Поиск авторов по алфавиту

Автор:Даниелю Жан

Даниелю Ж. Израиль по замыслу Бога

 

Paris

Разбивка страниц настоящей электронной статьи соответствует оригиналу.

 

 

Даниелю Жан

 

 

ИЗРАИЛЬ ПО ЗАМЫСЛУ БОГА

СВЯЩЕННАЯ история - это история великих деяний Бога. Какое же место занимает в ней древний народ Израиля? Здесь центральная ось христианского видения истории. Действительно, в Ветхом Завете народ Израиля предстает перед нами как народ — хранитель даров Божиих, народ, в котором совершаются великие деяния Божии. Для Израиля Христос — это узел, драма, решающий момент иудейской историк. С тех пор судьба Израиля связана с тайной, а сама эта тайна представляет собой некий аспект тайны мировой истории. Вопреки всем политическим, экономическим и прочим превратностям человеческой жизни, замысел Божий продолжает осуществляться среди нас. Священная истории — это не только история Ветхого н Нового Заветов, Священная история продолжается и сегодня. Мы живем в самый разгар Священной истории, к лишь ограниченность нашего взора, который не может проникнуть сквозь видимую оболочку явлений, мешает нам осознать, что Священная истории непрерывно продолжается. Она завершится лишь Парусией (пришествием Господним). А семо это благословенное возвращение станет Откровением последней Христовой тайны.

Но в невыразимо огромном замысле Божьем какое место следует отвести народу Израиля? Какая роль принадлежит ему во всем этом, в чем смысл этой роли? За недостатком времени и места мы можем коснуться здесь лишь одной проблемы: какое значение имеет для нас Израиль сегодня? Какое место занимает он в общем плане домостроительства нашего спасения?

46

 

 

Место Израиля среди других народов

Каждый, кто способен окинуть взглядом историю человечества, те две тысячи лет, что протекли до Рождества Христова, видит, что весь этот период изобиловал более великими, более важными по значению цивилизациями, чем израильская. То было время великих империй - Шумерской, Аккадской, Эламской, Ассирийской, Вавилонской... За ними последовало могущество Персии, мощное развитие Греции после Александра Македонского и, в конечном счете, образование Римской империи. Это был решающий период общечеловеческой истории, ибо примерно к пятому веку в Греции человечество достигло, быть может, своей глубинной зрелости. И кажется, что в сравнении с этим все происходившее в маленьком уголке земли между Иорданом и Средиземноморьем не имеет почти никакого значения.

Надо сказать, что, с точки зрения культуры и цивилизации, роль Израиля представляется очень незначительной. Так что, как мы видим, величие Израиля не есть плод каких-то, так сказать, «расовых» преимуществ. Подчеркнем это сразу же, ибо, как мне кажется, это весьма существенный момент. Бывают разные виды расизма, в том числе и расизм израильский. Он столь же ложен, как и любой другой. Не существует каких-то привилегированных рас, расизм в любой форме неприемлем для христианства. У всех людей одна и та же природа. Тот или иной народ в определенный момент достигает своего зенита, затем может наступить период заката, полного забвения... Однако привилегированных народов не существует. И можно даже сказать, что с точки зрения человеческого вклада в историю культуры Израиль внес в общую копилку человечества гораздо меньше, чем великие народы Востока — Вавилон, Египет, и уж несравненно меньше, чем Греция и Рим. Но тогда где истоки исключительного величия Израиля, которое пришлось именно на ту эпоху? Почему еще и сегодня история Израиля, такая какой она представлена в Ветхом Завете, для нас более интересна, чем, например, история римская, греческая, египетская или вавилонская? Да уже потому, что история Израиля есть, по сути, не только история людей, но прежде всего история Бога. Это история великих деяний Бога, совершенных в Израиле, и в этом основной интерес древней еврейской истории. Случилось так, что на протяжении двух тысячелетий именно народ Израиля был тем «полем», на котором совершались деяния Божии. В этом причина единственного в своем роде исторического величия Израиля, отличающая его от всех других народов Востока. В плане же культурном Израиль — должник всех других восточных цивилизаций. Не составило бы труда нарисовать красочную картину.

47

 

 

изображающую, как на всем протяжении своей истории Израиль последовательно воспринимал различные влияния: Вавилона — во времена патриархов, Египта — при жизни Моисея, Финикии — во времена царей, Персии — по возвращении из Вавилонского плена, Греции - в эпоху, непосредственно примыкающую ко времени жизни Христа.

