Поиск авторов по алфавиту

Автор:Кирилл Александрийский, святитель

Кирилл Александрийский, свт. Послание к Несторию об отлучении

XXII.

Послание Кирилла, епископа александрийского, к Несторию об отлучении.

Кирилл и собор, собравшийся в Александрии из египетского округа, Несторию, благоговейнейшему и боголюбезнейшему сослужителю, желают о Господе всякого блага.

I. После того, как Спаситель наш ясно говорит: иже любит отца, или матерь паче Мене, несть Мене достоин: и иже любит сына, или дщерь паче Мене, несть Мене достоин (Матф. 10, 37), что должны будем потерпеть мы, от которых твое благоговейнство требует любви к тебе бо́льшей, чем ко Христу, Спасителю всех нас? Кто будет в силах помочь нам в день суда? Или какое найдем мы себе оправдание в столь долгом молчании при твоих на Христа злохулениях? Если бы ты, имея такие мысли и учение, вредил только самому себе, то нам меньше было бы заботы. Но как ты соблазнил Церковь и распространил в народе закваску необычайной и чуждой ереси, и книги твоих толкований разнесены не только там 1), но и повсюду: то какая еще причина достаточна будет к нашему молчанию? Или как невольно не вспомнишь Христовых слов: не мните, яко приидох воврещи мир на землю, но мечь. Приидох бо разлучити человека на отца своего, и дщерь на матерь свою (Матф. 10, 34. 35). Ибо когда искажают веру, тогда погибает уважение к родителям, как бы устарелое и неосновательное, прекращается и закон любви к детям и братиям, и, наконец, смерть для благочестивых становится приятнее жизни, да, по Писанию, лучшее воскресение улучат (Евр. 11, 35).

II. Итак, вот вместе с святым собором, собравшимся в великом Риме, под председательством святейшего и благочестивейшего брата и сослужителя нашего епископа Келестина, мы с третьим уже посланием обращаемся к тебе и единодушно советуем отстать от того ложного и превратного учения, которое ты выдумываешь и рассееваешь, а вместо его избрать правую веру, в начале преданную церквам святыми апостолами и евангелистами, которые были самовидцами и служителями Слова (Лук. 1, 2).

_______________

1) В Константинополе.

191



Если твое благоговеинство не сделает этого к сроку, назначенному в послании помянутого святейшего и благочестивейшего брата и сослужителя нашего, епископа Церкви римской, Келестина: то знай, что ты не имеешь никакого общения с нами, ни места или счета между священниками Божиими и епископами. Ибо не возможно же нам оставаться небрежными, когда церкви так возмущены, народ соблазнен, правая вера попирается и ты разгоняешь стадо, ты, который должен бы хранить его, если бы, подобно нам, крепко любил правую веру, строго следуя благочестию святых отцов. А со всеми мирянами и клириками, коих твое благоговеинство отлучило или низложило за веру, мы все находимся в общении, — ибо несправедливо подвергаться твоим тяжким приговорам — тем, которые умеют мудрствовать православно, потому что они стали противоречить тебе с доброю целию. Это самое ты объявил в послании, писанном тобою к святейшему епископу великого Рима и нашему соепископу Келестину. Впрочем, недостаточно будет того, чтобы твое благоговеинство только исповедало с нами символ веры, изложенный некогда, во Святом Духе, святым и великим собором, который был собран, по обстоятельствам, в Никее; ибо ты понял и объяснил его неправильно, и даже превратно, хотя на словах исповедуешь так, как он изложен; — а следует, чтобы ты письменно и с клятвою исповедал, что ты проклинаешь злочестивое и гнусное свое учение, и будешь мудрствовать и учить так, как и все мы, западные и восточные епископы, учители и вожди народов. Что же касается посланий, писанных к твоему благоговеинству александрийскою церковию, как составленных правильно и неукоризненно, то с ними согласен святой собор римский и мы все. К настоящему посланию нашему мы приложили то, что до́лжно содержать и чему учиться, и то, от чего надлежит удаляться. Вот вера кафолической и апостольской Церкви, в которой согласны все православные епископы, западные и восточные.

