Поиск авторов по алфавиту

Автор:Пелагий II, Папа Римский

Пелагий II, папа Послание к Илии аквилейскому и другим отщепенцам, епископам Истрии, которые не соглашались с осуждением трех глав

Послание папы. Пелагия II к Илии аквилейскому и другим отщепенцам епископам Истрии, которые не соглашались с осуждением трех глав1).

Возлюбленнейшим братиям, Илии и всем епископам, поставленным в областях Истрии, – епископ Пелагий.

Любовь, матерь добродетелей, которая заботится о приобретениях для своего Искупителя, которая никогда не ищет своих си (1 Кор. 13, 5), побудила меня некогда препроводить к вам, братия, по вашему душевному желанию, послание, исполненное нежности, чтобы присоединить к себе члены Христовы, давно отделившиеся. В этом послании не столько увещаниями, сколько мольбами, я, как мог, от души старался убедить, дабы ваша любовь, кого найдет способными разумно рассуждать, направляла к тому, чтобы в деле о трех главах с одной стороны они узнали все, что́ приведено в известность, а с другой все, что казалось, может быть, темным, было им открыто путем мирного Рассуждения. Потом я получил письмо вашей любви, которое не оснований разумных искало, а предписывало решения вашего суда. Вижу, что вы самоуверенны в своей мудрости и, признаюсь, удивляюсь этому с соболезнованием, тем более, что я в своих посланиях, думаю, показал пример смирения, представил образец любви. Когда же я узнал, что слова моего увещания не имели у вас никакого успеха, я принужден, плача и стеня, вопиять с пророком: врачевахом Вавилона, и не исцеле (Иер. 51, 9). Я возжег, насколько мог, огонь любви и хотел попалить плевелы разделения, но нашел, что исполнилась мысль пророка о восстающих на грехи, который говорит: оскуде мех от огня, ...лукавства их не истаяша (Иер. 6, 29). В ваших отписках не заметно никакого пламени любви, не отзываются они никакою мягкостию, даже после примера, не слышится ничего, что клонилось бы к примирению. Рассудите, прошу вас, каким умственным хладом оцепенело ваше братское расположение вследствие такого продолжительного разделения (о чем я и говорить иначе не имею силы, как прерывая стенания), и это расположение не возгревается вновь даже от понуждения. Итак, что же мне делать тут? остается плакать о вас; так как лев, рыкая, ходит, иский кого погло-

__________________________

1)Об этом послании упоминает Григорий в кн. II Посл. 36 к епископам Ирландии, называя его книгой. Что оно приписано папе Пелагию этим Григорием, когда он был дьяконом, свидетельствует Павел Варнефрид, в кн. 3 De Longobar-dorum, гл. 10 ин. 20 Прим. Лаббе.- В подлиннике оно имеется на одном латинском языке. Ред.

233

 

 

тити (1 Петр. 5, 8); а я знаю, что вы стоите вне овчей ограды. Я смотрю на вас не как на ветви, лишенные плодов, а вижу, что вы совсем оторваны от корня. Я вижу, что вы трудитесь в поте лица, но мне не безызвестно, что вы трудитесь вне виноградника. Вот с нарушением границы все опустошается, земля обращается в пустыню и мир рушит, так сказать, буря потопа, и вы ищете убежища. Скажу с Иеремиею: кто даст главе моей воду, и очесем моим источник слез (Иер. 9, 1); и опять да изведут очи ваши слезы, и вежди ваши да излиют воду (Иер. 9, 18); скажу с ним и еще: восплачу и не утешуся. Так, не находя в вашем сердце мирного согласия, проливаю я слезы с огорчением, потому что чем может успокоиться мой дух, когда нельзя исцелить раны, нанесенной невидимым врагом? Вот во всех частях мира святая вселенская Церковь сияет лучами своего единства, и однако же еще терпит мрак вашего разделения. Повсюду она в вере пребывает; но радоваться ей о своем спасении мешает рана, которую она претерпевает от вашего отщепенства. Не весела здоровая голова с больными плечами; и грудь не чувствует себя здоровою, когда ощущает боль внутри себя, потому что поражается весь телесный состав, когда даже малейшая его часть болит. Все же, что сочувствует чужой боли, по гармонии любви привлекает боль и на себя, как свидетельствует Павел: аще страждет един уд, с ним страждут вси уди (1 Кор. 12, 26). Итак, нас трогает ваша болезнь, нас уязвляет ваше разделение. И потому тем более мы должны подоспеть с скорым утешением к вашим немощам, чем необходимее признаем их, по своей любви, как бы своими. Если бы мы, может быть, захотели быть равнодушными, нас устрашил бы глас укоризны свыше, который, укоряя нерадивых пастырей, говорит: и сокрушенного не обязасте и заблуждающего не обратисте и погибшего не взыскасте (Иез. 34, 4). Если мы захотим быть равнодушными, то заслужим укоризну в безразличном состоянии, как говорит Господь чрез пророка: или ритины (смолы) несть в Галааде, или врача несть тамо? Чесо ради несть исцелена рана дщере людей моих? (Иез. 8, 22). Что, если не любовь, разумеется здесь под смолой, которая служит к возбуждению огня, которая служит цементом мрамору для украшения дома? любовь, которою сердца пламенеют, которая несогласные умы людей соединяет миром, чтобы украсить святую Церковь украшением единства? Что означается словом Галаад, которое переводится „множество свидетельства», как не высота бесчисленной массы мыслей в Священном Писании? Что означается словом врач, если не всякий проповедник? Что чрез неисцеленную рану дщери показывается, как не явная неправда народа пред очами Божиими? Итак, оказывается, что в

234

 

 

Галааде нет смолы, если за доказанную истину, при стольких свидетельствах Священного Писания, от вас не видать горячей любви к тому, кто должен присоединить вас к святой Церкви; и как бы при отсутствии врача ваша рана не заживает, потому что по прекращении увещания, вина такого разделения у вас не закрывается никаким покровом мира. Но уже время вам коснуться самых ран ваших предприятий и приложить к ним при помощи Божией лекарства миротворящей истины.

По поводу того, что сделано во времена блаженной памяти государя Юстиниана, вы, братия, подозреваете, что святой халкидонский собор был нарушен. Но да не будет этого ни в деле, ни в мысли христианина! На этом самом соборе утверждены и никейский и константинопольский и первый ефесский соборы: и всякий, кто старается извратить его с какой-нибудь стороны, без сомнения стремится уничтожить в конец и то, что на нем утверждено. К этому подозрению вы в своем письме присоединяете свидетельства из посланий и энкиклик святого предшественника нашего Льва, чтобы доказать, что вышеупомянутый святой халкидонский собор должно сохранять неприкосновенным. Впрочем, вы, любезнейшие братия, эти свидетельства выбрали из немногих посланий смешанным и беспорядочным образом, так чтобы, когда вставленное другое послание подходит к другим словам первого, показалось, что ваши свидетельства взяты из многих посланий. И мы сильно удивляемся, зачем вы из столь не немногих, как мы сказали, посланий немного заимствовали, когда известно бесчисленное удостоверение как наших предшественников, так и согласие в энкикликах многих отцов, как свет, миру проливаемый, о ненарушимом почитании святого халкидонского собора. Но так как порядок речи всегда имеет такую связь, что предшествующее служит основанием для последующего, а последующее зависит от предшествующего: то мы лучше раскроем смысл того, что вами представлено, если покажем, что́ имеют в виду, или отчего зависят те или другие слова.

И так, ваша любовь представляет первое свидетельство святого предшественника нашего Льва, которое заключает ее в его последнем послании1), он говорит: „о предметах, определенных, как было угодно Богу, в Никее и Халкидоне, мы не осмеливаемся заводить никакого Рассуждения, как будто бы то, что постановила толикая власть помощию Духа Святого, было сомнительно и нетвердо. К этому вы из того же послания при-

________________________

1)Послан. 78 к императ. Льву.

