Поиск авторов по алфавиту

Автор:Бриллиантов А.

Бриллиантов А. К истории арианского спора до Первого Вселенского Собора

 

Христианское чтение. 1913. №№ 7-8. СПБ.

Разбивка страниц настоящей электронной статьи соответствует оригиналу.


А. И. Бриллиантов


К ИСТОРИИ АРИАНСКОГО СПОРА ДО ПЕРВОГО ВСЕЛЕНСКОГО СОБОРА



I.

Кто был „Евсевий“, председательствовавший на антиохийском соборе 324—325 года?


I.

Если подлинность открытого и изданного в 1905 году Э. Швартцем неизвестного дотоле послания антиохийского собора непосредственно предшествовавшего первому вселенскому собору и анафематствовавшего учение Ария, а трех его сторонников—Феодота Лаодикийского, Наркисса нерониадского и Евсевия кесарийского— отлучившего от церковного общения, можно теперь в общем, не смотря на возражения Гарнака 2), считать не под-

1) Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius. VI, в Nachrichten von der König]. Gesellschaft der Wissenschaften zu Göttingen. Philologisch-historische Klasse. 1905. Heft 3. S. 272—279 (с переводом на греческий язык). Послание издано по cod. Paris. 62. По той же рукописи оно напечатано в Die syrischen Kanones der Synoden von Nicaea bis Chalcedon nebst einigen zugehörigen Dokumenten herausgegeben von Fr. Sckultkess. Berlin 1908. (Abhandlungen der König]. Gesellschaft der Wissenschaften zu Göttingen. Phil.-hist. Klasse. Neue Folge В. X, № 2), S. 160—163. Затем его издал в Revue de l’Orient Chrétien, 1909, № 1, вместе с некоторыми другими документами, Fr. Nau, Littérature canonique syriaque inédite (также отдельно: Ancienne Littérature canonique syriaque. Fasc. Ш. Concile d’Antioche. Lettre d’Italie, etc. Paris 1909, p. 18—24, французский перевод p. 12—16). Кроме парижской рукописи, Nau имел еще произведенную для него Tisserant’ом сверку с Vatic. Sir. 148.

2) А. Harnack, Die angebliche Synode von Antiochia im Jahre 324/5, в Sitzungsberichte der. Königl. Preuss. Akademie der Wissenschaften. 1908. XXVI, S. 477—491.—Zweiter Artikel, там же, 1909, XIV, S. 401—425.

872



873

лежащею сомнениям, после аргументации в исследованиях самого издателя 1), свящ. Д. А. Лебедева 2) и Э. Зееберга 3), то в частностях далеко еще не все в этом высоковажном для начальной истории арианского спора документе является вполне ясным.

Послание начинается приветствием «святому и единодушному брату возлюбленному и сослужителю Александру» от 56 бывших на соборе (кроме 3 отлученных) епископов, имена которых и перечисляются, причем на первом месте стоит имя Евсевия и за ним уже Евстафия. «Τῷ ἁγίῳ καὶ ὁμοψύχῷ ἀδελφῷ ἀγαπητῷ καὶ συλλειτουργῷ Ἀλεζάνδρῳ Εὐσέβιος· Εὐστάθιος Ἀμφίων Βασσιανός· κτλ 4).

В надписании послания, принадлежащем составителю сборника, где оно находится, адресат его епископ Александр называется «епископом Нового Рима», т. е. Константинополя. Недоумения, какие может вызывать это сообщение—Александр, может быть, и не был еще во время этого собора, равно и собора никейского, епископом Византии, и вообще неясно, почему собор нашел нужным обратиться с посланием к епископу незначительного тогда городка Византии — легко устраняются, если принять, что это был в действительности не Александр византийский, а влиятельный по своему положению епископ западной половины империи Александр фессалоникский, как это доказано В, В. Болотовым для послания Александра александрийского, помещенного в церковной истории Феодорита (I, 4) и адресованного, по сообщению Феодорита, Александру константинопольскому, на деле же Александру фессалоникскому 5).

1) Е. Schwartz, Zur Gesch. des Athanasius. VII. Nachrichten, 1908, 3, S. 305—374,—ответ на первую статью Гарнака,

2) Свящ. Д. А. Лебедев, Антиохийский собор 324 года и его послание к Александру, епископу фессалоникскому, в Христ. Чтения, 1911, июль—август, 831—858, сентябрь, 1008—1023 (и отдельно).