Установим, прежде всего, истоки ни с чем не сравнимого величия Израиля. В Послании к Римлянам дается краткое описание этих истоков, всего того, что поставило Израиль лицом к лицу со Христом: «Я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных моих по плоти, то есть израильтян, которым принадлежат усыновление и слава, и заветы и законоположения, и богослужение и обетования; их и отцы, и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный вовеки, аминь» (Рим 9.3-5). Вот замечательное, всего в нескольких словах, перечисление истоков величия Израиля: усыновление, слава, заветы, законоположения, богослужение, обетования. Так что в этом тексте святой Павел выразил все. Он обо всем сказал в нескольких словах. Но эти слова настолько кратки, что требуют истолкования.

 

Избрание

Прежде всего, Израиль - это народ, избранный Богом, народ, который был выбран Самим Богом, народ Бога. Вспомним то место во Второзаконии, где описывается священнический народ: «Ибо ты народ святой у Господа, Бога твоего; тебя избрал Господь, Бог твой, чтобы ты был собственным Его народом из всех народов, которые на земле. Не потому, чтобы вы были многочисленнее всех народов...» (Втор 6.6,7). Эти слова подтверждают то, о чем я только что говорил: Ягве выбрал вас не потому, что вы великий народ; вы самый малый народ посреди других народов. Это справедливо не только с точки зрения численности народа Божьего, но также и с точки зрения человеческих заслуг. Вы народ, у которого нет великих заслуг, но Ягве вас возлюбил, и эта любовь родила вашу славу. Бескорыстная любовь Ягве — единственная причина избрания.

С этой мыслью мы постоянно сталкиваемся во всех библейских текстах, касающихся избрания. Позднее раввины, с присущим им несколько фарисейским образом мышления, старались доказать, что Ягве избрал Израиль именно потому, что Израиль заслужил великую милость Ягве. В Агаде (иудейской устной традиции. - Прим, ред.) имеется, среди прочих, известный рассказ о народах земли, собранных на горе Синай. Туда пришли все народы земли — семьдесят

48

 

 

народов. (Ибо именно о семидесяти народах говорится в Книге Бытия - число это символическое, всегда обозначающее всю совокупность народов мира. Может быть, именно поэтому сказано, что Христос отправил двенадцать апостолов и семьдесят учеников, — чтобы таким образом указать как на евангелизацию Израиля, так и на евангелизацию язычников.) Итак, раввины рассказывают, что все народы мира были призваны на Синай. Тогда Ягве сошел на землю со своими ангелами и потребовал, чтобы каждый народ выбрал себе защитника. Каждый народ выбрал себе одного из ангелов, и лишь Израиль выбрал Ягве. И тогда Ягве избрал Израиль, потому что Израиль выбрал Ягве. Такое объяснение, есть, конечно, настоящее пелагианство или, еще точнее, фарисейство, так как представляет собой попытку объяснить Божественное избрание Израиля заслугами самого Израиля. Но это полностью противоречит тому, что говорит весь Ветхий Завет. Напомним здесь лишь об известной главе из Книги Иезекииля (16), в которой пророк показывает народ Израиля в образе несчастной сироты; по рождении ее сразу же бросили в ручей, никто не захотел ею заниматься... Проходил мимо Ягве, увидел ее лежащей в крови, сжалился над ней и накрыл ее своими одеждами. Постепенно дитя выросло, и тогда были сказаны эти удивительные слова: «Ты выросла и стала большая и достигла превосходной красоты» (Иез 16.7). Иными словами, вся красота Израиля — это красота, какой наделил его Бог. Что значат по сравнению с этим человеческие привилегии! И действительно, насколько прекраснее Божественная благодать, излучаемая ликом Моисея, чем вся мудрость великих мудрецов Востока или Древней Греции.

 

Завет

Затем Израиль удостоился Завета, это означает, что Ягве соединился с Израилем неразрывными узами, ибо, в сущности, Завет — это делание, посредством которого Бог вручает, окончательно и навсегда, Свои блага народу, который Он Сам же избрал. Писание постоянно сравнивает союз между Ягве и Израилем с брачным союзом. Подобно тому как в браке все общее, так и Ягве передает все Свои блага Своему народу. С особой настойчивостью подчеркнем: Ягве соединился с Израилем неким окончательным образом; этот Завет никогда не отменялся. И хотя на протяжении столетий Израиль не раз нарушал свою верность Завету, все же Завет не был разорван, ибо Бог Израиля — Бог верный... Ветхий Завет - это история верности Бога и неверности Израиля, история, которая еще продолжается среди нас.

