша в сосудех своих. Сего ради не могут сынове Израилевы стати пред лицем врагов своих, но хребет обратят пред враги своими, яко клятвою сташася (подпали заклятию): не приложу ксему быти с вами, аще не измете клятвы от себе самих (Нав. 7, 10-12). Ког­да же указан был Ахар, Иисус спрашивал его, говоря: даждь славу днесь Господу Богу Израилеву и даждь исповедание, и исповеждь ми, что сотворил еси: и не утай от мене. И отвеща Ахар Иисусу, и рече: поистинне аз согреших пред Господем Богом Израилевым: сице и сице сотворих. Видех в плене ризу красну(прекрасную) х) и двести дидрахм среб­ра, и сосуд ц) един злат, пятьдесят дидрахм вес его: и по­мыслив на ня взях, и се

х) И в тексте творений св. Кирилла, и в тексте LXX поставлено здесь ποικιλην — разноцветную, хотя перевод «прекрасную» более соответствует еврейскому подлиннику.

ц) Как в тексте творений св. Кирилла, так и в переводе LXX, согласно с еврейским подлинником, здесь употреблено слово γλῶσσα — язык, здесь разумеется продолговатый, имеющий форму языка, слиток золота.

244

сия сокровенна суть в земли в кущи моей, и сребро сокровенно под ними(Нав. 7, 19-21). Пони­маешь, что и сам укравший говорит, что он увидел между добычею разноцветную одежду, двести дидрахм серебра и золотой язык в пятьдесят дидрахм и задумался о них, то есть возымел беззаконное желание приобресть их. Одежду ч) эту считают за воинскую и говорят, что это был плащ, выт­канный разными цветами: это одеяние воинское и есть сим­вол корыстолюбия: потому что военному сословию как бы прирождена сильная страсть корыстолюбия. Серебро же есть образ мирского блеска, а золотой язык — сладкоречивой муд­рости эллинской: таков некоторым образом и у эллинских мудрецов язык и способ образования, как бы золотой и весь­ма драгоценный, по причине блеска изложения. Когда грех уже был открыт, Иисус подверг Ахара наказанию, как не только себе самому причинившего вред, но простершего и на все общество пагубу, происшедшую от его невоздержного по­желания. И может быть, на это указывает весьма хорошо и премудро сказанное нам устами Павла: измите злаго от вас самех. Мал квас все смешение квасит (1 Кор.

ч) Св. Кирилл, согласно с переводом LXX, употребляет здесь слово φιλὴ, т е. στολὴ, и так как это слово, как малоупотребительное, могло быть непонятно для Палладия, то он и разъясняет его последнему.

245

5, 13 и 6). Итак, не ясно ли показано тебе сначала в Аврааме, что для святых остается безопасною слава их силы и что они легко достигают возможности одолеть врагов, если не пожелают искать ниче­го от мира, — а потом противоположное сему в Ахаре, укло­нившемся от пути правого и склонившемся к мирскому?

П. Совершенно так: сказано ясно.

К. А что святые должны являться везде одинаковыми и в образе  жизни и в мнениях, это очевидно, так как закон ясно говорит: да не будет утварь мужеска на жене, ни да облачится муж в ризу женску: яко мерзость есть Господе­ви всяк творяй сия (Втор. 22, 5): потому что мерзостью пред Богом и неприятнейшим зрелищем в очах Его равно является как то, когда изнеженность принимает вид муже­ства — ибо это значит: утварь мужеска на жене, — так и то, когда мужество недугует изнеженностию, ибо сему подобно облечение мужчины в женскую одежду.

П. Что такое говоришь ты?

К. Лицемерие не есть ли дело худое и бесчестное пред Богом и людьми?

П. Правда.

К. Ну, а если бы кто, будучи любострастен и невоздержен и самими делами изобличаем в этом, впоследствии прикрасил себя славою умеренности, то похвалил ли бы ты сам, Палла­дий, такового?

246

П. Никак.

К. Не думаешь ли ты также, что на самом деле умерен­ный и благоприличный должен быть устойчивым в тожестве мнения и не казаться иным, нежели каков он есть?

П. Согласен.

К. Итак, пусть не скрывается слабое и изнеженное распо­ложение некоторых за славою мужества, — ибо это значит: да не будет утварь мужеска на жене,— и истинно крепкое пусть не стремится к изнеженности, ибо это опять значит изрече­ние: ни да облачится муж в ризу женску. потому что в том и другом — одинаковый порок, и как тот, так и другой грех есть оскорбление добродетели.

П. Ненадежное, как видно, дело и небезвредное — изне­женность.

К. Без всякого сомнения: ибо это — страсть, совершенно достойная отвержения и богоненавистная. Посему и из свя­щенных списков изглаждается виновный в этом. Я утверж­даю, что человек, истинно крепкий и мужественный, никаким образом не должен беззаботно попускать своему уму дохо­дить до расслабления, наоборот, должен блюсти его от всякой боязливости и лености всецело утвержденным в вере в Бога и говорить: вся могу о укрепляющем мя Христе (Флп. 4, 13), отказываться же от желания помышлять о земном, как при­чиняющего гибель и являющего нас недостойными

247

пред Бо­гом. Так и во Второзаконии опять написано: аще изыдеши на брань на враги твоя, и узриши кони и всадники, и люди множайшия тебе, да не убоишися их: яко Господь Бог твой с тобою, изведый тя из земли Египетския. И будет, егда приближишися к рати, и приступив жрец да возглаголет к людем, и речет к ним: послушай Израилю: вы исходите днесь на рать ко врагом вашим: да не ослабеет сердце ваше, ни убойтеся, ниже устрашитеся, и не уклонитеся от лица их: яко Господь Бог ваш идый пред вами, споборствует вам на враги ваша и спасет вас. И да рекут книгочия к людем, глаголюще: кий человек создавый храмину нову, и не обнови ея? да идет, и да возвратится в дом свой, да не умрет на рати, и человек ин обновит ю: и кий человек, иже насади виноград, и не веселися от него? да идет и возвратится в дом свой, да не умрет на рати, и человек ин возвеселится от него: и кий человек, иже обручи себе жену, и не понял ю? да идет, и возвратится в дом свой, да не умрет на рати, и ин человек поймет ю. И да приложат книгочия глаголати к людем, и рекут: кий человек страшлив и слаб сердцем? да идет, и возвратится в дом свой, да не устрашит сердца брата своего, аки сердце свое (Втор. 20, 1-8).

П. Что получившие дерзновение у Бога должны отли­чаться добродетелями и мужаться во всем

248

добром, это и я утверждаю, но как или каким образом некоторые отсылаются с поля сражения, как негодные, этого я не могу понять.