3) Erich Seeberg, Die Synode von Antiochien im Jahre 324/25. Ein Beitrag zur Geschichte des Konzils von Nicäa. (Neue Studien zur Geschiehte der Theologie und der Kirche, herausgeg. von N. Bonwetsch und B. Seeberg. XVI. Stück). 1913 Berlin.

4) Sehwarte, VI, Nachrichten, 1905, 3, S. 272 (перевод Швартца).

5) В. В. Болотов, Theodoretiana. Христ. Чт. 1892, И, 121, 148—154. Предположение об Александре фессалоникском, как адресате послания Александра александрийского, было высказано некогда еще Балюзон. Ср. Христ. Чт. 1907, I, 261—3. Об адресате антиохийского послания



874

Но если решается, таким образом, вопрос об адресате послания, то-остается другой, возбуждающий, можно сказать, еще большие недоумения вопрос—о поставленном на первое место в ряду собравшихся в Антиохии епископов Евсевии. Нужно бы ожидать, что первое место в ряду отцов Собора будет занимать епископ антиохийский—Евстафий. Антиохийская кафедра на всем востоке имела, после александрийской, бесспорное преимущество пред всеми. На соборах, происходивших незадолго пред тем даже в Малой Азии, в Анкире и в Неокесарии, председательствовал, нужно думать, Виталии антиохийский 1). Теперь на соборе в самой Антиохии выше Евстафия стоит какой-то загадочный Евсевий,

Сам Швартц, ученый издатель и исследователь новооткрытого документа, принимая текст послания в данном месте так, как он передается в сохранивших его сирийских рукописях, для объяснения этого факта создает остроумную, но весьма искусственную и потому уже мало правдоподобную гипотезу о Евсевии исавропольском, явившемся будто бы в Антиохию из другой области для устройства церковных дел, когда антиохийская кафедра была вакантна (по † Филогония 20 декабря 324 г., по Швартцу), и для избрания епископа, каковой и был избран в лице Евстафия ве-

ср. Лебедев, 840 (10). Доводы В. В. Болотова признал убедительными и Швартц, когда они сделались ему известны, и согласился с выводом отсюда и об адресате антиохийского послания. Зееберг, однако, несмотря на это, пытается отстаивать распространенное на западе доселе мнение обе Александре византийском, как адресате и послания Александра александрийского, а отсюда и послания антиохийского собора, но без серьезных доказательств и потому не слишком решительно. Seeberg, 57—87.

1) В позднейшем памятнике, так назыв. Libellus synodicns, правда, говорится как о председателе анкирского собора о Маркелле анкирском, наряду с которым поставляется Агриколай, епископ Кесарии каппадокийской (Mansi, II, 539). Те же имена стоят на первом месте в армянском списке у Rackham в Studia biblica et ecclesiastica. Oxford 1891. Ш, p. 211 (по рук. Conybeare’a). Но в латинских (ed. Turner) и сирийских (ed. Schultkess, 29—31) списках отцов этого собора первое место занимает Виталий. Libellus synodicus называет за то Виталия председателем неокесарийского собора, бывшего вероятно вскоре после анкирского. В латинских и сирийских списках отцов этого собора, имеющих очень близкое сходство с списками участников собора анкирского, на первом месте также поставлен Виталий антиохийский.



875

рийского 1). Эта гипотеза вызвала основательные возражения со стороны Гарнака и особенно Д. А. Лебедева 2), и если ее воспроизводит и Зееберг (указывающий, между прочим, аналогию для предполагаемой деятельности Евсевия в Антиохии в правах западного так назыв. interventor’а или intercessor’a), то он слишком мало считается с выдвинутыми против нее аргументами 3).