235

 

 

бавляете другое свидетельство, которое находите немного повыше и в котором говорится: „ибо, как вы свято и истинно сказали, совершенство не допускает приращения, а полнота дополнения». С приведенными двумя свидетельствами, взятыми из энкиклик, вы сопоставляете в своем письме слова вышесказанного предшественника нашего Льва также к Льву императору, где он говорит: „стремиться колебать законные богодухновенные постановления свойственно не человеку миролюбивому, а строптивому, как говорит апостол: не словопретися, ни на куюже потребу, на разорение слышащих (2 Тим. 2, 14). Потому что, если бы было свободно спорить по человеческим убеждениям, никогда не могло бы быть недостатка в таких людях, которые осмеливались бы отступать от истины“. И его же слова к тому же: „не дерзай против торжества десницы всемогущего Бога воздвигать подавленные старые распри новыми способами». К этому свидетельству немного после вы прибавили: „пусть не трогают ничего из того, что хорошо сделано“. Последнее же свидетельство, заключающееся в первом его послании, из которого уже много взято свидетельств, вы представляете такого рода: „разыскивать, кто уже приведено в известность, опять браться за то, что совершено, и испровергать, что определено, что иное значит, как не неблагодарность за полученное и не направление злых пожеланий смертоносной страсти к вкушению от запрещенного древа“? Вот какие слова блаженного Льва к государю Льву вы представили, возлюбленнейшие братия; они, конечно, предлагаются относительно охранения неповрежденной веры, а не относительно частных дел халкидонских епископов. А что он говорит о ненарушимом хранении единой веры, нужно сообразить то, что он наперед сказал в том же самом послании; там он говорит к тому же государю: „сверх богобоязненно-предусмотрительной заботы о временных вещах, твердо совершайте служение божественным и вечным установлениям, чтобы кафолическая вера, которая одна животворит род человеческий, одна освящает его, пребывала в одном исповедании; а разногласия, которые рождаются из разнообразия земных мнений отражались бы от твердости того камня, на котором устрояется град Божий. Таким образом, дражайшие братия, если бы вы не видели того, что во всех частях света вера укрепляется в едином и твердом положении, вы справедливо говорили бы, что нечто из святого халкидонского собора нарушено. Но после того, как теперь все дело идет только о личностях и вы ничего не спрашиваете о святой вере халкидонского собора, вы как бы намеренно отклоняете от себя авторитет отцов; потому что, как тот же блаженный Лев

236

 

 

показывает, не должно вновь браться за то, что совершено; а с каким намерением он сказал это, он тут же прибавляет: „почитайте главною заботой жить для мира вселенской Церкви и сохранения кафолической веры“. И как только он воспретил нарушать определенное, тотчас же присоединил увещание к охранению кафолической веры, и объяснил, что он это сказал не о частных предметах, но только об исповедании веры; а теперь в вашем вопросе то же самое, что́ разбирает и сам предшественник наш, блаженный Лев, когда он утверждает то, что́ постановлено в Халкидоне касательно веры.

Еще в нашем письме полагается свидетельство и пример из энкиклик, что́ многие епископы вместе высказывают: „ни ноты, ни единой черты мы не можем изменить или переиначить из того, что́ определено в Халкидоне». К этому вы еще приложили и другое свидетельство будто бы из того же послания, каковое свидетельство без сомнения принадлежит Анатолию, епископу константинопольскому; в нем говорится: „о святом же халкидонском соборе говорю, что расследовать о нем или превращать что-нибудь из того, что́ на нем покончено, есть дело людей, подрывающих таким образом церкви и вселенский мир Христа“. Касательно чего он воспрещает превращать и ниспровергать, он сам прибавляет, потому что говорит: „как древле преданы нам апостольские и отеческие догматы, на нем укреплены и утверждены“. Если же ниспровергать апостольские и отеческие догматы есть дело людей коварствующих, то те, которые принимают те же самые апостольские и отеческие догматы неповрежденными, без сомнения ясно, не суть коварствующие. Вот и мы держим чистую веру того же собора для того, чтобы даже до смерти сохранять определение веры там постановленное...

После этих примеров вы представили свидетельство того же предшественника нашего Льва к епископу Василию, в котором он говорит: „умоляю любовь твою, ни в чем не ослабевайте духом касательно определения халкидонского собора; и не допускайте, чтобы что-нибудь нарушилось новизной из того, что составлено по божественному внушению»; и еще: „чтобы это увещание дошло до сведения всех братий и епископов, пусть ваше братское попечение ясно познает, что (о чем нужно часто говорить) вся христианская вера нарушается, если нарушается что-нибудь из того, что постановлено в Халкидоне». Но утверждает ли он это о частных предметах некоторых лиц, или об определении святой веры, он сам исследует, что говорит выше: „эти письма я отправил потому, что думал убедить вашу любовь, чтобы вы противостояли преступным дерзновениям с святою

237

 

 

твердостью, да наша общая вера не окажется в чем-нибудь или погибшей, или остывшей». Таким образом он предпослал увещание к хранению веры и обозначил, с какой стороны он желал охранения собора.

И еще вы в свое письмо включаете свидетельство из послания того же блаженного Льва, в котором он говорит Василию: «благочестно и ревностно нам нужно заботиться, если только допускается здесь рассуждение, чтобы ничего не отменялось и властию из того, что божественно определено“. И ниже: „потому что все полно определенное не должно быть вновь вызываемо на какой-нибудь спор, чтобы мы и сами в глазах осужденных не казались сомневающимися в том, что́, как объявлено, согласуется с авторитетом пророков, Евангелия и апостолов“. Что́ же разумеет он выше под божественно определенным и ниже под полно определенным, пусть понимает ваша братская любовь из того же самого или из других его посланий: в них он никогда не упоминает о частных предметах, а только о том, что относится к вере. Поэтому он заботливо выражается и показывает, что́ полно определено, в тех словах, где говорит: „чтобы мы и сами не показались сомневающимися в том, что, как объявлено всеми, согласуется с пророческим, евангельским и апостольским авторитетом». Размыслите, прошу вас, любезнейшие братия, согласуются ли сочинения Феодора с пророческим, евангельским и апостольским авторитетом, когда в них отрицается с непристойным дерзновением Господь наш Искупитель. Рассудите, оказываются ли его сочинения согласными с пророческим, евангельским и апостольским авторитетом, в которых защищается враг. Церкви Несторий и обвиняется защитник Церкви Кирилл. Подумайте, согласны ли с пророческим, евангельским и апостольским авторитетом эти сочинения Феодора, которые, издав прежде против истинной веры, после своего обращения сам он осуждает. Наконец, вы еще предлагаете свидетельство также часто упоминаемого Льва к пресвитеру Аэтию, в котором он говорит: „да не дозволяется возбуждать раздор об установившихся предметах, а иначе кто снова рассуждает о них, оказывается святотатцем“. К каким предметам применяет он эти слова, он сам объясняет в послании к тому же Аэтию: «я никогда не могу мыслить различно от апостольских мыслей, ни отступать от своих; и что́ откровению Святого Духа я исповедал и что привел в известность, по объявлении мне наперед исповедания всего собора, того я не изменяю нимало; и пусть легче будет меня исторгнуть из сего мира каким ни на есть муками, чем изменить мне в исповедании того, в чем я вообще уверен“. Если же все дело,

238

 

 

о котором не должно снова рассуждать, состоит в исповедании единой веры, тот рассуждающий снова будет святотатцем, кто будет не согласен с его исповеданием; потому что тот же блаженный Лев охраняет на соборе с величайшим рвением единое исповедание веры, что́ он доказывает бесчисленными посланиями, из которых мы кое-что краткое приведем, чтобы ваша братская любовь, узнавши их вернее, поняли, как много мы еще умалчиваем. Сюда относится то, что́ он говорит в своем послании к Маркиану августу: „пусть ваша милость узнала бы, что я послал брату своему, епископу Юлиану, собственно такое поручение, чтобы он моим именем доверчиво представил вашей власти все, что́ он подтвердил, как касающееся до охранения веры“1). Сюда же относится, что́ он писал к Пульхерии августе: „как благочестивейший император пожелал, чтобы я ко всем епископам, которые были на халкидонском соборе, написал письма, которыми бы утвердил все, что там определено о правиле веры, я охотно исполнил“2). Сюда же относится то, что он писал к епископу Юлиану: «как всемилостивейший император сочел необходимым, я охотно исполнил, – написать ко всем братьям, которые были на халкидонском соборе, для того, чтобы показать, что мне по сердцу то, что святыми братьями нашими о правиле веры утвержденное Сюда же относится и то, что он писал в другой раз к Пульхерии августе: „насколько должно ваше достоинство доверять моему брату, вашему почитателю, епископу Юлиану, судите сообразно с суждением апостольского престола, потому что я уполномочил его вместо себя по предмету веры, которой вспомоществует ваше благочестие, чтобы он постоянно представлял меня пред вашим благочестием, касательно того, что вам должно охранять“3)...