К. Разве не знаешь, что тот не достоин пред Богом и не решится переносить труды ради благочестия, кто не считает жизнь в мире сем пришельствием? Это весьма хорошо и ясно как бы во образе и начертании изображено в жизни святых. Божественный Авраам проживал в шатрах и делал переходы с места на место. И весь Израиль в пустыне часто переменял стоянки и обитал в шатрах. Этим же очень славится и пророк Давид, так говорящий Богу: ослаби ми, яко пресельник аз есмь на земле, и пришлец, якоже вси отцы мои (Пс. 38, 14 и 13). Стремился же он сильно к вышним обителям, так говоря: коль возлюбленна селения Твоя Господи сил. Желает и скончавается душа моя во дворы Господни (Пс. 83, 2-3). Тако­вые помышляют о небесном и жаждут небесных обителей, которые Сам Спаситель обещает любящим его, говоря: иду и уготовлю место вам. И паки прииду и поиму вы с Собою: да идеже есмь Аз, и вы будете там со Мною (Иоан. 14, 2~3). Итак, образом того, кто не в состоянии считать настоящую жизнь пришельствием, служит строющий дом и усердно пре­дающийся заботам о нем, а образом любостяжательного и корыстолюбивого — насаждающий виноград; женонеистового же и изнежен-

249

ного и предавшего ум похотям плоти может обозначать преступающий к обручению с женою. Посему-то они по гласу войскового глашатая удаляются от священного и воинственного собрания. Что свойственно было объятым сими страстями думать и говорить, это глашатай объявлял заранее. Разве не правда, что недугующим сими страстями приятно во время гонений наслаждаться покоем и не совер­шать занятий делами любви к Богу, так как они думают, что если придется в сражении потерпеть что-либо, то они ли­шатся домов и имущества и дорогих для них удовольствий? Оттого-то и происходит, что они являются несмелыми и ма­лодушными. Итак, что свойственно было им думать и гово­рить, то провозгласил книжник, как бы косвенными обличе­ниями и прикрытыми порицаниями поражая малодушного, находящего предлог к извинению его слабости и, как бы пищу какую для своей трусости, собирающего мирские наслажде­ния. Поэтому и повелел Бог войсковому глашатаю сделать последнее воззвание открытое и неприкровенное: и да при­ложат,— сказано,— книгочия глаголати к людем, и да рекут: кий человек страшлив, и слаб сердцем? да идет в дом свой, да не устрашит сердца брата своего, аки сердце свое (Втор. 20, 8). Почти прямо говорит он следующее: предан­ный земному, созидающий домы, насаждающий виноградник и побеждаемый удовольствиями плотоугодия

250

будет, без со­мнения, робким и бессильным; а таковой совершенно него­ден и будет во вред другим. Ибо тлят обычаи благи беседы злы (1 Кор. 15, 33), и легко пленяемый трусостию увлекает иногда к малодушию даже сильного и отважного. Посему-то и божественный Павел укорял некоторых, хотевших воспре­пятствовать ему отправиться в Иерусалим; ибо говорит: что творите, плачуще и сокрушающе ми сердце: аз бо не точию связан быти, но и умрети готов есмь за имя Господа наше­го Иисуса Христа (Деян. 21, 13). Должно заметить также, что и отказ званных на брак был таков: село купих,— и,— жену поях и не могу приити (Лк. 14, 18 и 20). Так написано в евангельских притчах. Нетрудно увериться в этом, если тебе угодно, и из древних примеров.

П. Говори же, нимало не медля, ибо ты принесешь вели­кую пользу.

К. Итак, вот что читаем мы в книге Чисел: и посих воздвигошася людие от Асирофа, и ополчишася в пустыни Фарани. И рече Господь к Моисею, глаголя: поели от себе мужи, и да соглядают землю Ханаанску, юже Аз даю сыном Изра­илевым во одержание: мужа единого от племене, по сонмом отечеств их да послеши их, всякого старейшину от них. И посла я Моисей от пустыни Фарани глаголом Господним: вси мужи старейшины сынов Изра-

251

илевых (Чис. 13, 1-4). По исчислении же посланных по коленам и родам, и шедше, — сказано далее, — соглядаша землю от пустыни Сип даже до Роова, до входов Емаф (13, 22). И немного потом: и приидоша до дебри гроздныя, и соглядаша ю, и урезаша оттуда ветвь, и гроздь винограда един на ней, и воздвигоша ю на жердь, и от шипков, и от смоквей. И место оно назваша, дебрь гроздная, грозда ради, его же урезаша от­туда сынове израильтестии. И возвратишася оттуду соглядавше землю по четыредесяти днех. И ходивше приидо­ша к Моисею и Аарону, и ко всему сонму сынов Израилевых в пустыню Фараню в Кадис: и поведоша им слово, и всему сонму, и показаша им плод земный, и поведаша ему, и рекоша: ходихом на землю, на нюже посылал еси нас, на землю кипящую млеком и медом, и сий плод ея. Кроме яко людие силъни зело, иже на ней живут, и гради утверждени ограж­дением и велицы зело, и род Енаков видехом тамо(13, 24­29). Замечаешь ли, как страшливые и весьма не смелые из обозревавших землю обетования открыто признали, что земля эта богата виноградом и тучна и обильна зрелыми плодами, но присоединяют ксему нечто и для устрашения, называя живущий там народ храбрым ш), говоря все о том, что города крепки и ограж-

ш) Θρασύ Так поставлено у св. Кирилла согласно с переводом LXX.

252

дены стенами, отнимая таким образом у Из­раиля надежду на завоевание и устрашениями приводя к малодушию?

П. Это так.

К. Но мудрые и отважные из них Халев и Иисус (На­вин) противостали пустословию их, говоря народу и боже­ственному Моисею: никакоже, но восходя взыдем, и приимем ю в наследие, яко преодолеем их (13, 31). Посланные же с ними не переставали утверждать, что израильтянам труд­но будет взять землю обетования. Затем сказано: и взем весь сонм, даде глас: и плакахуся людие всю нощь ту: и роптаху на Моисеа и Аарона вси сынове израильтестии, и рекоша к ним весь сонм: о дабы умерли быхом в земли Египетстей, или в пустыни сей да быхом умерли: и векую вво­дит нас Господь в землю сию, еже пасти на брани? Жены наша и дети наша будут в разграбление: ныне убо лучше есть нам возвратитися во Египет. И рече друг к другу: поставим себе старейшину, и возвратимся во Египет (14, 1-4). В такое-то жалкое состояние и малодушие впал весь сонм; и даже, когда Иисус Навин пытался было возвратить их к мужеству, и разорвал одежду, и высказывал бесчислен­ные похвалы земле, они не хотели ободриться, неразумным малодушием преогорчевая поборавшего по них Бога и соб­ственным силам предоставляя исполнение своей надежды. Посему-то

253

наконец Бог и поклялся, говоря: если щ) узрит кто либо из мужей сих землю, еюже кляхея отцем. их, разве Халев сын Иефонииин и Иисус Сын Навин (14, 23 и 30). Ужели еще сомнительно, что робкий, избегающий труда и маловерный губит вместе с собою и других, развращая их злыми беседами, и лишается наследия и надежды на Бога, а мужественный и сильный покоится в надежде и будет дру­гом Божиим?

П. Несомненно; потому что достаточно доказано.

К. И таким образом, как говорили мы вначале, кто пре­дан мирским удовольствиям, тот не способен стать в ряды воинства духовного.

П. И очень.

К. А я прибавил бы еще — ибо, я думаю, никак не следует упускать полезное, — что и недавно начавший упражняться в какой-либо добродетели еще неспособен к битве, но весьма легко может увлечься к греху.

П. Как же так?

К. Во Второзаконии написано: аще кто поймет жену внове, да

щ) Et. В переводе LXX, по общепринятой редакции его, здесь поставлено: ἦ μὴν οὐκ — истинно не, как переведено и в славянской Библии. Впрочем в чтении, приводимом у св. Кирилла, смысл тот же, как и в обыкновенном, именно, Бог как бы так говорит: если кто-нибудь из этих людей увидит землю обетованную, то клятва Моя будет нарушена.

254

не идет на брань, и да не наложится ему никая же вещь, неповинен будет в дому своем лето едино, да веселит жену свою, юже поял есть (24, 5). Но следует ли, Палладий, придерживаться одного прямого буквального смыс­ла? Неужели добротолюбивый Законодатель в самом деле заставляет сидеть дома человека, способного к войне, и не дозволяет приобретать похвалу, предоставляя ему увлекать­ся пустыми разговорами с женою и предпочитать необходи­мому плотоугодие?