49

 

Ягве даровал Своему народу несравненное благо, то есть Свое присутствие, шехину — неизглаголанное таинство, Свое обитание посреди избранного народа. Это слово — шехина — восприняло в Новом Завете именно такой смысл: «Слово стало плотью и обитало посреди нас». Следовательно, такое присутствие, такая близость Бога, вначале, на протяжении двух тысяч лет, было уделом Израиля, а затем сопряглось с человеческой природой Христа Иисуса. Ягве обитал в народе во времена Исхода, когда израильтяне несли на своих плечах ковчег Завета, постепенно перенося его через Синайскую пустыню. Затем, когда Израиль утвердился на земле Ханаана, Ягве поселился в Иерусалимском Храме и таким образом придал Иерусалиму некое вечное достоинство. Некоторое время назад я побывал в Иерусалиме. Больше всего меня поразил Храм, то есть место, на котором он стоял. Это место сохранилось. Ибо, согласно самой этимологии слова, Храм это именно место, отграниченное пространство, посвященное Богу, предназначенное именно для Него. И как раз та скала, что служила опорой для Святого Святых, по-прежнему там! Все это еще существует! Именно там поселился Ягве, именно там проповедовал во время своего служения Христос. Мы поклоняемся этому месту, где две тысячи лет обитал Господь, хотя ныне Его там уже нет и ничто не может вернуть Его обратно, ибо Господь поселился в другом храме, - другой храм это человеческая природа Христа, храм Нового Завета.

 

Закон

Этому же народу Ягве даровал Свой Закон, Свое Откровение, ибо «Закон» не есть нечто юридическое. Тора — это учение, слово Божие. Одновременно с первыми таинствами (присутствие Бога в Храме) Израиль получил и первое положительное, непосредственное, Откровение, через которое Бог Живой дал познать Себя по- иному, не так, как через общее Откровение, данное через космос, мироздание, всем народам мира. Именно Израиль удостоился единственного в своем роде Откровения. Ягве непосредственно общался с ним: Он говорил к Аврааму, Он говорил к Моисею, Он говорил к пророкам. Он раскрыл им неизглаголанные тайны Своего замысла, передал им некоторое познание той таинственной жизни, какая принадлежит лишь Ему. Народу, который на протяжении двух тысячелетий неким неизменным образом обладал столь высочайшими дарами, принадлежит особое место в религиозной истории человечества, в истории воплощения Бога в тело человечества. В этом ни один народ не может сравниться с Израилем. Добавим, что на протяжении двух тысяч лет Израиль был тем «полем», где Бог совершал Свои

50

 

 

великие деяния, а сама история Израиля одновременно была Священной историей.

Повторим еще раз: история Израиля интересует нас не с археологической или историко-культурной точки зрения. Для нас это история великих деяний Божьих, совершенных в Израиле. Упомянем здесь лишь об освобождении иудеев из египетского рабства, ибо оно, это освобождение, носит имя, которое и сегодня находится в самом центре нашей жизни: имя это — Пасха. Первая Пасха — историческое событие. Оно произошло, когда Израиль был пленником Египта. Тогда Ангел-истребитель, пройдя над домами (вероятно, «Пасха» означает «проход»), пощадил первенцев Израиля. Пасха это знак Божьего покровительства избранному народу, ибо дома детей Израиля были отмечены кровью агнца. С тех пор кровь агнца для нас знак, без которого нельзя рассчитывать на пощаду со стороны Ангела-истребителя.

 

Во Христе Иисусе произошло полное осуществление обетования.

А приход Христа — какие изменения принес он находившемуся в особом, привилегированном, положении ветхому Израилю? Пришествие Христа совсем не означало, что Бог пожелал отобрать у Израиля Свои дары; наоборот, пришествие Христово стало знамением того, что обетование, единственным обладателем которого до сих пор был Израиль (носить имя народа Божьего исключительная привилегия ветхого Израиля), отныне должно быть разделено со всеми другими народами земли. Теперь Израиль должен был смириться с мыслью о том, что он более не единственный святой народ, смотрящий на другие народы как на народы непосвященные. Отныне он должен был разделить свои преимущества с другими народами, которые до этого не имели своей части в обетовании. Во многих евангельских притчах, как, например, в притче о блудном сыне, где старший сын противопоставляет себя младшему, содержится намек на эту драму. Совершенно очевидно, что в большинстве подобных притч отразилась глубинная мысль Христа, то вопрошание, с которым Он обратился к Израилю: Бог потребовал, чтобы Израиль — старший народ — разделил обетование с блудным сыном — другими народами, народами грешными, дабы они приобщились к избранию Израиля. От Израиля, который был работником первого часа, совершавшим свой труд от начала времен, потребовалось согласие на то, чтобы работники последнего часа, до этого ничего не совершившие, получили ту же плату и отныне имели те же права, что и он. Иными словами, Израиль должен был, так сказать, «вернуться в строй». Он выполнил свою миссию, и миссия эта была исключительной. Но он не

51

 

 

должен был более удерживать свое положение, ибо пробил час и миссия завершилась. Отныне Израиль должен был согласиться с расширением замысла Божьего: по прошествии двух тысяч лет, на протяжении которых Израиль оставался как бы центром Обетования, Бог пожелал охватить Своим замыслом всю совокупность земных народов, приобщить их к тем дарам, которые были предназначены для всех, а не только для какого-то одного, пускай и избранного народа.