Еще говорится в вашем письме, что вы от апостольского престола научены и от делохранилища святой церкви, в которой по воле Божией мы предстоятельствуем, утверждены в том, что вы не должны соглашаться с тем, что произведено при блаженной памяти государе Юстиниане, и в помощь вашему извинению вы еще прибавляете, что сначала и апостольский престол чрез папу Вигилия, и все начальники латинских провинций твердо противостали осуждению трех глав. В этих словах мы замечаем, что та же самая вещь, которая должна бы вас вызвать на согласие, отвлекает вас от него. Ведь латиняне и незнакомые с греческим языком поздно узнали свою ошибку потому, что не знали языка; и им тем скорее должно верить, что их твердость

_______________________

1)Послание 59. 2) Послание 60. 3) Послание 58.

239

 

 

не оставляла спора дотоле, пока они не дознали истину; а если бы они согласились опрометчиво, прежде чем дознали бы истину, то ваша братская любовь справедливо смотрела бы на них с презрением; но они согласились после долгого труда и после того, как долгое время препирались, даже до обид. Пусть же ваша братская любовь отсюда рассудит, что не по чему-нибудь другому они не оставляли вдруг столько трудов, а только для дознания истины. Какое божественное произволение, мы думаем, братия, было в том обстоятельстве, что всемогущий Бог допустил Савлу долго быть гонителем своей веры и сделал его потом проповедником ее, если не то, чтобы показать всем, кому чрез него будет проповедано, что преистинно есть Евангелие Божие, потому что и такая жестокость преклонившись проповедовала? чтобы, когда слушатели его, припоминая все, что им сделано против верующих, понимали, что он неожиданно обратился к вере не без очевидного основания? Потому он и сам, когда выражал Господу, что его проповедь должна быть легко принимаема неверными, говорит: Господи, сами видят, яко аз бех всаждая в темницу и бия на сонмищах верующие в тя (Деян. 22, 19). И когда он узнал, что галаты, оставивши правила Евангелия, уклонились в иудейское заблуждение, уведомил их о прежней своей жестокости против Евангелия и отторг их умы от предательского намерения, говоря: слышасте мое житие иногда в жидовстве, яко по премногу гоних Церковь Божию и разрушах ю: и преспевах в жидовстве паче многих сверстник моих в роде моем, излиха ревнитель сый отеческих моих преданий. Егда же благоволи Бог, избравый мя от чрева матери моея и призвавый благодатию своею, явити Сына Своего во мне, да благовествую Его во языцех, абие не приложихся плоти и крови (Гал. 1, 13). Вот любезнейшие братия, Павел, великий учитель, из того, что он долго противился истине, извлекает пособие для утверждения сердец слушающих в проповеди этой истины, доказывая на деле, что веру, которой он прежде с таким тщанием противился, впоследствии он принял не без самой основательной уверенности.

Итак, вашей любви должно размыслить, что согласие наших предшественников в этом предмете тем больше не было маловажным, чем больше прежде было положено тяжелых трудов в спорах. Но кроме того, пусть ваша братская любовь приведет на память поступок Петра, который превосходит и Павла. Он долго противился тому, чтобы Церковь принимала народы к вере без обрезания, долго удалялся от общения с обращенными, по свидетельству Павла, который говорит: егда же прииде (Петр) во Антиохию, в лице ему противустах, яко зазорен бе. Прежде бо

240

 

 

даже не приити неким от Иакова, с языки ядяше: егда же приидоша, опряташеся и отлучашеся, бояся сущих от обрезания». И немного после: «егда видех, яко неправо ходят ко истине благовествования, рекох Петру пред всеми: аще ты иудей сый, язычески, а не иудейски живеши, почто языки нудиши иудейски жительствовати» (Галат. 2, 11-14)? Он же, после этого принявши мысль Павла, когда замечал, что некоторые из приходящих к Церкви язычников отягощали бременем сохранения обрезания, говорит: искушаете Бога, хотяще возложити иго на выи учеником, егоже ни отцы наши, ни мы возмогохом понести (Деян. 15, 10). Неужели же, почтеннейшие братия, так нужно было отвечать на эти слова Петру, князю апостолов, и учить противоречиво себе: „то, что́ ты говоришь, мы не можем слушать, потому что прежде ты иное проповедовал“? Таким образом, если по делу о трех главах иное было сказано, когда истина разыскивалась, и иное, когда она была найдена, то почему изменение мнение ставится в вину этому престолу, который в лице его основателя смиренно почитается всею Церковию? Не изменение мнения, а непостоянство виновно. Итак, что́ касается до познания правильности, пусть пребывает неизменным намерение; что же за беда, если оставляющий свое незнание изменит слова? О самом виновнике всего Боге, по свидетельству Писания, мы узнаем, что Он, не изменяя намерения, часто изменяет мысль; потому что для Него не было непредвиденным то, что Он сам говорит о том, кого Он сам повелел помазать на царство: раскаяхся, яко помазах Саула на царство во Израили (1 Царст. 15, 11). Но что Он так сделает, он предвидел еще тогда, когда предпочел его и как бы одобрил; и к раскаянию Он пришел не так, как бы неожиданно; а однако показывает раскаяние, потому что, не изменивши намерения, переменяет слова, которые некогда сказал о нем.

В тех же свидетельствах, которые вы привели из посланий нашего предшественника Льва, вы говорите: учение вашего досточтимого престола, чрез блаженного Льва и его преемников, откуда мы немного привели на память, состоит в том, что никоим образом люди не должны осуждать умершего. И однако вы не представили никакого свидетельства, чтобы подтвердить эту мысль. А те свидетельства, которые вами присоединены, воспрещают только снова разбирать веру, а не осуждать умерших неверных. Да мы и не помним, чтобы блаженный Лев, предшественник наш, в каком-нибудь месте сказал это. Кто же не знает, что проповедание того же Льва и блаженного Августина ни в чем не противоречит? Последний в письме к военачальнику Бонифацию говорит: „хотя, в случае справедливости того, что

241

 

 

ими поставляемо было в укор Цецилиану, и если бы эго когда-нибудь могло быть доказано нам, мы анафематствовали бы его уже по смерти; однако же мы не должны из за какого-нибудь человека поставлять Церковь Христову, которая образуется не сварливыми мнениями, но утверждается божественными свидетельствами“1). Вот дивный проповедник возбраняет и разделение Церкви ради человека, и, если бы дознался о нарушении чего-нибудь, так он не отрицается и после смерти анафематствовать того самого Цецилиана, которого он открыто защищал; стало быть, всем живым советуется, чтобы вина касательно веры и по смерти не отпускалась. Если же так должно поступать, то, можно смело сказать, мы без сомнения делаем то, что запрещаем. Первый ефесский святой собор осудил Феодора умершего. Когда был представлен на этом соборе его учениками изложенный им символ, он был осужден там святыми отцами вместе с автором2). Сами же святые отцы, заседавшие на том соборе, уже взяты ко Господу, после того как осудили Феодора; и если мы говорим, что не должно осуждать умерших, мы без сомнения обвиняем мертвых и начинаем делать то, что стараемся запрещать. Но зачем мы говорим долго и то, что тебе известно? Мы можем привести слова из книг того же Феодора3). И если Феодор, по своему ничтожному сомнению, обвинил по смерти Иисуса, Господа и Бога нашего, Который жив и по смерти, как мы веруем, то наша вера не допускает, чтобы вы долее защищали того, кто с такими богохульствами явился врагов нашего Искупителя. Он сам в третьей книге против Аполлинария говорит:

„Итак, каким образом ты, которому особенно и более всех приличествует управление умами, утверждаешь, что рожденный от Девы есть Бог и от Бога – единосущен Отцу, разве, быть, может, ты повелеваешь нам сотворение его приписывать Духу Святому? Но кто же Бог от Бога и единосущен Отцу? О чудо! тот же, кто рожден от Девы и кто, по божественному Писанию, был зачат и воплотился во чреве матери наитием Святого Духа? Может быть, (Бог) присутствовал в нем; потому что как только Он зачат, то начал быть и храмом Божиим; тем не менее мы не должны думать, что от Девы родился Бог“. И немного после: „однако же на основании твоих слов не следует даже провозглашать, что рожденный от Девы действительно Бог и от Бога – единосущен Отцу“. И немного после: „итак, если говорят, что он родился с плотию, а рожденное есть Бог

________________________

1)Послан. 10 и 5. Слич. Выше стр. 96 2)См. выше, собран. 6.