П. Всего менее я могу согласиться, что такова была мысль Законодателя. Но здесь, как кажется, скрывается какой-ни­будь более правдоподобный смысл.

К. Итак, я повторю то, что сказал: муж, коснувшийся доб­родетели, но еще недостаточно утвердившийся в ней, легко может увлечься к противоположному.

П. Скажи, каким образом? Ибо я недостаточно постигаю это.

К. Соломон говорит в одном месте: нарцы премудрость сестру тебе быти, разум же знаем сотвори тебе (Прит. 7, 4). Мы как бы сродняемся с добродетелями, когда стараемся сколько возможно более приносить плодов в них: когда один, например, упражнением приобретает мудрость в знании, дру­гой кротость и тихость нрава, или и другое что-либо таковое избирает для исполнения. Итак, неужели

255

ум, только что начав­ший упражнение в сих добродетелях, способен выдержать ис­пытание и искушение? И разве тот, кто недавно лишь вступил в родство с премудростью ъ), если встретится с людьми, извра­щающими правое, не развратится скорее, нежели победит и избежит вреда от них, еще не будучи достаточно устойчивым и утвержденным в разуме?

П. Разумеется, так.

К. Разве не легко приходит в гнев человек, который хотя старается быть кротким, но еще недостаточно упражнялся в этом, — когда кто-либо раздражает его?

П. Я думаю так.

К. Испытанный же мудрец, вступая в борьбу с мудрыми, не противопоставляет ли мужественно их хитросплетениям правильные умозаключения?

П. Правда.

К. А укрепившийся в кротости не неподатлив ли на гнев, хотя бы кто когда и вызывал его на то?

П. Подтверждаю.

ъ) Здесь имеются в виду выше приведенные слова Писания: нарцы премудрость сестру тебе быти.

256

К. Итак, правильно говорит закон, прекрасно изобразив­ши добродетель, сожительствующую святым, как бы под ви­дом жены: аще кто поймет жену внове, да не идет на брань, и да не наложится ему никая же вещь: неповинен будет в дому своем лето едино, да веселит жену свою, юже поял есть (Втор. 24, 5). Он не допускает, чтобы обременяем был труда­ми и преследованиями тот, кто, так сказать, только что уста­новился и имеет еще неокрепшее стремление к добру, но как бы праздному и сидящему у себя дома, находящемуся в теп­ле, предоставляет соединяться с добродетслию узами любви. Мы найдем, что так поступили и святые Апостолы, которые к обращенным из язычников и недавно призванным к по­знанию Бога мудро пишут в послании: изволися бо Свято­му Духу и нам, ничтоже множае возложити вам тяготы, разве огребатисявам от блуда и удавленины и крове (Деян. 15, 28). Ибо предусмотрительно опустивши труднейшие из заповедей, они повелевают сохранять немногие и необходи­мые, зная неудобоносимость бремени страданий для тех, ко­торые лишь недавно приведены к богопочитанию. И тако­вым Бог всяческих прощает и гнев и вины, если бы даже они и пали но малодушию, проходя необычный путь трудов; ког­да же потом наводит Свой суд и подвергает движениям Сво­его гнева, то уже не тех,

257

которые немоществуют вследствие непривычки к трудам, а тех, которые более по своему произ­волу впадают в соблазн и изнеженность и весьма охотно предаются своей беспорядочности. Ибо не трудно ли дости­жима добродетель, и не стропотен ли путь к ней, и не по­требно ли решившемуся на исполнение ее трудиться с вели­ким усилием?

П. Согласен.

К. Но не было бы безрассудным, даже более: не было бы недостойным и неприличиым только что приведенных к сему состоянию руководить со снисходительностию (так как они еще не вполне утвердились в ревности, ходят как бы нетвер­дою стопою и еще страдают бессилием), а с опытным управ­ляться сурово, посредством наказаний а) и страха, привлекая его к перенесению страданий и обузданию себя, как бы по необходимости.

П. Ты рассуждаешь весьма хорошо.

К. Это дело представится ясным, если прообразовательно совершившееся у древних б) мы захотим расследовать обсто­ятельно. Ибо написано так: поят же Моисей сыны Израилевы от моря Чермнаго, и веде их в пустыню Сур:

а) Хотя в большей части кодексов переводимого творения св. Отца в настоящем случае поставлено: πόνοις (трудами), однако же, судя по смыслу, нужно признать более верным чтение кодекса Ватиканского, где стоит вместо этого: ποιναῖς (наказаниями).

б) То есть в Ветхом Завете.

258

и идяху три дни в пустыни, и не обретаху воды пити. Приидоша же в Мерру, и не можаху пити воды от Мерры, горька бо бе: сего ради назвал имя месту тому, горесть. И роптаху людие на Моисеа, глаголюще: что пием? Возопи же Моисей ко Господу: и показа ему Господь древо, и вложи е в воду, и усладися вода (Исх. 15, 22-25). Не задолго перед тем поднявшись из земли Египетской и сбрасывая с себя тяжкое и неудобоносимое иго рабства, сыны Израилевы, по призванию Божию, спешили пере­правиться в давно обещанную отцам землю. Первое затрудне­ние на пути встречается им в недостатке воды, которой едва нашлось для долго томившихся жаждою, да и та была не без затруднения для пользования: горька бо бе, как написано. Но чрез вложение древа она изменяется в приятную и сладкую, после того как Бог показал божественному Моисею способ, как тут поступить. Посему, научаемые законом Божиим предпочти­тельно следовать Богу, избавляющему от рабства страстям, и освобождаться от насилия демонов, искушаемые должны тру­диться с великим усилием и возлагать на себя венец славы, измождая плотские вожделения подвижническими трудами и как бы некоего зверя укрощая жаждою и голодом необузданное движение страстей, постоянно направляющееся к наслаждению. Потому-то первая брань у нас, желающих

259

соблюдать воздержа­ние, — к плоти и тому, что от нее. И я не думаю, чтобы кто-либо мог иначе упражняться в добродетели. Итак, жажда, приклю­чившаяся древним в пустыне, была прообразом подвижниче­ских трудов, и телесное — начатком духовных упражнений. Да­лее обрати внимание на то, что израильтяне не тотчас же, с самого начала, бросаются в сражение (ибо не тотчас же пред­принимают брань против начал и властей (Еф. 6, 12) недавно начавшие вести борьбу со страстями и идти путем добродетели, так как находящиеся под испытанием не имеют еще довольно мужества и твердости), но испытываются в трудах борьбы про­тив плоти, между тем как Бог соразмеряет тяжесть труда с навыком испытуемых. Это, я думаю, и означают слова: искуше­ние вас не достиже точию человеческое: верен же Бог, иже не оставит вас искуситися паче еже можете, но сотворит со искушением и избытие, яко возмощи вам понести (1 Кор. 10, 13). Подвиги же ради добродетели, сами по себе весьма горькие, претворяет в приятные и сладкие Христос, Который называется и есть древо жизни. Ибо и Сам Он сказал в евангельских Писаниях: аще в суров древе сие творят, в су се что сделают (Лк. 23, 31), называя Себя Самого зеленеющим и доброцветным древом. Божественному Моисею древо показует Бог: ибо

260

один только Отец открывает Сына, поелику один Он и знает Его: никтоже весть, кто есть Сын, токмо Отец (Лк. 10, 22). Итак, во Христе, древе жизни, горькое становится сладким, неудобоносимое — выносимым, то, что по своей природе вредо­носно, — необходимым для жизни.

П. Каким же образом?