Очень возможно, что именно это поставило Израиль перед необходимостью тяжелейшего нравственного выбора. Суть не в том, что он лишался своих преимуществ — они оставались неизменными, — но в том, что он должен был поделиться с другими, а это означало потерю той уникальности, «единственности», какой он до этого обладал. Все это повлекло за собой и некоторые другие последствия. Например, вся совокупность древнеиудейских установлений была связана с подготовительной фазой осуществления замысла Божьего; отныне же Храм, суббота, обрезание и другие подобные установления обречены были на исчезновение, а на их месте должны были возникнуть другие. Но Израилю все это показалось неприемлемым. Это, как мы полагаем, и стало центром драмы. Когда Христос сказал: «Разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его» (Ин 2.19), иудеи пришли в смятение. И мы знаем, что эти слова послужили единственным обвинением во время суда над Христом, а когда один из свидетелей повторил их перед первосвященником, тот разодрал свои одежды и воскликнул: «Это богохульство!» Следовательно, иудеи не пожелали согласиться с тем, что Храм может исчезнуть, а совокупность установлений, образующих ветхий Израиль, может быть заменена чем-то другим. Скорее всего, именно этим объясняется отказ Израиля принять Христа. Вопреки довольно распространенному мнению, отказ Израиля от Христа представляет собой нечто очень глубокое, драматическое и сущностное... Поэтому я совершенно не согласен с Жюлем Исааком, хотя и глубоко уважаю его. Жюль Исаак строит свою книгу «Иисус и Израиль» на предпосылке, которая кажется мне весьма и весьма спорной. Страстно желая обелить еврейский народ, снять с него ответственность за смерть Христа, он пытается свести смерть Христа к простому эпизоду политической истории той эпохи. И подумать только, как он это делает! В тот момент Израиль был занят римлянами. Следовательно, это было время оккупации, и, значит, иудейские власти (синедрион) нельзя рассматривать в качестве подлинных представителей народа. Это были «коллаборационисты». Стало быть, Иисуса осудили люди, которые не были настоящими представителями иудейского народа, и, таким образом, этот народ не несет ответственности за смерть Христа. Такое объяснение кажется мне очень неубедительным. Ведь с формальной точки зрения Христос

52

 

 

был осужден совершенно законно. И осужден он был не за политическое преступление, а за богохульство. О чем это говорит? Это говорит о том, что Христос, по свидетельству Евангелия, вел себя как некто обладающий исключительными Божественными правами. Он притязал на власть, равную той, какой обладал Установивший Закон. Вот что говорит Иисус в Нагорной проповеди: «Вам сказано — поступайте так-то и так-то. Я же вам говорю — поступайте так-то и так-то». Но кто может сказать: «Поступайте так-то и так-то»? Только Ягве. Но Христос говорит: «Я же говорю вам — поступайте так-то». Тем самым Он притязает на власть, равную власти Ягве, который на Синае установил Свой Закон. Христос отпускал грехи. Следовательно, Он притязал на чисто Божественную власть. Именно поэтому и говорили иудеи: «Кто этот человек, который даже грехи отпускает?» Он, конечно, «богохульник», то есть человек, который притязает на права, принадлежащие Богу. Христос воскрешал из мертвых — вещь неслыханная! Иными словами, Он представал в образе того, кто господствует над жизнью и смертью. А это иудеи очень хорошо понимали; так что иудейскому народу пришлось сделать непосредственный нравственный выбор. Следовательно, всякий, кто сводит конфронтацию иудейского народа и Христа к какому-то банальному эпизоду политической истории Израиля, тем самым лишает драму иудейского народа всякого смысла и величия. В действительности положение Израиля, ставшего лицом к лицу со Христом, было трагическим, ибо Христос притязал на исключительные Божественные права. Поэтому, что самое существенное, иудеи должны были или исповедовать Его Божество, уверовать в Него, или предать Его на смерть, так как если Он не Бог и в то же время притязает на исключительные Божественные права, то Он - богохульник; по закону же богохульник должен быть предан смерти. Поистине, положение иудеев оказалось трагически: им уже некуда было отступать и они должны были сделать выбор. Именно в этом вся завязка драмы, это все тот же вопрос, который на протяжении столетий стоит перед иудейской душой: Христос, кто Он - Бог или человек? Почему на этот вопрос Израиль ответил отрицательно, не признал Христа Богом? А мог ли вообще Израиль принять Христа, обратиться? Гуардини в своей книге «Господь» высказывает мнение, что это было возможно. Он полагает, что в начале служения Христос верил в возможность обращения Израиля, и лишь тогда, когда Его уверенность в этом стала исчезать, Он пошел по другому пути. Но в таком случае Христовых Страстей могло бы и не быть. Однако, как мне кажется, такое представление очень трудно совместить не только с Евангелием, но даже с Ветхим Заветом. Ибо отказ Израиля от Христа лежит, так сказать, в русле Ветхого Завета. Действительно, на протяжении всего Ветхого Завета — и Сам Христос часто повторял