III. Веруем во единого Бога Отца, Вседержителя, Творца всего видимого и невидимого; — и во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, единородного, рожденного от Отца, то есть, из сущности Отца, Бог от Бога, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, не сотворенного, Отцу единосущного, чрез которого все произошло как на небе, так и на земле, ради нас человеков и ради нашего спасения низшедшего, воплотившегося и вочеловечившегося, страдавшего и воскресшего в третий день, возшедшего на небеса и грядущего судить живых и мертвых; — и в Духа Святого. Говорящих же, что было время, когда не было Сына, что Он не существовал до рождения, и произошел из несущего, или утверждающих, что Сын Божий

192

 


имеет бытие от иного существа или сущности, и что Он подлежит превращению или изменяем, таковых кафолическая и апостольская Церковь предает анафеме. Следуя во всем исповеданию святых отцов, которое постановлено под руководством говорившего в них Духа Святого строго разбирая цель заключающихся в нем мыслей и шествуя как бы царским путем, мы говорим: само единородное Слово Божие, рожденное из самой сущности Отца, истинный Бог от истинного Бога, Света от Света, которым получило бытие все, что есть на небе и на земле, ради нашего спасения сшедшее (с небес) и уничижившееся, воплотилось и вочеловечилось, то есть, приняв плоть от святой Девы и усвоив Себе от самого зачатия, претерпело наше рождение и произошло от жены человеком, не теряя того, чем было, но и по восприятии плоти и крови пребывая тем же, чем было, то есть, Богом по естеству и по истине. Но мы не говорим ни того, будто плоть превратилась в естество Божества, ни того, будто неизреченное естество Бога Слова изменилось в естество плоти. Ибо оно не подлежит превращению и изменению, но, по Писаниям, всегда пребывает совершенно тоже (Евр. 13, 8). Став же видимо и быв еще младенцем в пеленах, Оно, как Бог, и в недрах родившей Девы наполняло всю тварь и восседало с Родившим Его. Ибо Божество не имеет ни количества, ни величины и не терпит никакого ограничения.

IV. Исповедуя, что Слово соединилось с плотию ипостасно (καθ᾿ ὐπόςτασίν), мы покланяемся единому Сыну и Господу Иисусу Христу и в этом случае мы не разлагаем по частям и не разлучаем человека и Бога, особенно когда они соединены между собою не единством достоинства и произволения (ибо это пустословие, а не что другое); не называем Христом отдельно Слово, сущее от Бога, и также Христом отдельно другого, сущего от жены, но признаем одного только Христа — Слово, сущее от Бога Отца, с собственною Его плотию. Ибо тогда Оно по человечеству помазано (св.Духом), хотя достойным получить Само дает Духа, и дает не в меру, как говорит блаженный евангелист Иоанн (3, 34). Не говорим мы и того, что Слово, сущее от Бога, обитало в рожденном от святой Девы, как в обыкновенном человеке, да не представляют Христа человеком Богоносным. Ибо хотя Слово и с нами обитало (Иоан. 1, 14), но сказано, что во Христе обитало телесно и вся полнота Божества (Колос. 2, 9). А мы содержим в мысли и определяем, что Слово, став плотию, обитало во Христе, отнюдь не так же, как, говорится, обитало Оно во святых; но, став едино с человеческим естеством в ипостасном бытии, и не превратившись в плоть, Слово устроило такое обитание, какое, мощно сказать, имеет душа человека с собственным своим телом.

193

 

 

V. Итак един Христос и Сын и Господь, впрочем не так, будто человек имеет союз с Богом только по единению с Богом в достоинстве или в воле. Ибо равное достоинство еще не объединяет естеств. Например, Петр и Иоанн друг другу равны достоинством, как апостолы и святые ученики, но оба не суть одно. Не понимаем мы образ союза ни как приложение, ибо этого не достаточно для единения естеств, ни как согласие свойств, подобно как мы, прилепляясь к Господу, по Писанию, бываем един дух с Ним (1 Кор. 6, 7). Мы даже избегаем имени союз (συναφείας), как не могущего достаточно выразить единение (ἔνωσιν). Слово, сущее от БогаОтца, мы не называем Богом или Владыкою Христа, чтобы опять единого Христа, Сына и Господа, видимо не рассечь на двое, и, делая Его Богом и Владыкою Самого Себя, не подпасть вине злохуления. Ибо Слово Божие, как мы уже прежде говорили, став едино с плотию ипостасно, есть Бог всего и владычествует над всем, а сам для Себя Он ни раб, ни Владыка. Мудрствовать и говорить таким образом глупо и даже нечестиво. Правда, Отца Он называет Богом своим, хотя сам по естеству — Бог и (рождается) из сущности Его: но мы знаем, что, пребывая Богом, Он стал и человеком, подчиненным Богу, по закону, коему подлежит естество человеческое. А сам для Себя как Он может быть Богом или Владыкою? Итак, как человек и низшедший до уничижения по внешнему состоянию, Он говорит, что вместе с нами Он подчинен Богу. Таким же образом Он стал под законом, хотя сам изрек его и, как Бог, сам есть законодатель.