К. Если справедливо то, что труды, когда они очень горь­ки, изнуряют тело, а между тем душу делают причастною жизни вечной (как и Павел сказал где-то: егда немоществую, тогда силен есмь,— 2 Кор. 12, 10; и еще: аще внешний наш человек тлеет, обаче внутренний обновляется по вся дни, — 4, 16), то кто же захотел бы принимать на себя столь горькие труды, если бы не имел сладкой надежды во Христе?

П. Конечно, я думаю, никто.

К. Итак, посмотри (ибо нам необходимо, Палладий, привес­ти на память сказанное в начале) на Израиля, томившегося Жаждою в пустыне, ропщущего на премудрого Моисея и безна­казанно впадшего в такое малодушие. Он не вызвал суда и не подвергся последствиям гнева, хотя Бог и обычно наказывает повинных в этом, потому что только что начинающий упраж­няться в добродетели, пользуется помилованием, хотя бы он и падал; но не получает снисхождения тот, кто и по-

261

сле того обна­руживает крайнее малодушие и необузданное влечение к неле­пым пожеланиям. Так и в книге Чисел Священное Писание опять говорит о сынах Израилевых: и отъидоша от горы Гос­подни в путь трех дней: и кивот завета Господня предъидяше пред ними в путь трех дней, соглядати им стана. И бысть, егда воздвизаху кивот, и рече Моисей: востани Господи, и да разсыплются врази Твои, да бежат еси ненавидящии Тебе. И в поставлении (кивота) рече: возвращай Господи тысящи тем во Израили. И облак Господень бысть осеняющ над ними в день, егда воздвизахуся из полка. И быша людие ропщуще злая пред Господем: и слыша Господь, и разгневася гневом, и разгореся в них огнь от Господа, и потреби часть некую от полка. И возопиша людие к Моисею: и помолися Моисей к Господу, и преста огнь. И прозвася имя месту тому, запаление: яко разгореся в них огнь от Господа (10, 33— 11,3). И после того еще: и воздвигшеся от Ора горы путем, иже к морю Чермному, обыдоша землю Едомлю: и малодушествоваша людие на пути. И роптаху людие на Бога и на Моисеа, глаголюще: векую извел еси ны из земли Египетския убити в пустыни? яко несть хлеба ни воды: и душа наша негодует о хлебе сем тщем. И посла Господь на люди змиев умертвляющих, и угрызаху людей: и умроша люди мнози от сынов

262

Израилевых (21, 4-6). Итак, ты видишь, что огнем и змеями был истреблен народ ворчливый и ропщущий. Ибо в то время, когда одни сходят с горы Господней, в предшествии кивота, изыскива­ющего для них впереди место для отдохновения, и когда Мои­сей молился и ходатайствовал за них, а облак осенял их, другие, называя хлеб, посылаемый с неба, негодным, издавали весьма громкий вопль против Бога и Моисея. Вследствие сего одни по необходимости сделались пищею огня, а другие немедленно в) погибли от укушения ядовитых змей.

П. Что же должно заметить относительно того и другого места Писания? И что такое — гора Господня?

К. Горою Господнею, я думаю, называет Писание Синай, на которую сошел в виде огня Зиждитель всех, явился всему наро­ду, как написано (Исх. 19), и изрек законы для деятельности. Ибо тамо положи сынам Израилевым оправдания и суды (Исх. 15, 25). Но установителем сих законов и древле был Христос. Поэтому Он и называет данные чрез Моисея законы Своими словесами; ибо сказал: аминь глаголю вам: дондеже прейдет

в) Лучшие издатели предполагают в этом место слово ἀμελλητί (немедленно) вместо обычно стоящего в кодексах ἀμελητί (без попечения, беззаботно).

263

небо и земля, йота едина, или едина черта не прейдет от закона дондеже, вся будут. Небо и земля мимо идет, словеса же моя не мимо идут (Матф. 5, 18; 24, 35). Итак, оставим грубую оболочку истории, проникнем в тонкость заключающегося под нею духовного смысла. Подлинно, те, которые уже удостоились богосозерцания и богопознания, очами ума созерцали светлость Божественного естества, как бы на горе, то есть в чрезвычайном и недоступном величии (ибо слава и естество Божие выше всего), которые, так сказать, представляли самих себя Христу чрез веру, оказались внимательными к словам Его и обещали послушание (ибо так поступил тогда и Израиль, говоря: все, что сказал Господь Бог твой, сотворим и послушаем, Исх. 24, 3), — таковые будут пользоваться попечением, подобающим близким Ему, и удостоятся промышления, направленного к спасению их. Ибо Сам Бог будет для них вождем и защитником и пойдет впереди для отыскания им места успокоения. Потому-то. Хрис­тос первый, ради нас и за нас, противопоставил Себя древле побеждавшему сатане, прошедши пост и искушение в пусты­не, дабы мы имели покой, видя сатану побежденным, падшим и поверженным под ноги наши. Поэтому Он и говорил: в мире вы имеете скорбь, но дерзайте, яко аз победих мир (Иоан. 16, 33). И еще:

264

вот Я дал вам власть наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию (Лк. 10, 19). Он первый ради нас и за нас, сразившись со смертию, разрушил ее держа­ву, нам же даровал успокоение, обновив нас в нетление. Он Первый вошел в рай, как устранивший «обращаемое оружие» (Быт. 3, 24), от нас же удалив грех, заграждавший вход в рай. Он Сам за нас заплатил долги наши: и язвою Его мы исцелехом, по написанному (Ис. 53, 5). Он первый восшел ко Отцу и Богу, обновляя нам путь на небо и предуготовляя горние обители как и сказал Он: пойду и уготовлю место вам (Иоан. 14, 2). Итак, в кивоте завета подлинно предызображен был Христос. Ибо устроен был оный из негниющих дерев и хранил в себе Божественный закон, который есть Слово Божие. Соответству­ющее сему таинство ты можешь увидеть во Христе; потому что Бог бе Слово (Иоан. 1, 1), в нетленном храме. Кивот предшество­вал израильтянам, усматривая для них место отдохновения: и нам предшествует Христос сказанным сейчас способом. И кро­ме того, исполняя служение посредника, Он является ходатаем и умилостивлением за нас пред Отцом подобно тому, как и Моисей древле, при поднятии с места кивота, говорил: востани Господи, и да разсыплются врази Твои, да бежат вси ненави­-

265

дящие Тебе, а при остановке его: возвращай, Господи, тысящи тем во Израили (Чис. 10, 34-35). Ибо, когда востал на помощь нашу Единородный, говоря древле гласом Псалмопевца: страсти ради нищих и воздыхания убогих ныне воскресну, глаголет Господь (Пс. 11, 6), тогда пали враги и обратились в бег­ство супостаты и вступившие в борьбу со славою Божествен­ною. Потому чтона кресте Он восторжествовал над началами и властями и Своею смертию упразднил князя века сего, по написанному (Иоан. 12, 31; 16, 11; Евр. 2, 14). Когда же Он как бы успокоился г), и привел к концу все домостроительство Вос­кресением из мертвых и восшествием на небо к Отцу, то всю обратил землю и тысячи тем соделал Своими поклонниками Когда вознесен буду от земли, — говорит Он,— вся привлеку к Себе (Иоан. 12, 32). Итак, молитва Моисея была прообразом ходатайства Христа, Который в образе человеческом молился и испрашивал нам от Бога и Отца все наилучшее, как говорит божественный Иоанн: ходатая имамы ко Отцу, Иисуса Хри­ста праведника. И той очищение есть о гресех наших, не о наших же точию, но и о всего мира

г) Καταπαύσας в соответствие (прообразовательное) поставлению на место кивота во время странствования евреев по пустыне, о каком поставлении у св. Отца было употреблено выражение, καταπαύσας.