3) В подлиннике на поле отмечено: «поврежденное место»

242

 

 

от Бога и Бог единосущный Отцу, то необходимо тоже сказать и о плоти. Если же нет, то конечно (рожденный) есть плоть; поелику он ни Бог от Бога, ни единосущен Отцу, но от семени Давидова и единосущен тому, чье есть семя; и Бог от Бога и единосущный Отцу не то, что родилось от Девы“. И немного после: „не Бог Слово родился от Марии; родился же от Марии тот, кто – от семени Давидова. Не Бог Слово родился от жены“1).

И опять: „выражение: возведен бысть Духом (Матф. 4, 1) явно означает то, что он был руководим Духом; Им был укрепляем для мужественного перенесения предположенного; Им был направляем к должному; Им был научаем тому, что́ следовало; Им был укрепляем мыслию, так что способным стал на столь трудное состязание. И блаженный Павел говорит: елицы Духом Божиим водятся, сии суть сынове Божии (Римл. 8, 14)“. Его же слова ниже: „итак пусть скажут нам считающиеся умнейшими всех: если у Господа Христа, сущего по плоти, вместо ума было божество, как они говорят, то почему Христос нуждался при этом в содействии Святого Духа? Ибо божество Единородного не имело нужды в Духе ни для оправдания, ни для победы над диаволом, не имело нужды в Духе ни для совершения чудес, не имело нужды в Духе ни для наставления в том, что следовало совершить, не нуждалось в Духе ни для того, чтобы он мог явиться непорочным“2).

И немного после: „Иисус говорит как бы так: я, которого вы видите, ничего не могу делать силою своего естества, так как я – человек; а делаю потому, что Отец во Мне пребываяй, Той творит дела (Иоан. 14, 10). Ибо так как и Аз во Отце и Отец во Мне (Иоан. 14, 11), а также Бог Слово Единородный Божий во мне пребывает: то ясно, что и Отец вместе с Ним во мне пребывает и творит дела. И нисколько не должно казаться удивительным такое мнение о Христе, когда Он сам ясно говорит о прочих людях: аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет: и Отец мой возлюбит его, и к нему приидем, и обитель у него сотворим (ст. 23)“. И еще: „он знал отчетливо, каким образом следует пользоваться чудесами, чтобы возвестить народам благочестие, понести слабости труждающихся и таким образом привести свое намерение в исполнение; поэтому он и оправдался и явился непорочным частию чрез удаление от худшего и стремление к лучшему, частию чрез постепенное усовершенствование3)

_______________________

1) Слич. выше, стр. 36 2)Слич. выше стр. 38 3) Слич. выше, стр.39-40

243

 

 

И немного после из толкования того же Феодора на Иоанна: „Господь говорит Фоме: принеси перст твой семо, и виждь руце мои: и принеси руку твою, и вложи в ребра моя: и не буди неверен, но верен (Иоан. 20, 27). Поелику, говорит Господь, ты не веришь и думаешь, что для уверования достаточно тебе одного осязания (ибо не скрылось от меня, что ты говорил это): то прикоснись рукою и осяжи, и научись верить, а не не верить. Уверовав таким образом, Фома говорит: Господь мой и Бог мой, не его самого называя Господом и Богом (ибо уверенность в воскресении не давала повода заключить, что и воскресший есть Бог), но он как бы прославляет Бога за сделанное чудо“. Из толкования того же Феодора на Деяния апостольские, из первой книги: „но он (Петр) сказал, что они (иудеи), раскаявшись в крестном преступлении и познав Спасителя и Господа и виновника всех благ Иисуса Христа, ради которых он и пришел и восприят был божественным естеством, должны уверовать в него и сделаться его учениками, прежде всего приступив к крещению, которое он сам и предал, как такое, которое служит прообразом упования на будущее, и должно быть совершаемо во имя Отца и Сына и Святого Духа. Ибо выражение: да крестится кийждо вас во имя Иисуса Христа (Деян. 2, 38) не то значит, чтобы (все они) призывали в крещении Иисуса Христа, оставив призывание во имя Отца и Сына и Святого Духа; но какого свойства выражение: крестились в Моисее во облаце и в мори, употребленное для того, чтобы показать, что, быв отделены от египтян облаком и морем и освободившись от раболепствования им, они должны внимательно исполнять закон Моисеев, такого же свойства и выражение: да крестится кийждо во имя Иисуса Христа, употребленное для того, чтобы показать, что принявшие его, как Спасителя и виновника всех благ и учителя истины, могут именоваться именем его, то есть, как виновника благ и учителя истины. У всех людей, следующих какой-либо секте, есть обычай называться именем основателя секты; таковы названия платоников, эпикурейцев, манихеев, маркионитов и тому подобных. Также точно и апостолы присудили нам называться христианами»1).

Того же Феодора в книгах о воплощении: „Господь негодовал и сражался против болезней более душевных, и, при содействии божества к его совершенству, охотнее побеждал страсти. Поэтому он и сам борется преимущественно с ними“2).

Его же в книге против синусиастов или аполлинаристов: „но если, говорится, была распята плоть, то каким образом и

________________________

1)Слич. Выше, стр. 37 2) Слич. Выше стр.46

244

 

 

солнце скрыло свои лучи, и тьма покрыла всю землю, и земля потряслась, и камни распались, и мертвые воскресли (Матф. 27, 45-53)? Да ведь рассказывают же о тьме, бывшей в Египте во времена Моисее и продолжавшейся не три часа, но три дня (Исх. 10, 22-23). А что сказать о прочих чудесах, совершенных чрез Моисее и Иисуса Навина, остановившего солнце (Нав. 10, 12-13), и о том, как солнце, во время Езекии, вопреки закону природы, возвратилось вспять (4 Цар. 20, 9-11), и как останки Елисее воскресили мертвого“ (4 Цар. 13, 21)?1)

Его же из восьмой книги о воплощении: „очевидно, что следует быть соединению; ибо, быв соединены во едино, (два) естества чрез соединение произвели одно лице. И как говорится о муже и жене, что их не двое, но одна плоть (Быт. 2, 24; Матф. 19, 5), так на основании соединения скажем и мы, что не два лица, но одно, а естества различны»2)

И немного после: „итак, каким образом человек и Бог чрез соединение может быть едино? Кто животворить и кто животворится; кто спасает и кто спасается; кто прежде веков и кто явился от Марии»?

Его же из толкования символа трех сот восемнадцати отцов: „но называя Христом по плоти и воспринятым образом раба также и Того, кто воспринял этот образ, Бога, который выше всего, он однако же прибавил: „это по причине соединения естеств», – и этим, кажется, указывает на различие их. Итак, того, кто по плоти происходит от иудеев, никто не может назвать сущим над всем по плоти от иудеев Богом“3).

Также из объяснения послания к Евреем: «проповеда Иоанн Иисуса, иже от Назарета, яко помаза его Бог Духом Святым и силою» (Деян. 10, 37-38). А кто помазан Духом, тот всеконечно воспринял нечто от него. Кто настолько безумен, чтобы утверждать что божеское естество восприняло нечто от Духа“? И еще: „ибо известно, что и сам он называл себя сыном Божиим не по рождению от Бога, но потому что был близок Богу; поэтому сынами Божиими называются между прочим и те люди, которые за свои подвиги стали близки Богу“4).