53

 

 

это — Израиль предавал своих пророков, гнал посланников Божьих. Страсти Христовы это лишь как бы окончательное завершение того внутреннего состояния, которое было присуще Израилю на протяжении всей его истории.

Основная тема израильской истории - тема виноградника. Для Ветхого Завета виноград это и есть сам народ Божий. Этот виноградник насадил Ягве. Об этом, например, говорится в Книге пророка Исаии (5.1-5). Ягве ожидал добрых плодов от Израиля, а тот принес лишь дикие ягоды. Поэтому Ягве наказал Израиль. В известной притче о виноградарях Господь Иисус Христос воспользовался Книгой Исаии. В этой притче Христос рассказывает о том, как Ягве посылал Своих служителей в виноградник и всякий раз виноградари убивали их. Тогда, не зная, что делать, отец семьи посылает в виноградник собственного сына, но даже его предают смерти. Что делает Господин виноградника? Он отдает виноградник другим.

Итак, дело Божье в Израиле не увенчалось успехом. В этом суть Страстей Христовых, смысл которых определяется всей предыдущей историей Израиля. В Послании к Римлянам апостол Павел говорит, что вся история Израиля свидетельствует о том, что человек не может спасти себя сам. Лишь во Христе может возрасти истинный виноградник, который принесет добрые плоды, станет успехом дела Божьего. Израиль не стал успехом дела Божьего. Израиль — это неудача. Самое таинственное здесь то, что этот неуспех, по удивительному слову апостола Павла, составлял часть замысла Божьего: «Но от их падения спасение язычникам» (Рим 11.11). Так что и отвержение Израиля, и его избрание — все это тайна. И благословение и проклятие отмечены знаком тайны. Можно ли хоть как-то понять эту тайну? Следуя за апостолом Павлом, можно было бы сказать, что, возвышенный, Израиль должен был подвергнуться унижению, дабы другие могли войти, а сам он в конце концов будет восстановлен вместе с ними. Будучи одним из аспектов спасительного замысла Бога, особое избрание Израиля в определенный момент стало препятствием. Необходим был первенец, но также необходимо было, чтобы он потерял свое первородство. Это один из тех таинственных законов, о которых мы узнаем через Писание. Исаак занимает место Измаила, Иаков — Исава, Давид — Саула, блудный сын — старшего брата. Можно ли сказать, что весь Израиль был отвержен? Разве Ягве не выполнил своего обещания, разве Он изменил Завету? Не клялся ли Он Израилю в Своей вечной верности? Необходимо подчеркнуть, что самое главное в том, что весь Израиль не был отвержен, что, согласно фундаментальному закону библейского богословия, существует «остаток Израиля», который будет спасен (Рим 11.5). Остаток Израиля — та непривитая маслина, которая стала виноградной лозой,

54

 

 

древом, самим корнем Церкви, - это прежде всего сам Иисус. Иисус, сын Авраама, отверженный своим народом, становится первенцем нового Израиля. И тогда Израиль принесет спелые плоды, а Господин виноградника наконец сможет насладиться ими. Новый Израиль — это не только сам Иисус, но и все первые ученики, обращенные иудеи. Иерусалимская христианская община — это община иудеев. Первоначальное христианство — это христианство, целиком и полностью вышедшее из иудаизма. Есть, следовательно, некая основополагающая преемственность между ветхим и новым Израилем. (На это часто не обращают должного внимания.) Неся благовестив всем народам, создавая Вселенскую Церковь, Христос заимствовал необходимые элементы у ветхого Израиля, как бы перекидывая, таким образом, мост от ветхого Израиля к новому. Апостол Павел говорит: «Если же некоторые из ветвей отломились, а ты, дикая маслина, привился на место их и стал общником корня и сока маслины, то не превозносись перед ветвями. Если же превозносишься, то вспомни, что не ты корень держишь, но корень — тебя. Скажешь: «Ветви отломились, чтобы мне привиться». Хорошо. Они отломились неверием, а ты держишься верою: не гордись, но бойся» (Рим 11.17-20). Действительно, многие ветви ветхого Израиля были отсечены, но христианство утверждалось именно как продолжение Ветхого Завета. А это имеет основополагающее значение, ибо у нас есть полное право сказать, что Христос есть законный наследник Израиля. Верность Ветхому Завету приводит ко Христу, к новому Израилю, в котором осуществились данные в Ветхом Завете обетования Божии.