266

(1 Ин. 2, 1-2). Кроме того, в Нем мы имеем еще и кивот покровителя, как это прикровенно разумеется в осеняющем облаке. Да слышит оправдываемый верою в Него сии слова: во дни солнце не ожжет тебе, ниже луна нощию (Пс. 120, 6). Некоторые же и относительно выра­жения в евангельской притче о распределении наград — мы понесли тяготу дне и вар (Матф. 20, 12) — говорят, если не ошибаюсь, что здесь под тяготою дняи варом разумеется чрез­вычайная и высшая сила для истребления, подобно огню, не­обузданных увлечений, а также, может быть, и искушений. Итак, Христос помощник и покровитель бысть нам во спасение(Исх. 15, 2). Когда же некоторые из удостоившихся богосозерцания, быв сами слушателями Божественных вещаний и чрез исповедание веры, так сказать, уже обещавшие благое послушание, уклонением к худшему отвергают предваряюще­го и водительствующего их, разумею Христа, Который забо­тится найти для них место успокоения д), предстательствует, как бы в качестве ходатая, и служит покровителем — что подразу­мевается прикровенно в образе облака, — тогда, подлинно тог­да, и вполне по справедливости, отдавая отчет в собственном своем неразумии, они потерпят

д) Ανάπαυσιν - упокоение, место покоя, место стоянки, в соответствие бывшему с израильтянами в пустыне.

267

жестокое наказание посред­ством огня. И в этом-то, я думаю, смысле сказал сам премуд­рый Павел: волею бо согрешающим нам по приятии разума истины, ктому о гресех не обретается жертва: страшно же некое чаяние суда, и огня ревность поясти хотящаго сопротивныя (Евр. 10, 26-27).

П. Итак, отвергшие, вследствие греха, все домостроитель­ство, во Христе умопредставляемое, будут пищею огня. Ропот же, как кажется, означает отступничество и нежелание вос­принимать совершенное чрез Него спасение, хотя они и вку­сили благодати и в опыте прошедшего имеют верный залог будущего.

К. Так именно. А другие, предавшись малодушию,. произ­води ли такой же вопль и попусту роптали на Бога и Моисея, называя негодным хлебом манну с неба, но такие погибали от змей. И оскорбляющие неблагодарностию Спасителя всех и Искупителя и ни во что ставящие благодать свободы, и сверх того охуждающие животворящее слово Его и дар Духа Свято­го, как бесполезный, подвергнутся у кущениям скверноубийцы дракона. Те же, которые не впали в столь нелепые грехопаде­ния, избегнут угрожающего злобе наказания и суда и одержат верх над врагами, на аспида и василиска наступят и поперут льва и змия (Пс. 90, 13). Итак, несомненно и засвидетельство­вано для нас самим делом, что опасно

268

быть легкомысленными и впадать в малодушие людям уже опытным в борьбе и не забо­тящимся о получении похвалы за труды и уже некоторым обра­зом привыкшим к подвигам ради добродетели.

П. Твердо доказано и истинно.

К. Эта речь подтвердила для нас ту мысль, что не только ропот на Бога богоненавистен и подлежит суду, но и самое малодушие заключает в себе как бы нарекание или недо­вольство благостию Спасителя, особенно если труды упот­реблены были еще незначительные; но что достойно про­клятия и чего нет хуже, — это любить распущенность и, имея возможность беспрепятственно наслаждаться Божественны­ми дарами и питаться свыше и чрез Духа Святого ниспосы­лаемыми словами, необузданно стремиться к тленным удо­вольствиям и удовлетворению нечистого плотолюбия. Ибо предпочтительное избрание худого есть явное оскорбление лучшего и спасительного, а предпочтение небесному земно­го, несмотря на то что последнее заключает в себе величай­шую гнусность, есть нечестивейшее решение ума. И по спра­ведливости о таковых едва не плачет пророк Исаия, говоря: горе глаголющим лукавое доброе и доброе лукавое, глаголю­щим горькое сладкое и сладкое горькое, полагающим тму свет и свет тму (Ис. 5, 20). А таким-то тяжким грехопаде­ниям, как мы увидим, и подпали израиль-

269

тяне. Ибо тотчас же после наказания, естественно последовавшего за ропотом, они стали недуговать похотью к самым постыдным делам: как бы презирая даруемое от Бога и нечестиво печалуясь на бла­га небесные, они тем самым необходимо раздражали против себя Судию, как написано: и общий народ иже в них похотеша похотением, и седше плакахуся сынове Израилевы, и рекоша: кто ны напитает мясы? Помянухом рыбы, яже ядохом в земли Египетстей туне, и огурцы, и дыни, и лук, и червленый лук, и чеснок: ныне же душа наша изсохла, ничтоже, точию манна пред очима нашима. И услыша, сказано, — Моисей плачущихся их в сонмех своих, коегождо их пред своими дверьми: и разгневася Господь гневом зело, и пред Моисеом бяше зло (Чис. 11, 4-6, 10). Ужели ты не признаешь достойным гнева Божественного и осуждения со стороны святых мужей то, когда даже люди, испытанные в трудах, нисходят до такого расслабления и бессилия в рас­суждении, что начинают страдать неудержимым желанием возвратиться к крайней нечистоте, и настолько ослабели к невоздержанности, что ребячески плачут о невозможности будто бы вынести сильный напор похотения?

П. Ты говоришь правильно.

К. Когда же премудрый Моисей недоумевал и приходил в сильное уныние и громко возо-

270

пил, что один он не в состоянии когда-либо сдержать народ столь изменчивый и легко перехо­дящий к сумасбродству и отступничеству, Бог указал ему му­жей, числом десять, в подвижники и помощники для попече­ния о народе, которых и отличил дарованием Святого Духа. Ибо они стали пророчествовать в стане. Моисею же говорит: и людем речеши: очиститеся на утрие, и снесте мяса, яко плакастеся пред Господем, глаголюще: кто ны напитает мясы? Яко добро нам бысть во Египте: и даст Господь вам мяса ясти, и снесте мяса. Не един день ясти будете мясо, ни два, ни пять дней, ни десять дней, ниже двадесятъ дней, до месяца дней ясти будете, дондеже изыдет из ноздрей ваших: и будет вам в мерзость е)\ яко не покористеся Госпо­ду, иже есть в вас, и плакастеся пред Ним, глаголюще: векую бе нам изыти из Египта? (Чис. 11, 18-20.) Особенно то огорчало Освободителя, что Израиль не помышлял и о самом рабстве и, ради мяс и зловоннейших овощей, за ничто считал труды, понесенные в Египте. И нас самих пылкие и острые ж) удовольствия часто заставляют считать сносным раб­ство диаволу и возлагать

е) Εἰς χολέραν собственно, в болезнь, сопровождаемую рвотой и поносом.

ж) Θερμαὶ καὶ δριμεῖαι — теплые и острые на вкус — в соответствие яствам, на отсутствие коих жаловались евреи в пустыне, именно* мяса вареного и овощей.