Вот что немногое мы выбрали из бесчисленного, чтобы показать как бы чрез маленькую скважинку, какая внутри скрывается громадная пропасть. Вот, оказывается, какие книги написал Феодор, коих более десяти тысяч. Посудите, прошу вас, не тем ли более жесточайшие мучения он заслужил, чем больше напи-

________________________

1)Слич. выше, стр.47 2) Слич. выше, стр.47-8. 3) Слич. выше, стр.48

4)Слич. Выше стр. 48-9

245

 

 

сал. Но те его слова, которые приведены, может быть, сомнительны, – ему ли они принадлежат. Если угодно, приведем Писания отцов; таким образом, что книги, которые у вас и которые мы привели свидетелями его вероломства, суть его книги, мы подтвердим посторонними свидетелями. Так епископы Армении, в прошении, поданном ими против Феодора, Проклу, епископу константинопольскому, говорят: „был некто зловредный человек, или, лучше, имеющий диавольский вид человека, называющийся ложным именем Феодора. Он имел вид и имя епископа, скрывался в уединенном и незнатном местечке, в небогатом городе второй Киликии Мопсуестии. Последователь преимущественно Павла самосатского, он в книге о воплощении Господа нашего Иисуса Христа подражает Фотину и прочим ересиархам, во всем своем рассуждении употребляет самые слова их, и даже худшие. Посредством ухищрений, смелости и диавольского заблуждения он хотел всех людей погубить своим языком, подобным змеиному, и ядом, который находится под языком аспида. Между тем он все-таки держался в своем логовище, боясь могущества тех, которые от великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа получили власть наступати на змию и скорпию и на всю силу вражию (Лук. 10, 19): я говорю о святых апостолах и следовавших за ними преемниках, мучениках, исповедниках, епископах и прочих святых. Улучивши, не знаю, каким образом, время, он начал пресмыкаться; и вне своих пределов в непринадлежащем ему приходе снискавши доверие, как ученый говорун, проповедуя в одной из церквей Антиохии сирийской, он сказал: „человек Иисус. Ибо «что есть человек, яко помниши его» (Псал. 8, 5)? А что это сказано об Иисусе, апостол прибавил: «малым чим умаленного от ангел видим, – говорит, – Иисуса» (Евр. 2, 9). Итак, что же? Человек Иисус подобен всем людям, не имеет никакого различия от людей, того же рода, кроме того, что дано ему по благодати“1). – Против этого Прокл, епископ константинопольский, писал: „убежим от бурных и грязных потоков лжи, от сект, нападающих на Бога: я говорю о неистовстве Ария, разделяющем неделимую Троицу, дерзости Евномия, объемлющей знанием непостижимое естество, о бесновании Македония, отделяющем от Божества нераздельно исходящего Духа, и о том новом и недавнем богохульстве, которое гораздо больше превосходит богохульство иудеев. Ибо те отвергают Того, который есть Сын, отнимая ветвь у корня; а эти на место Того,

_________________________

1)Слич. Выше стр.75

246

 

 

который есть, вводят другого, понося чистое естество“1). Еще об его заблуждении Иоанн, предстоятель антиохийской церкви, также говорит: „упорствуя долгое время, Феодор внушил многим и Несторию, что Христос, Сын Бога живого, который родился от святой Девы Марии, не есть от Отца рожденный Бог Слово, единосущный родившему, но человек, вместо своей воли получающий содействие от Бога Слова“. Еще о его заблуждении Кирилл в послании к пресвитеру Лампону говорит: „когда я пребывал в Елии, некоторый муж из знатных в воинской службе во дворце принес мне запечатанное многострочное и важное письмо, которое, как говорит, получил от православных антиохийцев. Подписи на нем были весьма многих клириков, и монахов, и мирян. Обвиняли восточных епископов, будто они умолчали о имени Нестория, и притворяются, что отвращаются его, а перешли к книгам Феодора, которые написаны им о воплощении, и в которых заключены хуления, гораздо худшие несториевых. Ибо он был отцом зломыслия Нестория, и, изрекши его зло, сделался нечестивым“2). Опять о заблуждении его тот же Кирилл, епископ александрийский, в послании к Акакию, епископу Мелитины, говорит: „не должно было утаиться от твоей святости, или она, может быть, и узнала, что все восточные благочестивейшие епископы собрались в Антиохии, потому что господин мой святейший епископ Прокл прислал им книгу, исполненную добрых мыслей и правых догматов. Ибо в ней шла немалая и длинная речь о домостроительстве Господа нашего Иисуса Христа. Он присовокупил также некоторые главы, собранные из книг Феодора, которые заключают в себе понимание, согласное с зловерием Нестория, и убеждал также анафематствовать оныя“3).

Еще об его заблуждении предстоятель едесской церкви в послании к блаженному Кириллу говорит: некоторые уже всеми способами отвергают соединение по существу. Ибо какая-то скрытая болезнь застарела на востоке, подобно неизлечимой болезни истощающая тело Церкви, и весьма многим неизвестная, а у тех, которые как будто ревностны к учености и гордятся ею, тайно уважаемая. Ибо один епископ киликийской области, Феодор, муж умеющий говорить правдоподобно и могущий убеждать, иное говорил на трибунале церкви для угождения народу, а иные козни на погибель излагал в сочинениях; он в начале некоторых своих свитков угрожал анафемою читателю, чтобы не объявлять другим этих сочинений. Сперва он изло-

________________________

1)Слич. выше, стр. 77-8 2) Слич. выше, стр. 78 3) Слич. выше, стр.79

247

 

 

жил, что святая Дева не есть истинно Богородица, так как Бог Слово не принимает будто рождения подобно нам“. И немного после: ибо говорит, что не по сущности или по существу человек соединен с Богом Словом, но некоторою доброю волею, так как божественное естество не принимает будто иного способа соединения по причине неограниченности. Он сказаль, что и Господа нашего Иисуса Христа не должно почитать, как Господа, но по отношению к Богу он должен почитаться, как некоторый образ, – яснее же сказать, согласно с ними, – как некоторое подобие но отношению к сидящему (в ком-нибудь) демону. Он и плоть Господа провозгласил совершенно бесполезною, разоряя следующее слово Господа: «плоть не пользует ничтоже» (Иоан. 6, 63). Он говорит, что и апостол не признал Христа за Бога (Матф. 16, 16), но что на вере, которая в человеке, создана Церковь“1).

Еще о заблуждении его Исихий, пресвитер иерусалимский, писатель церковной истории, говорит: „таким образом, когда у них и другие подражали Фотину, особенно подражал ему некто Феодор, лукавый на слово и проворный на язык, и однако сам нетвердый волею, который носился, склоняясь туда и сюда. Ибо с первого возраста быв причислен к антиохийскому клиру и обещавши вести хорошую жизнь, возвратился к мирским страстям, и опять стал предаваться удовольствиям. Достойный подражания во всем добром и блаженный муж Иоанн, епископ константинопольский, написал послание, которое и доселе читается в свитках, и возмог привести его от худшего к лучшему, к покаянию. И он снова начал вести добрую жизнь, снова начал быть в клире, и оставив Антиохию, переселился в Тарс, оттуда перешел в Мопсуестию, и в ней поставлен был епископом, когда еще Бог не хотел, чтобы проповедь его нечестия сделалась известною. Взяв первые элементы своего учения из иудейского суесловия, он написал сочинение о пророчестве псалмов, отвергающее все предсказания о Господе. А быв обвинен и находясь в опасности, он сказал противное себе, что будто бы он написал не по желанию, а по просьбам всех, и, обещав, уничтожить самое сочинение, тайно держался пути иудейского нечестия». И немного после: „он, совершенный глупец, написал, что Христос Иисус, Спаситель и Господь рода нашего, Которого Павел называет сиянием славы Отчей и образом ипостаси Его, Который носит все словом силы Своей, совершил очищение грехов наших, и воссел одесную величия Отчего (Евр. 1, 3), о Ко-

________________________

1)Слич. выше, стр. 81-82

248

 

 

тором в послании к колоссянам написал: «Тем создана быша всяческая, яже на небеси, и яже на земли, видимая и невидимая... всяческая Тем и о Нем создашася» (Кол. 1, 16-17), – что Он не воплотившееся Слово, как мы научены евангельскими словами, но человек, чрез возвышение жизни и совершенство страданий соединенный с Богом Словом. И это он дерзнул написать в тайных речах»1).