Подчеркнем еще раз: первоначальное христианство это прежде всего иудеохристианство. Невозможно переоценить роль иудеохристианской общины в процессе становления первоначального христианства. Об этом настойчиво говорят многие современные историки Церкви. Теперь нам трудно представить, до какой степени первоначальное христианство было по своей форме иудейским. О множестве обращенных в христианство иудеев рассказывается в Деяниях Апостолов. Иерусалимская иудеохристианская община некоторое время обнимала собой всю Церковь. Она долго оставалась одной из самых важных христианских общин; Иаков, брат Господень, был ее первым главой, первым епископом Иерусалима. О значительности места, занимаемого иерусалимской общиной в Церкви, свидетельствует, например, организованный Павлом сбор денег в пользу бедняков Иерусалима. Место, отводимое Павлом иерусалимской общине, доказывает, что Иерусалимская Церковь в ту эпоху являлась как бы Церковью- матерью, с которой все остальные были связаны прочными узами. И лишь постепенно иерусалимская община утратила свое первоначальное значение.

55

 

 

Отречение Израиля

До сих пор мы говорили о том, что представлял собой Израиль эпохи Ветхого Завета, о противостоянии Израиля и Христа. Теперь поговорим о судьбе Израиля, который не принял, не признал Христа. Остаток Израиля признал Христа и стал основой Церкви. Но рядом мы видим тот Израиль, который не признал Христа. Какова судьба этого Израиля? Существует целая литература, в которой несчастья иудейского народа объясняются проклятием, наложенным на него за смерть Христа, за грех богоубийства. Жюль Исаак, исследовавший истоки антисемитизма, собрал коллекцию текстов — от разных катехизисов до народных духовных песнопений — и на основе этого материала пришел к совершенно правильному выводу, что подобная литература вполне способна вызвать у детей религиозный антисемитизм, а это, в свою очередь, становится началом расового антисемитизма, полностью противоречащего христианству. Так что здесь перед нами вопрос, на который необходимо дать правильный ответ. Можно ли рассматривать религиозную историю иудейского народа — от Христа до наших дней - как следствие некоего наказания? Необходимо различать здесь несколько разных проблем. С одной стороны, утверждают, что рассеяние иудеев есть следствие их заблуждений. Но при этом забывают о том, что иудейская диаспора возникла за десять веков до Христа. Иудеи всегда были народом странствующим, переселяющимся с места на место. Иудеев всегда можно было встретить в любом конце цивилизованного мира. Следовательно, иудейское рассеяние не есть следствие проклятия. Суть в том, что иудейские купцы всегда были чрезвычайно активны; по всему миру они создавали иудейские колонии. Такие колонии существовали в Вавилоне уже в восьмом-девятом веках до Рождества Христова. Иудеи добрались до Северной Африки одновременно со своими двоюродными братьями финикийцами. Иудаизм в Северной Африке — явление отнюдь не новое. Он появился там за шесть или семь веков до Рождества Христова. Таким образом, бесспорно, что вселенское рассеяние иудеев никак не связано со смертью Христа. Но, с другой стороны, у нас есть тексты, несомненно имеющие определенное значение для религиозной истории Израиля. Разрушение Храма в 70 г. постоянно воспринималось как решающее событие иудейской истории. Христиане же полагали, что разрушение Храма - это наказание Божье, наложенное на иудеев. Однако более верным мне представляется иное толкование: разрушение Храма есть видимое проявление того, что невидимо уже свершилось в момент смерти и Воскресения Христа, — Бог навсегда покинул ковчег Завета. (Такое обитание Бога в ковчеге Завета было, как мы уже говорили, одним из тех исключительных даров, что Израиль получил от Бога.)