271

на себя ярмо греха ради тленных и земных пожеланий. Но как тогда Он давал есть мясо не один день, даже и не десять, а тридцать дней — чем означается продолжительность гнева на них: так и теперь неудержимо вдавшимся в мирские удовольствия Он попускает, по воле их, пользоваться даже плотскими удовольствиями, и пользовать­ся долгое время. Ибо так и говорится, что Он предаде, некото­рых в неискусен ум, творити неподобная (Рим. 1, 28). Но как для израильтян пища стала в мерзость, так и для любя­щих плотское и предпочитающих тленное и земное духовной манне, которая есть слово Божие, такое направление приведет к смерти. Этот-то смысл и имеет, я думаю, изречение: сеяй в плоть, от плоти пожнет истление (Гал. 6, 8). Освобождение же от этой болезни заключается в следующем: духом ходите и похоти плотския не совершайте. Плоть бовоинствует на духа, дух же на плоть: ибо сия друг другу противятся (Гал 5, 16-17). Так, если бы израильтяне захотели считать достаточ­ным удовольствие, поставляемое манною, которая есть духов­ный хлеб Ангелов и образ сладости, даруемой чрез Святого Духа, то не стали бы удовлетворять похоти плотской и не пожали бы от нее нетления. И вот явились выразительнейшие памятники того народа: тамо, — сказано, — погребоша людей похотевших (Чис.

272

11, 34), согласно с другим изречением: бу­дут в позор всякой плоти (Ис. 66, 24); а потерпевший оное народ назван похотевшим соответственно, как я думаю, тому, что сказано о некоторых: ихже слава в студе их (Флп. 3, 19). Ибо от греха и название, и нескончаемым позором за малодушие служит эта надгробная надпись над несчастно умершими и вместе знамением того, в чем они были повин­ны.

П. Правда.

К. Итак, поистине, избравшим для себя путь любоучения особенно надлежит избегать нетерпения в перенесении трудов, малодушного ропота и неблагодарного пустословия и не допус­кать осквернения себя, происходящего от испорченности и плотолюбия, что нечестивее всего другого. Ибо таковой колеблет­ся на обе стороны и имеет храмлющие голени рассудка, как написано: горе сердцам страшливым, и рукам ослабленным, и грешнику ходящу на две стези (Сир. 2, 12). Тем же, которые придают полное значение твердости в перенесении страданий и постоянству в терпении, должно, я думаю, приводить на па­мять слово Христа, Который говорит: аще кто хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне гря­дет (Матф. 16, 24), то есть, если кто хочет быть Моим учени­ком, тот пусть охотно идет путем одинаковых с Моими

273

страда­ний, пусть ходит как бы тою же стезею и любит ее. Потому что тогда он найдет себе успокоение и будет жить вместе со Мною. Этого Сам Он просил нам от Бога и Отца, говоря: хощу, да идеже еемь Аз, там и тии будут со Мною (Иоан. 17, 24). Впро­чем, мы пребываем со Христом и тогда, когда ходим по земле, но живем не плотски, а духовно и сами стараемся устроить себе обитель и место покоя, т. е. творить угодное Ему. Прооб­раз сего представлен тебе в книге Чисел. И в день, — сказа­но, — в оньже поставися скиния, покры облак скинию, и доя свидения: от вечера же бяше, над скиниею аки вид огнен до заутрия. Тако бываше всегда: облак покрываше ю в день, и вид огнен нощию. И егда восхождаше облак от скинии, по сих воздвизахуся сынове Израилтестии: и на месте, на немже стояше облак, тамо ополчахуся сынове Израилевы. Повеле­нием Господним да ополчаются сынове Израилевы, и повеле­нием Господним да воздвизаются: во вся дни, в няже осеня­ет облак над скиниею, да ополчаются сынове Израилевы. И егда промедлит облак над скиниею дни многи, да стрегут сынове Израилтестии страну Господню, и да не воздвижутся. И будет егда покрыет облак дни числа над скиниею, гла­голом Господним да ополчаются, и повелением Господним да воздвижутся. И будет егда пребудет облак от вечера до заутрия, и аще воз-

274

двигнется облак заутра, да воздвигнут­ся днем или нощию, и аще воздвигнется облак, да пойдут. Или день или месяц дней умножит облак осеняющ над нею, да ополчатся сынове Израилевы, и да не воздвизаются: во отступлении его, воздвизахуся. Яко повелением Господним да ополчаются, и повелением Господним да воздвизаются: стражу Господню стрежаху по повелению Господню рукою Моисеовою (Чис. 9, 15-23). Когда воздвигаема была в пусты­не святая скиния, ее, как сказано, наполняло облако. Затем, касательно отправления и остановки израильтян вместе с нею, Бог дал подробнейшие наставления, повелевая с особенною тщательностию наблюдать время ее отправления, а склонным к лености указывая на опасность, угрожающую за несоблюде­ние сего. Так по буквальному изложению. Теперь рассмот­рим со стороны духовного смысла. Вместе с тем как воздвиг­лась и воссияла на земле истиннейшая скиния, то есть Цер­ковь, она исполнилась славы Христовой. Ибо не что иное как это, я думаю, означает покрытие облаком древней скинии. Итак, Христос исполнил Церковь славою Своею и для находящихся в неведении и заблуждении, для пребывающих как бы в ночи и во тьме, светит наподобие огня, возниспосылая на них ду­ховное просвещение, а тем, которые уже просвещены и имеют духовный день в сердце, дарует от Себя осе

275

нение и покров и напояет их духовною росою, то есть утешениями свыше чрез Духа Святого. Ибо это-то и есть то, что представлялось в Виде огня ночью и в виде облака днем. Потому что младенчествующим было нужно, очень нужно, просвещение и озарение, приводящее к богопознанию, а выше их стоящим и уже озарен­ным верою — покров и помощь, дабы они могли мужественно переносить жар настоящей жизни и тяготу дня. Ибо вси хотя­щий благочестно жити о Христе, гоними будут (2 Тим. 3, 12). С поднятием облака воздвигается и скиния, а с остановкою его останавливается; вместе с нею делали то же и израильтяне: это потому, что Церковь всюду следует за Христом и святой сонм верующих не отступает от Призывающего ко спасению.

П. Но какое можно разуметь у нас поднятие с места и остановку, в предшествии и под водительством Христа?

К. Различия в этих словах Писания, по моему мнению, нет; так как поднятие и остановка скинии вместе с облаком представляет нам собою как бы некоторое образное выраже­ние желания быть с Богом. Впрочем, направляя ум к возмож­но более тонким соображениям, скажем еще и то, что первое поднятие с места есть восхождение от неверия к вере, от незнания к познанию и от не-

276

ведения того, кто по естеству и истинно есть Бог, к ясному ведению Владыки и Творца всего. Второе же, следующее за тем и приносящее пользу поднятие есть восхождение от испорченности и развращения к жела­нию и думать и делать сколько возможно лучше. А третье, предпочтительнейшее в сравнении с предыдущим и более славное, есть восхождение от недостатков к совершенству в дей­ствиях и учении. Разве не постепенно мы идем к духовному возрастанию во Христе, стремясь прийти в мужа совершенна и достигнуть в меру возраста исполнения Его (Еф. 4, 13)? Об этом-то, может быть, и вещает нам голос божественного Павла: задняя убо забывая, в предняя же простирался, со усердием гоню к почести вышняго звания (Флп. 3, 13-14). Восходя же мысленно от незнания к познанию, от неведения к разумению, от неверия к вере и постоянно преуспевая в добродетелях, разве мы не переносимся с места на место? А переходя от одного какого-либо расположения или навыка к другому, разве не уподобляемся обыкновенным путникам?

П. Понимаю, что ты говоришь.