VI. Мы избегаем о Христе таких речей: „ради носящего чту носимого; ради невидимого поклоняюсь видимому”. Ужасно прибавить к этому и следующее: „воспринятый Бог действует совокупно с воспринявшим”. Кто говорит так, тот опять рассекает Христа на двое, и человека становит отдельною частью и Бога также; ибо открыто отрицает единение, по которому не приемлет кто-либо поклонение, как один в другом, ни Бог совокупно действует (с человеком), но признается един Иисус Христос, Сын единородный, с собственною Его плотию чтимый единым поклонением. Мы исповедуем, что самый Сын, рожденный от Бога Отца, и единородный Бог, хотя бесстрастен по собственному естеству, однако ж за нас пострадал плотию, по Писаниям, и в распятом теле бесстрастно усвоил Себе страдания собственной плоти. По благоволению Божию Он принял смерть за всех (Евр. 2, 9), предав ей собственное тело, хотя по естеству есть Жизнь и сам есть воскресение. Дабы в собственной плоти, как бы в начатке (πρώτη), поправ смерть неизреченною силою, быть перворожденным из мертвых (Колос

194

 


1:18) и начатком из умерших (1 Кор. 15, 20), и открыть человеческому естеству путь к достижению нетления, — Он по благоволению Божию, как мы сейчас говорили, вкусил смерть за всех и, расхитив ад, в третий день ожил. Посему, хотя говорится, что воскресение мертвых совершилось человеком (1 Кор. 15, 21), но мы под человеком разумеем Слово, рожденное от Бога, и разумеем, что Им разрушена держава смерти. Как единый Сын и Господь, Он придет некогда во славе Отца, дабы, как написано, судить вселенную праведно (Псал. 37, 9). — Нужным считаем присовокупить и следующее:

VII. Возвещая смерть по плоти единородного Сына Божия, то есть, Иисуса Христа, исповедуя Его воскресение из мертвых и вознесение на небеса, мы совершаем в церквах бескровную жертву, приступаем таким образом к таинственным благословениям и освящаемся, причащаясь святой плоти и честной крови Христа, Спасителя всех нас; принимаем не как обыкновенную плоть (да не будет!), не как плоть человека освященного, и сопряженного с Словом единением достоинства, или сделавшегося обиталищем божества, но как кровь по истине животворящую и собственную для самого Слова. Ибо Оно, как Бог и Жизнь по естеству, и став едино с своею плотию, явно сделало ее животворящею. Посему хотя говорит нам: аминь, аминь глаголю вам, аще не снесте плоти Сына человеческого, ни пиете крове Его (Иоан. 6, 53), однако ж мы должны разуметь плоть не человека, одного из подобных нам (ибо как плоть человека будет животворящею по собственному естеству своему?), но плоть по истине принадлежащую собственно Тому, кто ради нас сделался и действовал как Сын человеческий.

VIII. Что касается до изречений нашего Спасителя, заключающихся в евангелиях, то мы не относим их раздельно ни к двум существам ни к двум лицам. Ибо един и единый только Христос, хотя и признается соединенным в нераздельное единство из двух и притом различных естеств, не есть сугуб; подобно как и человек признается состоящим из души и тела, однако ж не двойным, но единым из той и другого. Рассуждая по надлежащему, мы полагаем, что единым (Христом) сказаны человеческие и вместе божеские изречения. Именно, когда Он говорит о Себе богоприлично: видивый Мене, виде Отца (Иоан. 14:9), и: Аз и Отец едино есма (Иоан. 10, 30), то мы разумеем Его божеское, неизреченное естество, по которому Он и есть едино со Отцом своим, и по тождеству сущности, есть образ и начертание и сияние славы Его (Евр. 1, 3). Когда же, не находя бесчестия в человеческом естестве, говорит иудеям: ныне же ищете Мене убити, человека, иже истину вам глаголах (Иоан. 8, 40), мы опять и из свойств Его человечества неменее признаем Его

195

 


Богом, равным и подобным Отцу. Ибо если необходимо веровать, что истинный по естеству Бог стал плотию, т. е. человеком, одушевленным разумною душою, то какое кто имеет основание стыдиться таких Его речений, кои были бы и человеку приличны? Если бы Он отказывался от речений, приличных человеку, то кто бы принудил Его стать подобным нам человеком? А когда Он ради нас низвел Себя в добровольное уничижение, то по какой причине Ему отказываться от речений, приличных уничижению? Итак, все заключающиеся в евангелиях изречения должно относить к единому лицу, к единой воплощенной ипостаси Слова. Ибо, по Писанию, един Гоcподь Иисус Христос (1 Кор. 8, 6).