56

 

 

Невозможно не поразиться словам Христа: «Разрушьте храм сей, и Я в три дня восстановлю его», и тому, что через несколько лет Иерусалимский Храм был разрушен и так и остался невосстановленным. Перед нами историческое, реальное свидетельство о Божественном делании, осуществленном во Христе. Любопытно сравнить суждения по этому поводу иудейского историка Иосифа Флавия и евангелиста Матфея. Согласно Иосифу, ангелы покинули Храм в момент его разрушения в 70 г., и это служит знаком того, что Храм утратил свое назначение. Для евангелиста же Матфея, Храм утратил свое назначение тогда, когда умер Христос и Завеса разодралась надвое. Таким образом, очевидно, что разрушение Храма - событие огромного значения. Могут сказать: «А что если Храм будет восстановлен?» Несомненно, такое может произойти, очень возможно, что однажды иудеи восстановят Иерусалимский Храм. Однако это ничего не изменит, ибо Храм — не только прекрасное здание, подобное тому, какое было, например, построено Иродом, но прежде всего место обитания Бога, что и делало эту постройку Храмом. Но сегодня место обитания Бога находится не в Иерусалиме, а в теле Христа — месте вечного пребывания Бога. Можно сколько угодно заново отстраивать Храм, все равно он останется лишь опустелым зданием.

Восстановление государства Израиль — создает ли оно, в плане религиозной истории, какую-либо новую проблему? Отцы Церкви часто говорили, что исчезновение Израиля как государства и, следовательно, рассеяние иудеев — понимаемое не в смысле их рассеяния по всему миру, но в смысле упразднения их родины — есть своего рода наказание Божье. Таким образом, восстановление израильского государства — не служит ли оно своего рода опровержением такого мнения? Не возникает ли в связи с этим некая новая проблема? Некоторые иудеи придают восстановлению израильского государства чуть ли не мессианское значение. Правда, большинство мечтавших о собственном государстве желали прежде всего обеспечить народу Израиля убежище, надежное место, где можно было бы укрыться от ужасных преследований. Но все же можно ли считать, что восстановление государства Израиль имеет значение и в плане религиозном? Однажды в Иерусалиме я разговорился с одним местным жителем. Он сказал нечто глубоко меня поразившее. По его словам, отсутствие родины породило в еврейском народе горестное состояние, ощущение, что ты изгой, проклятый народ, обреченный на вечные скитания. Поэтому восстановление израильского государства означает для моего собеседника прежде всего возвращение Израиля в общину земных народов. Когда-то Израиль был самым великим среди других народов. Затем он превратился в самый малый народ земли, а теперь восстановился и согласился стать народом среди других народов

57

 

 

Но такое возвращение Израиля в земную общину народов есть, может быть, своего рода шаг на пути, ведущем в духовную общину народов, в ту общину, что пребывает в Церкви.

Особый интерес представляет для нас реакция Израиля на христианство. Отношение Израиля к христианству несколько раз менялось, в разные времена оно было разным. В эпоху возникновения христианства были иудеи, которые, сохраняя свою религию, все же относились ко Христу как к великому пророку, хотя и не признавали его за Сына Божьего. Мы уже говорили о них: это эбиониты. Однако в целом иудаизм первых веков христианства враждебно смотрел на христианскую Церковь. И если позднее, особенно начиная с четвертого и пятого веков, в христианской среде возник антисемитизм, не следует забывать, что ему предшествовал весьма сильный и даже злобный иудейский «антихристианизм». История свидетельствует, что очень часто христиане были предаваемы на мучения по доносам иудеев. А это доказывает, что иудаизм той эпохи был куда сильнее, чем мы можем представить сегодня. Оценить все значение этого факта, зачастую плохо известного, помогают последние исторические исследования. Марсель Симон в одной из своих книг показывает, что иудаизм первых веков нашей эры был весьма активен в миссионерском плане, он был грозным соперником христианства в деле духовного завоевания Римской империи. Как и христианство, иудаизм стремился духовно завоевать, покорить двор римского императора. И он бывал весьма близок к цели, ибо несколько раз иудейские женщины оказывали решающее влияние на жизнь римских императоров. Среди прочих упомянем знаменитую Беренику, иудейскую принцессу, возлюбленную Тита. Эта исключительно умная женщина вначале была женой племянника прославленного иудейского философа Филона, затем была замужем за одним из своих идумейских двоюродных братьев, после чего стала возлюбленной Тита и должна была поэтому присутствовать при осаде Иерусалима. Затем она чуть было не стала императрицей, и тогда иудеи оказались бы на римском троне. Князья из рода Ирода занимали важное положение при дворе Тиберия и Клавдия. А еще позднее, при Нероне, Поппея, которая была иудейкой, играла важную роль при дворе. Иудеи пользовались своим влиянием, борясь с христианством. Однако при Константине, и особенно после Феодосия, христианство окончательно победило. Начиная с этого времени христианские князья стали ограничивать деятельность иудеев. Эти официальные ограничения, хотя и не доходили до тех крайностей, о которых нередко можно услышать, все же были проявлением антисемитизма и сохранялись на протяжении всего средневековья. Иудеям отводились специальные кварталы; всякий иудейский прозелитизм был запрещен; несомненно, во многом