Против заблуждений того же Феодора благочестивой памяти Феодосий и Валентиниан, в изданном ими законе, говорят: „воздавая должное от нас почтение благочестивейшему учению, мы почли нужным подвергнуть должному осуждению тех, которые осмелились нечестиво писать против Бога, и назвать их достойными именами. Посему справедливо заградить их уста срамом их грехов, и в таком названии пребывать им в вечность, дабы они и при жизни не освободились, и по смерти оставались презренными и осужденными. Итак, повторяем, учение нечестивых и заразительных Диодора, Феодора и Нестория показалось нам омерзительным; подобным же образом и все, которые следуют их заблуждению и соглашаются с их нечестием, справедливо заслуживают то же название, и облекаются срамом. Дабы, называясь христианами, не украшались этим именем те, которые стоят далеко от учения христиан и чужды правой и непорочной веры“. И немного после: „если кто пренебрежет настоящим нашим постановлением, и будет согласен с Феодором и Несторием, подражая их союзникам, у того в наказание все имущество будет конфисковано“. Еще против его заблуждений благочестивой памяти Феодосий и Валентиниан, в изданном ими законе, говорят: „пусть никто не имеет, и не читает, и не списывает, и не издает Нестория, то есть, книги его, или несомненно вредных сочинений, самого ли Нестория, или другого, и особенно сочинений Нестория или Феодора против одних христиан; но каждый, имеющий такие книги, пусть публично вынесет их и в виду всех предаст огню“2).

Если же ваша братская любовь, может быть, еще и доселе сомневается после стольких приведенных против него мнений отцов, пусть читает книги Феодорита, в которых он, стараясь защитить его против Кирилла, предстоятеля города Александрии, вернее обвиняет его, говоря: „Кирилл обвиняет толкование восьмого псалма и часто повторяет следующие слова божественного Феодора: „итак, рассмотрим, кто есть человек, о котором

______________________

1)Слич. выше, стр. 82-83 2) Слич. выше, стр. 83-84

249

 

 

изумляется и удивляется, что Единородный удостоил помнить о нем и посещать его. Но что это сказано не о всяком человеке, доказано выше; а что и не об одном каком-нибудь, и это сказано»1). Таким образом, при стольких свидетелях, кто усомнится, что все эти богохульства принадлежат ему? И узнавши такие его богохульства, кто будет отвергать, что он осужден справедливо?

Итак, рассудивши сперва об осуждении главы Феодора, теперь мы переходим к исследованию сказанного в послании Ивы, и если благоразумно взглянуть на весь порядок его, то можно судить, сколько оно противно святому халкидонскому собору. Именно, в деяниях этого собора и посланиях Льва Кирилл превозносится похвалами, а в том послании Ивы Кирилл порицается, как впадающий в учение Аполлинария; так в нем написано: „Кирилл, желая опровергнуть книги Нестория, погрешил и оказался впавшим в учение Аполлинария». В деяниях Несторий оказывается справедливо осужденным, как противник нашего Искупителя, а в послании о нем говорится, как о неправедно осужденном; в нем именно говорится так: „прежде нежели святейший и боголюбивейший архиепископ Иоанн прибыл на собор, Нестория без суда и следствия низложили с епископства“. В деяниях собора Кирилл оказывается исповедавшим в одном лице Бога и Господа нашего два естества; а по словам послания, он проповедовал одно естество и, бывши исправлен в таком мнении, будто бы едва образумился. В деяниях собора говорится, что Несторий был предан анафеме после смерти; а по словам послания, ему запрещено только после низложения возвращаться в свое общество, и то по одной ненависти граждан; там написано так: „Несторий же, так как был ненавидим городом и вельможами, в нем находившимися, не мог возвратиться туда2). В деяниях и определениях собора говорится о едином Сыне Иисусе Христе, а по учению Феодора и Нестория о Боге умалчивается. В деяниях собора о Феодоре никогда не говорится, как об учителе истины; а по словам послания тот, которого богохульства мы приводили выше, провозглашается учителем истины, – и конечно, если он сказал правду, то ложно все, что собор постановил об истине. Итак всякий, кто старается доказать, что послание, приписываемое Иве, принадлежит собору, о чем ином старается, как не о разрушении Деяний этого собора? А если они друг другу противоречат, то без сомнения не имеют никакого авторитета; так как все то, что

__________________________

1)Слич. выше, стр.87 2) Слич. выше, стр. 134-135.

250

 

 

уничтожается в противоречии, не может назидать других: если они друг другу противоречат, то они не имеют никакой твердости по свидетельству Господа, который говорит: царство, раздельшееся на ся, не стоит. Но да не будет этого, да не будет в отношении к достопочитаемому собору, чтобы он мыслил противно себе, или чтобы он предпочитал предыдущее, несогласное с последующим или бы соединял вместе последующее противное предыдущему. Святая вера, которая там принята единодушно, принята единомысленно и единогласно исповедана. Таким образом во всех частях мира установлена форма нашего исповедания, потому что в словах молящихся она не заключает в себе никакой разности.

Но, отвергая авторитет этого послания, зачем мы говорим, что только святой халкидонский собор нарушен? Конечно, если сочесть оное правым, то обратится в ничто вся вера и поклонение и святого ефесского собора. Это послание гласит, что на нем Кирилл ослепил очи мудрых с помощью мзды. Что же может быть верного касательно истины там, где самая истина объявляется проданною священниками? Но кто согласится так говорить, или терпеливо слушать? Итак, пусть отвергается только одно лживое послание, дабы тот и другой святой собор не подвергся обвинению в такой лживости. Мы поддерживаем основание вашей веры, дабы после того, как первый святой ефесский собор уличается как бы в продажности, и халкидонский не был отмечен обвинением в разности (чего да не будет); чтобы уяснить как этот последний согласен в своих словах, необходимо, чтобы ваша братская любовь узнала это сполна, как есть. Мы все знаем, что на соборе никогда не излагаются каноны иначе, как только по совершении определений веры и по окончании соборных Деяний, так что, соблюдая порядок, собор наперед наставлял сердца к вере, а потом устраивал и церковные обычаи и действия посредством правил канонов. Поэтому рассмотрите с бдительным старанием, какое в шестом его Деянии исповедание святой веры установляется, и затем в седьмом полагается правило канонов уже касательно наставления верных. В остальных же деяниях уже нет ничего о деле веры, а только разбираются частные дела. И так как ваши ответные письма выражают сомнение, что это так, то мы и позаботились доказать это из приведенных многих сочинений. Впрочем мы уверены, что никогда невозможно сомневаться в этом предмете, ибо эта совокупность (свидетельств) так внушительна, что возбраняет веровать иначе.

Во-первых, порядок дела показывает, что, когда в шестом Деянии указывается определенное правило веры (как ска-

251

 

 

зано), в следующем Деянии излагается форма канонов. Во-вторых, в конце шестого деяния предпоставляется уже и норма канонов, когда там государь говорит почтеннейшим епископам: „некоторые пункты, касающиеся чести вашей почтенности, мы предоставляем вам, почитая приличным, чтобы они были (лучше) канонически определены вами на соборе“ и проч.1) Таким образом этим предпоставлением шестого деяния показывается, что законные постановления канонов содержатся только в седьмом. Ибо что оставалось сделать после утверждения исповедания веры, как не то, чтобы святой собор, постановив правила, осудил непозволительные действия некоторых верующих, хотя, всматриваясь внимательно, мы найдем, что правила канонов положены не в седьмом, как думают, Деянии, а приобщены к тексту шестого. Ибо, когда в этих священнейших постановлениях не обозначается ни день, ни царствование, и не описываются лица, которые заседали, то без сомнения этим показывается, что не начинаясь обыкновенным вступлением, они присовокуплены к предыдущему Деянию. А что в шестом Деянии решается дело веры, это ясно из самой подписи общей всех епископов; потому что те, которые после подписали мнение, засвидетельствовали, что все, что надлежало сделать относительно веры, покончено. Поэтому после по частным предметам они рассуждают только на словах, и то, что они высказали в определениях, они не утвердили никакою подписью. Таким образом эти достопочтеннейшие епископы исследовали в шестом Деянии все, что надлежало сделать относительно веры; так что, как написано там, воскликнули: „просим, отпусти нас, благочестивый император“! А что не ради веры они были удержаны, а ради частных дел, это доказывается государевым ответом, о котором там говорится: „священнейший и благочестивейший государь наш Маркиан август сказал святому собору: „вы долго трудились, перенося усталость; подождите еще три или четыре дня и в присутствии знатнейших сановников наших дайте ход всему, чего хотите, в надежде получить надлежащую помощь“2). Таким образом они были удержаны для решения частных и желаемых ими дел, и очевидно, что они оставались по окончании шестого деяния не по делу веры.