IX. Хотя Христос называется посланником и первосвященником исповедания нашего (Евр. 3, 1), как священнодействующий пред Богом и Отцом в исповедании веры, приносимом нами Ему и чрез Него Богу Отцу и даже св. Духу, не смотря на то мы говорим, что Он по естеству есть Сын Божий единородный, и как имя, так и самое совершение священства не приписываем человеку, отдельному от Него. Ибо Он, предав Себя самого в приятное благоухание Богу и Отцу (Ефес. 5, 2), стал посредником между Богом и человеками (1 Тим. 2, 5) и ходатаем примирения. Посему и говорил Он: жертвы и приношения не восхотел еси, тело же совершил Ми еси. Всесожжений и о гресе не благоволил еси. Тогда рех: се иду: в главизне книжней написася о Мне, еже сотворити волю твою, Боже (Евр. 10, 5 — 7. Псал. 39, 7. 8). Он принес собственное свое тело в приятное благоухание за нас, а не за Себя. Ибо, как Бог, выше всякого греха, какую имел Он нужду в приношении или в жертве за Себя? Если и все согрешили и лишены славы Божией (Рим. 3, 23), так как мы стали склонны к заблуждению и естество человеческое изнемогло от греха; но Он не таков, и потому мы побеждены Его славою. Какое, впрочем, сомнение может быть в том, что Он, истинный Агнец, заклан ради нас и за нас? Говорить, что Он принес Себя за самого Себя и за нас, почти тоже, что быть виновным в нечестии. Ибо Он ни в каком отношении не погрешил и не совершил никакого греха. Какую же нужду имел Он в приношении (за Себя), когда нет греха, за который бы справедливость требовала приношения.

X. Когда Он говорит о Духе: Он Мя прославит (Иоан. 16, 14), ты мы, рассуждая по надлежащему, говорим, что единый Христос и Сын приимет от Духа Святого славу не в том смысле, будто нуждается в славе от кого-нибудь иного, потому что Дух Его ни лучше, ни выше Его. Но так как Он употреблял (силу) Духа Святого при совершении великих дел для доказательства своего божества, то в сем смысле и говорит, что Им Он бу-

196

 


дет прославлен, подобно тому, как если бы кто из нас об имеющейся у него силе или знании в известном деле сказал: они меня прославят. Хотя Дух существует в собственной ипостаси и признается сам по Себе (существующим), так как Дух и не есть Сын; но и не чужд Ему, так как именуется Духом истины (Иоан. 16, 13), а истина есть Христос (Иоан. 14, 6). Посему, когда Дух чрез святых апостолов совершал чудеса, по вознесении Господа нашего Иисуса Христа на небо, Он прославил Его. Ибо люди тогда уверовали, что Он есть Бог по естеству, что Он же снова действует Духом своим: посему и сказал Он: яко от моего приимет, и возветит вам (Иоан. 16, 14). Впрочем этим мы не говорим, будто Дух мудр и силен по заимствованию (εκ μετόχης) (от другого лица): ибо Он всесовершен и не нуждается ни в каком благе. Но как Он есть Дух Силы и Мудрости Отчей, то есть, Сына: то по этому самому Он есть Мудрость и Сила.