К. Но ни выхода из состояния испорченности, ни достиже­ния лучшего и пребывания в нем каким бы то ни было спосо­бом никто не мог бы иметь без участия и водительства Христа, почему Он и святым ученикам Сво-

277

им говорил: без Мене не можете творити ничесоже (Иоан. 15, 5). Итак, тогдашнее подня­тие с места в одно время с движением облака и остановка вместе с остановкой облака прикровенно означает быть с Бо­гом и делать все с Ним. Впрочем, повелением Господним, — сказано, — да воздвизаются (Чис. 9, 23). Это, я думаю, означает, что почитающие необходимым следовать за Христом имеют нужду также и в слове, возбуждающем к мужеству и благоуст­роению себя, приличествующему святым. Ибо вся,  сказано,— благообразно и по чипу да бывают(1 Кор. 14, 40). Образом того же служит и написанное далее. Ибо так сказал Бог священнотаиннику Моисею: сотвори себе две трубы кованы: сребряны сотвори я, и будут тебе на созвание сонма, и возставляти полки. И да вострубиши ими, и да соберется весь сонм пред двери скинии свидения. Аще же единою трубою востру­бят, да приидут к тебе вси князи и тысященачалышки Израилтестии. И вострубите в знамение, и воздвигнутся полцы ополчающиися па востоки: и вострубите в знамение второе, и воздвигнутся полцы ополчающиися от юга: и вострубите в знамение третие, и да воздвигнутся полцы ополчающиися от моря: и вострубите в знамение четвертое, и воздвигнутся полцы ополчающиися от севера: знамением да вострубят в воздвижение их. И егда соберете сонм, вострубите не в знамение.

278

И сынове Аарони жерцы да вострубят трубами: и да будет вам законно вечно в роды ваша (Чис. 10, 2-8). .

П. Что же, скажи теперь, означают две трубы и различие знамений? Также, почему Бог повелел сделать трубы кованые и из серебра?

К. Две трубы: это потому, что увещательная проповедь в церквах — двоякого рода. Одна приводит уверовавших к правомыслию в учении и изобличает во лжи слово развращенных, каково, например, было слово возбраняющих женитися и не­сообразно учивших удалятися от брашен, яже Бог сотвори в снедение верным (1 Тим. 4, 3). К таким я причислил бы также и учителей иудейских, которые, отвергнув одобренное и утвержденное законом Божественным, как устарелое, и считая его совершенно незначительным, повелевали руководимым ими успокаиваться на их собственных учениях и на заповедях человеческих. А иные некоторые неразумно учили оправдан­ным верою обрезываться, да в чужой плоти похвалятся, по Написанному (Гал. 6, 13). Но о них сказано было: вне псы, вне злые делатели (Апок. 22, 15; Флп. 3, 2). Другого же рода проповедь приводит к нравственному исправлению и проясня­ет путь жизни во Христе. Серебряные же трубы собственною природою вещества, из которого сделаны, превосходно указыва­ют нам на светлость и особенную чистоту того и дру-

279

гого рода проповеди. Сказано: звуком труб пусть созывается народ к скинии (Чис. 10, 3): это потому, что проповедию созываются в церкви те, которые живут как бы в кущах своих. Тех же, кото­рые сходятся сюда, мы и увещеваем восходить от постыднейше­го к подобающему освященным и прекрасно научаем перехо­дить от дурного к хорошему. Разве слово не приводит уступчи­вого и истинного любителя жизни во Христе к правомыслию в учении и нравственному исправлению?

П. Подтверждаю.

К. Итак, две трубы собирают народ к скинии. Аще же еди­ною трубою вострубят, — сказано, — да приидут к тебе еси князи и тысященачальники израилтестии (Чис. 10, 4). Так как нуждаются, полагаю я, в увещании и возбуждении даже совершеннейшие по духовному состоянию, хотя и не в такой степени, в какой имеет нужду большинство остальных: поэтому-то всех других с трудом созывают две трубы, а избранных созывает одна. Это потому, что для мудрого достаточно немно­гого, чтобы он, взяв это за повод к дальнейшему, приложил и остальное согласно изречению: даждъ премудрому вину, и пре­мудрейший будет: сказуй праведному, и приложит приимати (Притч. 9, 9). Затем Бог повелел наблюдать четыре различия знамений (Чис. 10, 5-6),

280

чтобы по ним снаряжались и воздвига­лись полки, находившиеся к востоку и западу, к северу и югу. Этим, я думаю, означаются для нас четыре книги Евангелий, посредством которых весь мир руководится к познанию вероу­чения и нравственности. Впрочем, если бы при дальнейшем размышлении можно было сказать нечто другое, то мы нисколь­ко не замедлим, считая приобретение полезного более ценным, нежели сон и отягчение. Так мы найдем в этом четыре различ­ных вида нашей проповеди, при помощи которых весь мир может повести жизнь превосходнейшую и поистине славную. Один и самый первый вид тот, посредством которого к позна­нию истины и восприятию света Божественного мы обыкновен­но призываем служивших твари вместо Творца (Рим. 1, 25) и по неведению говорящих древу: отец мой еси ты, и камени: ты мя родил еси, как говорил пророк (Иер. 2, 27). Остальные же три вида проповеди по справедливости относятся к уверо­вавшим уже. И Спаситель учил о трех различных видах жизни и поведения, когда говорил в притче, что брошенные на добрую землю семена произвели плод, ово убо сто, ово же шестьде­сят, ово же тридесят (Матф. 13, 8). Посему для каждого из них есть особо приличествующее ему слово. Ибо неправильно по­ступили бы мы, если бы неосмотрительно одною и тою же про-

281

поведию думали принести пользу как тем, которые, сочетав­шись законным браком, разделили свою привязанность между Богом и миром, так и тем, которые избрали превосходнейшую и подвижническую жизнь, или приличествующую священству: но первым мы скажем: привязался ли еси жене, не ищи разрешения: отрешился ли еси жены, не ищи жены (1 Кор. 7, 27) или иное что-нибудь, что приличествует думать и делать вступившим в брак; подвижникам же и навыкшим в терпении: умертвите уды ваша, яже на земли, блуд, нечистоту, страсть, похоть злую (Кол. 3, 5), и еще: недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас (Рим. 8, 18). Призванным же к священству: устне иереовы сохранят разум, и закона взыщут от уст его (Мал. 2, 7), а равно и то, что внушает премудрый Павел Тимофею в своих Пославших к нему. Разве приведенные места Писания отступают от того, что прилично, и ведут к тому, что неправо?

П. Никаким образом.                                                ·

К. Заметь еще и то, что Бог повелевает употреблять трубы только получившим жребий священства, предоставив чрез то, как я думаю, одним учителям народов и посвященным во свя­щенство слово тайноводственное и возбуждающее к желанию добродетели. Поэтому-то, я думаю, говорит Он к Моисею: со­тво-

282

ри себе две трубы (Чис. 10, 2), — и, утверждая это дело как бы печатью закона, прибавляет: и сынове Аарони жерцы да вострубят трубами: и да будет вам законно вечно в роды ваша (10,8).

П. Итак, виды знамений мы примем в значении различ­ного рода наставлений, приличествующих тому или другому роду похвально живущих, а поднятие и остановку израиль­тян вместе с облаком — в значении духовного споследования Христу и упокоения с Ним.

К. Ты справедливо говоришь; и в этом мнении убедит нас слово пророка, которое гласит так: и ныне Израиль, чесого Господь Бог ищет от тебе, разве еже творити суд и любити милость, и готову быти еже ходити с Господем Богом твоим? (Мих. 6, 8.)

П. Что ходити с Господем Богом твоим есть дело пре~ красное и всякого достойное и за мужество обогащает сла­вою, это может ли быть для кого не ясно? Но я бы желал, чтобы ты объяснил мне, что значит: готову быти?