Гарнак, признавший все антиохийское послание простым подлогом, попытался объяснить—очень, во всяком случае, странного и непонятного и в подложном, с точки зрения Гарнака, документе — Евсевия предположением, что «Евсевий» здесь не более как результат позднейшего искажения первоначального текста. Сначала стояло «τῷ ἁγίῳ — Ἀλεξάνδρῳ εὐσεβεῖ Εὐστάθιος», потом из эпитета «εὐσεβεῖ» сделали по недоразумению собственное имя «Εὐσέβιος» 4), Председателем собора и автором послания, конечно, мог быть, как это должен был, по Гарнаку, знать и фальсификатор, только Евстафий. На возражение Швартца, что предполагаемое такой конъектурой отделение предиката «εὐσεβεῖ» от других предикатов титула на деле не допустимо, Гарнак ответил лишь, что можно в таком случае конъектуру провести дальше; могло стоять в первоначальном тексте и так: «τῷ ἁγίῳ  εὐσεβεῖ Ἀλεξάνδρῳ» 5).

Еще более радикальную в известном смысле конъектуру предлагает для того, чтобы объяснить присутствие в послании неуместного «Евсевия», Д. А. Лебедев; со всей решительностью признавший подлинность и высокую важность этого документа еще до появления подробной аргументации Швартца против возражений Гарнака. Он думает, что «Евсевий»—простая вставка в послании без непосредственных оснований в самом тексте данного места, подобно тому, как бесспорными интерполяциями являются наименование в рукописях сборника, содержащего послание, адресата послания епископом «Нового Рима» и упоминание в самом послании о 318 отцах. В сирийском сборнике cod. Par, 62, где находится это послание, оно приписывается вместе с посланием собора, издавшего 25 канонов, антиохийскому собору ὀν τοῖς ὀγκαινίοις; вслед за канонами там

1) Schwartz, VI, 283— 4; VII, 332—336. 2) Лебедев, 1014—6(34—6).

3) Seeberg, 72—79, 4) Harnack, I, 487. 5) ΙΙ, 415.



876

стоит подпись Евсевия (кесарийского), его же имя занимаете первое место в латинском списке епископов этого собора. «Нельзя ли предположить, что кто-либо, уверенный, что спорное послание принадлежит собору, издавшему каноны, от себя вставил в его адрес имя Ευσέβιος, разумея под ним Евсевия кесарийского, председателя собора, издавшего каноны?» 1). Таким образом имя «Евсевий» должно быть выброшено из текста и председателем собора остается Евстафий.

Против возможности позднейшей вставки в данном случае едва ли можно возражать. Так как Евсевий «кесарийским» в упомянутой подписи не называется, то несообразность отлучения Евсевия собором, бывшим под его председательством, должна была остаться незамеченною интерполятором.

Но можно попытаться истолковать загадочного «Евсевия» и не прибегая к столь радикальной поправке текста, как совершенное устранение здесь собственного имени в качестве неправильно внесенной позднейшей вставки. Не отстаивая подлинности имени «Евсевий», но и не считая его лишь переделкой нарицательного эпитета «εὐσεβεῖ» или простою вставкой, можно думать, что под «Евсевием» в сирийском тексте скрывается на деле Осий кордубский 2).

1) Лебедев, 1016—7 (36—37).

2) Это предположение было некогда письменно сообщено мною Д. А. Лебедеву и упоминается им в его статье. Чрез эту статью оно сделалось известно Э. Зеебергу, но понято им (хотя с оговоркой), вследствие не во всем точной передачи его у Д. А. Лебедева (стр. 1017=37: „В хронике, изданной впервые Ландом под названием „Liber chalipharum“ и в хронике Михаила Сирийца Осий кордубский носит имя Евсевия. [В сирском имена Ὅσιος אוםיום и Εὐσἐβιος אוםביום представляют величины взаимно заменимые]“), таким образом, будто бы оно сводится к тому, что „Осий носил еще, как второе имя, имя Евсевия“. Seeberg, 69: „Brill[i]antow dürfte, wenn ich Lebedew recht verstehe, daran gedacht haben, dass Hosius als zweiten Namen den des Eusebius geführt habe“. Справедливо отстраняя это приписанное мне довольно странное—бесцельное и безосновательное—предположение, автор сам берет на себя задачу—попытаться „иначе подойти“ к тем местам сирийских хроник, где вместо „Осия“ стоит „Евсевий“, дает им то объяснение, которое единственно могло иметься и имелось в виду мною в данном случае, и резонно заключает, S. 71: „Nicht also hat Hosius auch den Namen Eusebius geführt, sondern—wie zwei Fälle in der Literatur



877

II.