XI. И как святая Дева по плоти родила Бога, соединившегося с плотию в (единую) ипостась: поэтому мы и говорим, что она есть Богородица, не в том впрочем смысле, будто естество Слова имеет начало бытия от плоти (ибо в начале бе, и Бог бе Слово, и Слово бе к Богу, Иоан. 1, 1., и само Оно есть творец веков, совечно Отцу и создатель всего), но в том, что Слово, как мы уже прежде говорили, приняв человеческое естество в личное с собою единение, претерпело плотское рождение из Ее ложесн, не потому опять, будто ради собственного естества имело необходимость во временном рождении, в последние времена мира, но для того, чтобы благословить самое начало нашего бытия, чтобы с рождением Его, соединившегося с плотию, от жены, прекратилась наконец клятва над всем человеческим родом, предающая земные наши тела смерти, чтобы с упразднением чрез Него приговора: в болезнех родиши чада (Быт. 3, 16) оправдалось сказанное у пророка: пожерта будет смерть возмогши; и опять: отъят Бог всякую слезу от всякого лица (Исаии 25, 8). Мы говорим, что для этой же цели Он по особому устроению сам благословил брак, и, когда пригласили его вместе со святыми апостолами, отправился в Кану галилейскую. Так думать мы научены святыми апостолами и евангелистами и всем богодухновенным Писанием и истинным исповеданием блаженных отцов. Все это должно принять и твое благоговеинство, и принять без всякого коварства. А что твоему благоговеинству необходимо предать анафеме, то изложено ниже, в прибавлении к нашему посланию.

1) Кто не исповедует Еммануила истинным Богом и посему святую Деву Богородицею, так как она по плоти родила Слово, сущее от Бога, ставшее плотию: да будет анафема.

197

 

 

2) Кто не исповедует, что Слово, сущее от Бога Отца, соединилось с плотию ипостасно, и что посему Христос един с своею плотию, то есть, один и тот же есть Бог и вместе человек: анафема.

3) Кто во едином Христе, после соединения (естеств), разделяет лица, соединяя их только союзом достоинства, то есть, в воле или в силе, а не, лучше, союзом, состоящим в единении естеств: анафема.

4) Кто изречения евангельских и апостольских книг, употребленные святыми ли о Христе, или Им самим о Себе, относит раздельно к двум лицам или ипостасям, и одни из них прилагает к человеку, которого представляет отличным от Слова Божия, а другие, как богоприличные, к одному только Слову Бога Отца: анафема.

5) Кто дерзает называть Христа человеком Богоносным, а не, лучше, Богом истинным, как Сына единого (со Отцом) по естеству, так как Слово стало плотию и приблизилось к нам, восприяв нашу плоть и кровь (Евр. 2, 14): анафема.

6) Кто дерзает говорить, что Слово Бога Отца есть Бог или Владыка Христа, а не исповедует, лучше, Его же самого Богом и вместе человеком, так как, по Писаниям (Иоан. 1, 14), Слово стало плотию: анафема.

7) Кто говорит, что Иисус как человек был орудием действий Бога Слова и окружен славою Единородного, как существующий отдельно от Него: анафема.

8) Кто дерзает говорить, что воспринятому (Богом) человеку должно поклоняться вместе с Богом Словом, должно его прославлять вместе с Ним и вместе называть Богом, как одного в другом (ибо так думать заставляет постоянно прибавляемая 1) частица — συν вместе с), а не чтит Еммануила единым поклонением и не воссылает Ему единого славословия, так как Слово стало плотию: анафема.

9) Кто говорит, что единый Господь Иисус Христос прославлен Духом в том смысле, что пользовался чрез Него как бы чуждою силою и от Него получил силу побеждать нечистых духов и совершать в людях божественные знамения, а не почитает собственным Его Духом, чрез которого Он совершал чудеса: анафема.

10) Божественное Писание говорит, что Христос был первосвященником и ходатаем нашего исповедания, что Он принес Себя за нас в приятное благоухание Богу и Отцу. Итак, если кто говорит, что первосвященником и ходатаем нашим был не сам Бог Слово, когда стал плотию и подобным нам чело-

_______________

1) У Нестория в его догматических беседах.

198

 


веком, а как бы другой некто, отличный от Него, человек, произшедший от жены; или кто говорит, что Он принес Себя в приношение и за самого Себя, а не за нас только одних, так как, не зная греха, Он не имел нужды в приношении (за Себя): анафема.

11) Кто не исповедует плоть Господа животворящею и собственно принадлежащею самому Слову Бога Отца, но принадлежащею как бы другому кому, отличному от Него, и соединенному с Ним по достоинству, то есть, приобретшему только божественное (в себе) обитание, а не исповедует, как мы сказали, плоть Его животворящею, так как она стала собственною Слову, могущему все животворить: анафема.

12) Кто не исповедует Бога Слова пострадавшим плотию, распятым плотию, принявшим смерть плотию и наконец ставшим первородным из мертвых, так как Он есть жизнь и животворящь, как Бог: анафема.


Страница сгенерирована за 0.52 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.