К. Отчего же нет? Это значит: со всею готовностию стре­миться к тому, чтобы мыслить и поступать угодно Богу, когда это так удобно для нас, и ничто этому не препятствует и не отвлекаете неискусен ум (Рим. 1, 28); это, я думаю, и значат слова: готову быти еже ходити с Богом.

283

П. За кого же вообще будем мы считать желающих следо­вать Богу, но еще не от всей души готовых на это дело, но падающих по причине бессилия и отказывающихся от того, что требует усилий?

К. Для тех, которые отличаются медлительностию и едва доходят до желания мыслить угодное Богу, не прилепились всем помышлением своим к жизни, приличествующей святым, которые лишь малую долю присущего им старания и усердия уделяют для любви к Богу, все же остальное решились беспо­щадно и открыто расточать на развлечения настоящей жизни, на бесполезные труды и тяжкие заботы, — для таковых обра­зом служат сыны Рувима и Гада, о которых в книге Чисел написано следующее: и скота множество бяше сыном Рувимлим и сыном Гадовым, много зело. И видеша страну Иазирову, и страну Галаадову, и бяше место, место скотно. И пришедше сынове Рувимли, и сынове Гадовы, рекоша к Моисею и ко Елеазару жерцу, и ко князем сойма, глаголюще: Атароф и Девон, и Иазир и Намра, и Есевон и Елеали, и Севама, и Навав и Веан, земля, юже предаде Господь пред сыны Израилевыми, земля скотопитательна есть, рабом же твоим скот есть. И реша: аще обретохом благодать пред тобою, да дастся нам земля сия рабом твоим во одержание, и не преводи нас чрез Иордан. И рече Моисей сыном Гадовым и сы-

284

ном Рувимлим: братия ваша пойдут нα брань и вы ли сядете ту? И векую развращаете сердце сынов Израиле­вых, не прейти на землю, юже дает Господь им? (Чис. 32, 1-7.) Затем, присоединив к сказанному укоризну отцам их за неповиновение и указав на наказание, постигшее их за это, ибо изомроша в пустыни,как сказано о них (Нав, 5, 4), не увидев, так сказать, земли обетования, он прибавляет еще: и се востаете вместо отец ваших, сокрушение человек греш­ников, приложити еще к ярости гнева Господня на Израи­ля: яко отвратистеся от Него, приложити еще оставити его в пустыни, и возбеззаконнуете на весь сонм сей. И приидоша к нему и глаголаша: ограды овцам да соградим зде скотом своим, и грады имениям нашим. И мы вооружени пойдем на стражбу первии сыном Израилевым, дондеже вве­дем я в место их: и да вселятся имения наша во градех утвержденных ради живущих на земли. Не возвратимся в домы наша, дондеже разделятся сынове Израилтестии, кийждо в наследие свое: и ктому не наследим в них об ону страну Иордана и далее, яко прияхом жребия наша сию страну Иордана на востоки (Чис. 32, 14-19). Видишь от­сюда, что ради пастбищ и хлевов для скота, из-за любви к женам и детям, эти люди совсем не хотели перейти Иордан, но решались вовсе отказаться от войны и битв и не захотели участвовать вмес-

285

те с другими в славе и надежде на будущие блага: им казалось самым лучшим и вожделенным остаться, не омочив, так сказать, ноги в водах Иордана. Когда же Мо­исей стал укорять их и внушать, как страшно пренебрежение к гневу Божию, только тогда едва дают они обещание перей­ти вместе с другими Иордан и принять участие в трудах войны и битв, но не с тем, чтобы участвовать с прочими и в разделе земли по ту сторону Иордана, так как уже имели или удерживали участок по сию сторону. Таковыми оказы­ваются некоторые по образу жизни: будучи подавлены забо­тами о настоящей жизни и как бы все сердце своеотдавая помышлению о земном, они едва уделяют самое малое попе­чению о необходимом, а о том, что относится до Бога, не заботятся; мнози бо, — сказано, — звани, мало же избранных (Матф. 20, 16). Относясь к числу званных только по вере, но не будучи еще в числе избранных вследствие удобопреклонности их к удовольствию, медлительные и весьма нере­шительные даже относительно самой благодати святого кре­щения, они боятся принять труды ради славы Божией и сво­его собственного блага, как прилично святым, и вместе с искренними Божиими подвергаться гонениям, хотя бы к тому и представлялось благоприятное время. Только тогда, когда начинает укорять их Божественный закон или угрожать гнев Божий, они

286

идут, и то нерешительно, к спасительному креще­нию и вместе с избранными принимают участие в трудах, вме­сте с ними постясь, только более умеренно, или даже соревнуют им, когда церкви подвергаются нападениям, однако еще не дошли до убеждения презирать мирское, но возвращаются к земным удовольствиям и наслаждениям, как бы к собственно­му и назначенному им уделу. Поэтому-то Христос говорил любителям правоты и ревновавшим всего более о благочес­тии: внемлите, да не когда отягчают сердца ваша заботами и печальми житейскими (Лк. 21, 34). Разве ты не признаешь этого дела опасным?

П. Признаю; как же иначе?

К. Направь же теперь проницательное око ума в глубину написанного, и ты весьма удивишься красоте образа.

П. Каким образом?

К. Обнаружившие равнодушие в отношении превосход­нейшего из-за пастбищ для скота, из-за детей и жен, хлевов и построек были Рувим и Гад.

П. Так что ж из этого?

К. Тот был первородным сыном Иакова, а этот родился от рабыни Зелфы.

П. Правда.

К. Итак, первородные по вере и званные те, которые полу­чили от Бога, насколько возможно для них, по благодати из­бранный жребий, не

287

оказались любителями свободы, вслед­ствие преобладающей в них наклонности к постыдному. Церковию же первородных на небесех написанных, говорим мы, названы оправданные верою (Евр. 12, 23); по первородный нелюбитель свободы является скорее сообщником и едино­мышленником тех, которые предают себя позору рабства з).

П. Ты превосходно сказал.

К. Но так как мое слово уже приближается к берегу и, так сказать, бросает канаты, то прилично сказать и напомнить еще раз, что должно быть мужественным в стремлении к тому, что служит на пользу, и признавать труды подвигом в добродете­ли, и верить, что один Бог спасает и дарует силу побороть восстающих против нас, хотя бы они и превосходили нас сила­ми. А что мы употребляем усилия не бесполезные, перенося труды ради добродетели, этому научит нас Моисей, говоря во Второзаконии: и да помянеши весь путь, имже проведе тебе Господь Бог твой в пустыни, да озлобит тя и искусит тя, и уразумеются яже

з) Мысль св. Отца такова: Рувим и Гад, отказавшись от участия в общем наследии, были: первородный сын Иакова и сын рабыни. В приложении к нравственному состоянию христианина это значит, что одно преимущество первородства по вере не спасает человека, если не соединяется с духовною свободою. Свобода же христианская, о которой идет здесь речь, есть положительное направление воли к добру, а рабство — ее направление отрицательное, наклонность ко греху.

288

в сердце твоем, аще сохраниши заповеди Его, или ни (Втор. 8, 2) Не дозволяет он также и недуговать малодушною боязливостию тем, которые очень хорошо видят руку защищающего их. А в другом месте оп пишет так: аще же речеши во уме твоем: яко язык сей множае паче мене, како возмогу аз потребити я? Не убоишися их: памятию да помянеши, елика сотвори Господь Бог твой фараону и всем египтяном, искушения великая, яже видеста очи твои, зна­мения она и чудеса великая, руку крепкую, и мышцу высо­кую, якоже изведе тя Господь Бог твой: тако сотворит Господь Бог ваш всем языком, ихже ты боишися от лица их (Втор. 7, 17-19).

289