58

 

 

права иудеев ущемлялись. Отмстим все же, что на протяжении веков Церковь постоянно защищала иудеев от преследований светских властей; она стремилась предоставить еврейскому населению легальный статус, который обеспечивал бы определенные социальные гарантии... В наше время многие иудеи относятся к Иисусу совершенно иначе, чем столетия назад. Сегодня многие из них тянутся к личности Иисуса, в котором видят великого пророка Израиля. Читая Нагорную проповедь, слыша призыв Христа к чистоте помыслов, к братской любви, к нестяжанию, они, несомненно, чувствуют, что в этом есть нечто духовно близкое им. Для таких иудеев Христос - это новое, дальнейшее развитие традиции Израиля; но, конечно, они не признают Его Божества.

И наконец, скажем несколько слов о будущем еврейского народа. Апостол Павел в Послании к Римлянам, которое мы уже цитировали, объясняет, что падение иудеев было ко спасению народов. Затем он говорит, что после обращения язычников в свою очередь обратятся и иудеи, дабы осуществилась полнота: «Итак, спрашиваю: неужели они преткнулись, чтобы совсем пасть? Никак. Но от их падения спасение язычникам, чтобы возбудить в них ревность. Если же падение их — богатство миру и оскудение их — богатство язычникам, то тем более полнота их. Вам говорю, язычникам» (11.11-13). Это место Послания к Римлянам истолковывалось по-разному. Для одних (и это самое древнее, традиционное толкование) обращение иудеев — событие, которое произойдет в конце времен, когда мы станем свидетелями массового перехода иудеев в христианство. Для других же обращение иудеев это процесс, совершающийся на протяжении всей истории, и поэтому трудно установить точный момент обращения всего народа Израиля. По-моему, такое толкование ослабляет силу слов апостола Павла, различающего некие последовательные моменты: вначале отвержение иудеев, а Церковь полностью состоит из языческих народов; затем апостол предсказывает наступление новой эпохи, когда иудеи обратятся и тем самым завершат созидание «полноты» Церкви. Но как понимать эту полноту? Безусловно, Церковь ни в ком не нуждается в смысле обладания, во Иисусе Христе, полнотой истины и полнотой освящения. Но, с другой стороны, поскольку к этой полноте могут приобщаться разные народы, сама она может выражаться по-разному. Так что первоначальная схизма (раскол между иудаизмом и христианством это и есть первая схизма) привела к очень тяжким последствиям для Церкви, так как если бы не было иудейской схизмы, то, может быть, не появилась бы и восточная схизма, не возникла бы протестантская ересь. Почему? Иудаизм внес в Церковь два элемента — Восток и Библию. Мы уже говорили, что первоначальное христианство было семитским, арамейским по

59

 

 

языку. Сейчас нам трудно прочувствовать всю глубину того кризиса, который происходил на протяжении первых двух столетий нашей эры, когда христианство переходило из мира семитского в мир западный, греко-римский. И очень вероятно, что в ту эпоху развитие христианства могло пойти одновременно по двум линиям — семитской (иудейской) и западной (греко-римской). Но в действительности иудеохристианство практически исчезло, а вместе с ним и семитская ветвь христианства. Сохранилась лишь западная форма христианства. А это, несомненно, затрудняет восточным народам доступ к христианству. Первым трагическим следствием этого и стала восточная схизма. Если бы не появилась первая трещина, через которую проник раскол, то и второй было бы куда труднее возникнуть. Восток не имел бы причин отделяться от Церкви, от христианства, если бы Церковь оставалась более глубоко укорененной в семитской культуре. Вместе с тем иудейский народ — это по преимуществу народ Библии. Так что протестантизм есть, так сказать, насильственное возвращение к Библии. Но возвращение к Библии протекало бы куда более спокойно внутри единой Церкви, если бы иудеи были представлены в ней. Ибо основное призвание иудеев быть свидетелями Библии, с которой они соединены особыми узами. Поэтому отсутствие в Церкви иудейского народа ощущается христианами как некий изъян, который исчезнет лишь с возвращением Израиля в Церковь, а это, в свою очередь, станет завершением полноты.

 60

 


Страница сгенерирована за 0.23 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.