Но зачем мы об этом ведем речь так продолжительно, когда мы опираемся на авторитет предшественника нашего, блаженного Льва? Ибо он, как мы показали выше многими свиде-

________________________

1)Слич. Деян. Всел. Соб. Том. 4, стр.167. Изд. 2-, стр.74, Изд. 3-е, стр.69

2)Слич. Том. 4, стр. 170. Изд. 2-е, стр.75, Изд. 3-е, стр.70

252

 

 

тельствами из его посланий, оставляя многочисленные деяния по частным делам, основывает авторитет собора только на определении веры. Сюда относится то, что он писал к Максиму, предстоятелю антиохийского престола, рассеевая от нас все облака подозрений о состоявшемся соборе, и говоря: „если, действительно, теми братьями, которых я посылал вместо себя на святой собор, как объявляют, сделано что-нибудь сверх того, что относится к делу веры, то это конечно не будет иметь никакой твердости; потому что они были отправлены апостольским престолом только для того, чтобы по опровержению ересей были защитниками кафолической веры. Ибо все то, что сверх частных дел представляется на рассмотрение епископов в соборных собраниях, может иметь некоторое основание для обсуждения“1). Но некоторые обыкновенно говорят, что он высказал это для предупреждения Анатолия, епископа константинопольского; пусть же рассмотрят деяния собора и слова послания, которые мы теперь привели, и перестанут подозревать здесь неправду. Именно, когда вышесказанный константинопольский епископ старался утвердить нечто за собою, то, как известно, Лев противопоставил ему тут легатов апостольского престола с высшим полномочием. Это читается и в деяниях собора и подтверждается посланиями того же собора к вышесказанному предшественнику нашему. Мы знаем также, что тот же часто упоминаемый предшественник наш как мы сказали выше, написал к Максиму: „если действительно, теми братьями, которых я посылал вместо себя на святой собор, как объявляют, сделано что-нибудь сверх того, что относится к делу веры, то это, конечно, не будет иметь никакой твердости: потому что они были отправлены апостольским престолом только для того, чтобы, по опровержении ересей, были защитниками кафолической веры“. Следовательно, если, говоря о деле Анатолия, он осуждает то, что сделано на соборе его наместниками, то, конечно, он порицает их за то, что возражали? Но кто с этим согласится, даже и неразумный, когда известно, что по этому делу блаженный Лев на вопрос Анатолия писал о своих наместниках с большою похвалою за то, что они возражали. Мы не приводим слов этого послания, чтобы не растянуть еще неумереннее это сочинение. Если же и прибавляется: „ибо все то, что сверх частных дел представляется на рассмотрение епископов в соборных собраниях, может иметь некоторое основание для обсуждения“, то этим очевидно дается нам дозволение вновь пересматривать то, что там было совершено

_________________________

1)Mansi, 9, 449 с.Слич. том 4. Стр.430, 451. Изд. 2-е, стр.200. Изд. 3, стр. 188

253

 

 

сверх дел веры, относительно лиц. Ибо специальный предмет соборных заседаний есть вера. Следовательно все, что совершается сверх веры, как оказывается по учению Льва, ничто не препятствует вновь подвергать обсуждению. А что и утех епископов, которые заседали в Халкидоне, собор почитается только до определения веры, это ясно доказывается тем, что многие древнейшие греческие кодексы содержат в себе собор только в шести деяниях, с присоединением канонов, так что вовсе не имеют прочего, что было возбуждаемо частным образом. Поэтому и энкиклики свидетельствуют, что это так. Так Алипий, епископ Кесарии каппадокийской, в послании к Льву августу говорит: „итак, находясь в таком положении, я заявляю вашему благочестию, что хотя я не читал того, что в частности было исследовано и определено святыми епископами, собиравшимися в городе Халкидоне, потому что бывший тогда на соборе блаженной памяти епископ Фалассий не доставил сюда ничего более из того, что там совершено, а только прочел доставленное им определение, изложенное этим святым собором“1). Таким образом из свидетельства епископа Алипия мы удостоверяемся, что кроме дела веры Фалассий ничего не считал столь же важным из Деяний собора; а он был там и по частным делам епископов, кроме дела веры. Итак, если в шестом Деянии заключается исповедание веры и тут же утверждается правило канонов, если блаженный Лев против тех дел, которые там были возбуждаемы частным образом, если того, что совершено было сверх веры, не считает важным и тот, кто совершал – Фалассий; то зачем нас упрекают в том, что мы отвергаем еретическое послание (Ивы), мы, которых в этом случае подкрепляет авторитет всех наших предшественников? И хотя бы Ива отвечал, что он чужд этого послания, хотя бы трудно или и вовсе нельзя было доказать, что оно было одобрено; однако же всякий может смело осудить его, хотя бы епископы, заседавшие на том соборе, и одобрили его своими подписями; потому что, после того как, по словам блаженного Льва, допускается право пересмотра и обсуждения, хотя бы и могла быть какая власть у тех, которые присутствовали, в частных делах она упраздняется.

Затем, по обсуждении второй главы, остается третья. Мы должны ограничить наше обсуждение, тем более, что не думаем, чтобы вы расходились с нами в этом случае. Мы осуждаем

______________________

1)Слич. Том 4, стр.620, 621. Изд. 2-е, стр.277. Изд. 3-е, стр.257

254

 

 

не все сочинения Феодорита, а только те, которые, как известно, он некогда написал против двенадцати глав Кирилла, только те, которые он написал против правой веры; впрочем, известно, что и сам он осудил их, потому что на святом халкидонском соборе он оказывается исповедавшим истину. А каким образом после заблуждения он право мыслил, – показывает и то, что он прежде писал, и то, что он сделал на халкидонском соборе. Так в письме к Несторию он говорит: „с тем, что несправедливо и противозаконно совершено было против твоей святости, я не позволю себе согласиться и тогда, если бы кто-нибудь отсек мне обе руки“1). Также в письме к Эмерию, епископу Никомидии, говорит: „на осуждение достопочтенного и святейшего епископа Нестория, которое, говорят, сделано, мы не должны давать согласия“. В письме к Александру, епископу иерапольскому, также говорит: „я и прежде говорил твоей святости, что если учение господина моего достопочтенного и святейшего епископа Нестория будет осуждено, я не буду иметь общения с теми, которые это сделают“. В письме же к Александру, предстоятелю Сирии палестинской, говорит: „думаю, что больше всего удовлетворен господин мой святейший и достопочтенный епископ Иоанн тем, что я никоим образом не склоняюсь дать свое согласие на осуждение господина моего святейшего и достопочтенного епископа Нестория, которое было постановлено в Тарсе и в Ефесе“. Однако же потом, допущенный святым халкидонским собором в спор с противниками, он открыто произнес на Нестория анафему, и, осудивши его как еретика, показал себя православным. А прежде он мыслил противно святой Церкви и писал против двенадцати глав блаженного Кирилла так: „святую Деву мы называем Богородицею не потому, что она родила Бога по естеству, но человека, соединенного с Богом, который образовал его“. И немного после: „если произошло природное соединение образа Бога и образа раба, то Законодатель всего находится в необходимости следовать законам“. И еще: „употребляя слово приобщение, мы боготворим Сына, как единого, боготворим и воспринявшего и воспринятое в нем; но помним разность естеств и не избегаем называть его богоносным человеком, как и называется он у многих из святых отцов“. И спустя несколько говорит: «разумейте посланника и святителя исповедания нашего, Иисуса Христа, верна суща сотворшему его, якоже и Моисей во всем дому его» (Евр. 3, 1-2)».

_________________________

1)Слич. выше, стр.131

255

 

 

Никто из правомыслящих не скажет, что творение есть несотворенное, несозданное и совечное Отцу Божие Слово, и прибавлю, истинное, но – что это тот, кто произошел от семени Давида, и, непричастный никакому греху, соделался святителем нашим и жертвой, принесши за нас самого себя, и нося уже в себе Слово Божие, сущее от Бога, соединенное и неразрывно связанное с ним“1). И опять, чтобы показать, что он как бы дорастал до божества, в том же сочинении прибавляет: „ангел говорит Деве: «Дух Святой найдет на тя, и сила Вышняго осенит тя: темже и раждаемое свято, наречется Сын Божий» (Лук. 1, 35). Рассудите еще здесь, как все говорится по человечески. «Будет велий», говорит, – не сказал: есть велий; и Сын Вышнего наречется, – не сказал: нарицается; и даст ему Господь Бог престол Давида отца его, – не сказал: имеет, а даст Ему Господь; и воцарится, – не сказал царствует; а над кем? над домом Иаковлим, – не сказал: над ангелами и архангелами“. Еще в той же второй книге говорит: Иисус же исполнь Духа Свята возвратися от Иордан (Лук. 4, 1); и опять: и возвратися Иисус в силе духовней в Галилею (Лук. 4, 14). Не думай, чтобы Слово Божие имело нужду в содействии или помощи Духа Святого, но различными дарами Святого Духа пользовался видимый храм Его“. И после еще: Иисус Христос, говорится, вчера, и днесь, той же и во веки. Каким же образом, мудрейшие, мы должны понимать, как это Он вчера и днесь и во веки, и временно и вечно, и во времени и выше времени; потому что, если Он вечен, то не временем, а если Он во времени, то выше времени“. И опять, как бы утверждая в Господе Боге нашем Иисусе Христе единство божества и человечества, говорит: „мы различаем естества Бога Слова: чистое естество исповедуем и лице без сомнения совершенное, потому что нельзя утверждать существо без лица; а равно и совершенное человеческое естество с его лицом исповедуем. Когда же рассуждаем о соединении, тогда по справедливости именуем только одно лице“. – Кто не видит, любезнейшие братия, что это полно всякого нечестия? Однако ж известно, что после он в этом исправился и согласился на светом халкидонском соборе анафематствовать Нестория. Кто не видит, как безрассудно с надменностию защищать сочинения Феодорита, которые, как известно, он сам после правого исповедания осудил? Если же мы личность его принимаем, а те дурные сочинения, которые прежде таились, отвергаем, то

_______________________

1)Слич. Деян.вс.соб.том. 2, стр.129. Изд. 2-е, стр.75

256

 

 

этим ничуть не отступаем от Деяний святого собора; потому что мы, отвергая только его еретические сочинения, и доселе вместе с собором преследуем Нестория, и вместе с собором чтим Феодорита, право исповедавшего. Другие же сочинения мы не только принимаем, но и пользуемся ими против противников. Когда Феодор хотел изъяснить Песнь песней и трудился больше не для изъяснения, а для сумасбродства, то признался, что этой книгой он хотел угодить царице эфиопской. Феодорит, обличая его в этом, хотя скрыл имя Феодора, по обнаружил его безумство. Так, составляя объяснение той же самой книги, он говорит: „слышу я, что многие, отвергая Песнь песней, и не веря, что эта книга богодухновенная, по неразумию составляют на живую нитку бабьи сказки, и предполагают, что мудрый Соломон написал эту книгу о себе и дочери фараоновой“. Как же мы не принимаем никаких сочинений Феодорита, если находим в нем защитника истины против Феодора? Вот что́ мы отвечаем на ваше письмо.

Теперь же мы находим весьма благовременным кратко ответить на те слова ваши, которые мы услышали без письма от ваших посланных. Они сказали, что Феодор был восхвален в послании Иоанном, епископом антиохийским, с чрезвычайным одобрением; мы этому никоим образом не верим. Если впрочем и существует что-нибудь подобное, то мы готовы верить, что это относится больше к вере первого ефесского собора, более к книгам Кирилла, Исихия, чем к другим посланиям, которые и до сих пор еще не могли придти в известность. Впрочем, мы должны ближе подойти к делу, снисходя еще поговорить что-нибудь. Итак, пусть мы согласимся с тем, в чем уверяют ваши посланные. Вы знаете, возлюбленнейшие братия, что предметы, подлежащие сомнению, нужно толковать всегда в лучшую сторону. Что же за важность, если он похвален одним Отцом, когда его заблуждение доселе было еще скрыто и сомнительно? а после того как вероломство сделалось известным, он так изранен мнениями почти всех великих отцов, как лютый зверь частыми стрелами. Разве мы не знаем, что иногда и злых людей хвалят добрые, и однако те не спасаются за этими похвалами? Кто хуже Оригена между ересиархами и кого можно найти достопочтеннее Евсевия между историографами? А кто из нас не знает, какими похвалами превозносит Евсевий Оригена в своих книгах? Но так как святая Церковь судит, смотря более благосклонно на сердца своих верных, чем строго относясь к словам, и так как она может руководствоваться касательно еретиков собственным разумением более, чем свидетельством

257

 

 

Евсевия, то она и не обвинила Евсевия за похвалу Оригену. Разве и Григорий, епископ нисский, изъясняя Песнь песней, не превозносил Оригена великими похвалами? Разве и Иероним, пресвитер нашей церкви и единственный переводчик с еврейского языка, не относится к Оригену с такою привязанностью, что почти кажется его учеником? Но так как следует брать в расчет больше дело, чем слова, то и им не повредило их расположение, и того не оправдало в собственной вине чужое доброе свидетельство.

После этого я принужден, любезнейшие братия, с соболезнованием сказать вместе с Павлом: свидетельствую бо им, яко ревность Божию имут, но не по разум» (Римл. 10, 2); и как я вижу желание любви его к единству святой Церкви, то тем тяжелее воздыхаю о вашем несогласии. Размыслите, прошу вас, – каким жаром святого единства пылал он, когда говорил филиппийцам: аще кое утешение о Христе, или аще кая утеха любве, аще кое общение Духа, аще кое милосердие и щедроты, исполните мою радость, да тожде мудрствуете, ту же любовь имуще, единодушни, единомудренни (Фил. 2, 1-2). Таким образом он, намереваясь говорить о единодушии, предпослал столько и таких исследований, и в исследовании, а не в исполнении, показал, какова была бы заслуга этой добродетели. А напротив, какое зло – несогласие, он показывает, говоря коринфянам: возвестися ми о вас, братие моя, посланным от Хлоиса, яко рвения в вас суть. Глоголю же се, яко кийждо вас глаголет: аз убо есмь Павлов, аз же Аполлосов, аз же Кифин, аз же Христов (1 Кор. 1, 11-12). С каким намерением он говорит это, мы узнаем, если размыслим о словах следующего за тем упрека: еда разделися Христос? еда Павел распятся по вас или во имя Павлово крестистеся (1 Кор. 1, 13)? Итак, рассудите, братия мои, и так как хотя до сих пор долготерпит Бог, мы все-таки колеблемся в неизвестности о конце нашей жизни, то взвесьте с тщательным старанием, как это ваше братство не боится из-за Феодора производить такое раздирательство в святой Церкви, когда Павел боялся даже и представить такое раздирательство из-за себя. Почему бы не привесть на память слова блаженного Августина о сохранении единства? Он, говоря о едином крещении, объявил мученика Киприана, который писал о повторяемости крещения, правым, потому что хотя бы тот в чем-нибудь немного и ошибался, однако никогда не прерывал общения со всею Церковию. Итак, очевидно, что так нужно пребывать в хранении святости; а иначе, возлюбленнейшие братия, если вы отделяетесь от единства Церкви, то вы потеряли всякую заслугу добродетели, хотя

258

 

 

бы даже вы и были правы, потому что написано: мир имейте и святыню со всеми, ихже кроме никтоже узрит Господа (Евр. 12:14).

Много мы сказали, потому что и отвечали на многое. И хотя бы можно было привести бесчисленные свидетельства из отцов, мы привели очень немного: мы желали, чтобы наше послание ограничилось в подробностях коротким повествованием, дабы не произвести скуку в читателе. Только одно, о чем мы уже выше сказали, нам не наскучит повторять еще чаще: при помощи Божией мы храним веру святого халкидонского собора во всем неповрежденною, и его определения, так же, как и первого ефесского, константинопольского и никейского соборов, мы и доселе неприкосновенными соблюдаем и даже до смерти сохраним. Поэтому ваша любовь да не избегает общения с верными православными братиями, чтобы не обратить во свидетельство против себя, если пренебрежете выслушать настоящее увещание нашего голоса. А мы после слов прибегаем к Господу, и сколько можем, со слезами молим Его, чтобы Он все, что мы говорим вам для восстановления согласия, рукою внутреннего внушения в ваших умах привел в исполнение.


Страница сгенерирована за 1.3 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.