Имя этого испанского епископа, писавшееся по-латыни в древности «Ossius», греками переделанное в «Ὅσιος» по созвучию с прилагательным ὅσιος, откуда затем явилась латинская форма «Hosius» 1), в сирийском языке передается неодинаково: 1) с одной стороны 2) הוםיום, ошибочные видо-

beweisen—ist Eusebius in Hosius verlesen worden“. В таком вице он признает гипотезу возможною, но не решается принять ее, так как не видит путей к более твердому ее обоснованию, и предлагает лишь ее вниманию и обсуждению читателя (S. 69—72, ср. 190). Приводимые в настоящем очерке соображения имеют целью показать, что в пользу этой гипотезы во всяком случае могут быть указаны некоторые основания и помимо факта встречающегося иногда смешения в сирийском письме имени „Осия“ с „Евсевием“, хотя вывести ее за пределы простой лишь вероятности пока и не представляется, по-видимому, возможным. Другой очерк будет касаться важного для выяснения обстоятельств созвания первого вселенского собора вопроса об анкирском соборе, упоминаемом в том же послании антиохийских отцов и в сохранившемся также лишь на сирийском языке послании Константина В. с приглашением епископов на собор в Никею.

1) Как доказывает на основании рукописных данных С. Н. Turner, Ossius (Hosius) of Cordova, в The Journal of Theological Studies, Vol. XII, № 46, 1911, January, p. 275—7, имя „Осий“ в действительности не имеет ничего общего с греческим прилагательным ὅσιος, и лишь по созвучию греческие писатели сближают его с этим словом (Афанасий, Apol. de fuga 5, Histor. Arian. 45: ὁ ἀληθῶς Ὅσιος). Правда, в латинских рукописях встречается и Hosius, но гораздо чаще стоит Osius; подлинною же древнейшею формою нужно считать Ossius. Так имя это передается и в некоторых латинских списках никейских отцов, так оно пишется в лучших рукописях сердикских канонов (Vat. Reg. 1997 (I) и Monac. 6243 (F2),—в последнем оно иногда заменяется странною формою Dyssius), в этом виде оно было известно и древним латинским писателям (Иларий, Libellus Marcellini et Faustini в Collectio Avellana, Августин, Исидор севильский). Имя это, очевидно, местного испанского происхождения, и Тернер сопоставляет его с нередко встречающимися в Испании географическими наименованиями, начинающимися с Oss-: Ossonoba, Osset, Ossigi. Таким образом, как замечает Тернер, латиняне вследствие греческого влияния стали употреблять форму этого имени „Hosius“ вместо своего первоначального „Ossius“, как это было и с названием „Sardiea“ вместо древнего правильного „Serdica“. (О последнем ср. В. В. Болотов, Либерий, епископ римский, и сирмийские соборы, в Христ. Чт. 1891, I, 511—517: „Сардина или Сердика“? Орфографический вопрос).

2) Borg. Sir. 82 (Vatic.) в списке никейских отцов. Schwlthess, 415.



878

изменения которого нужно видеть в 1) הויםיום и 2) םוםיום, и равнозначащим которому является (при обычном для греческих слов опущении ו = о) 3) וםיום, 2) с другой—4) אוםיום. Если форма с או в начале является, по-видимому, менее обычною, нежели форма с in, это вероятно объясняется влиянием прочно утвердившегося у греков Ὅσιος.

Но если в сирийском письме чрез או может передаваться греческое ὀ ὁ (ὠ, ὡ), то таким же образом там передается и греческое εὐ 5). Поэтому Εὐσέβιος транскрибируется чрез אוםביום или אוםבים (ср. также напр. Εὐστάθιος, Εὐφραντίων, Εὐψύχιος в списке отцов антиохийского собора).

При близком сходстве начертаний אוםביום и אוםבים, замена одного другим, и именно превращение первого, совершенно необычного для востока имени западного происхождения— «Осий», очень мало по-видимому распространенного и на западе 6), в общеизвестное и повсюду распространенное второе—

1) Brit. Mus. Add. 14528 (нач. VI в.), в списке никейских отцов. Cowper, Analecta Nicaena, 6. Schulthess, 415 (nota 2). В Geizer, Patrum Nicaenorum nomina, 96, где издан этот список с названием Index coenobii Nitrieusis, поправлено в הוםיום без какой либо оговорки.

2) Vat. syr. 179 (а. 1703), в „Documentum Nestorianum“, изданном сначала Göbller’ом в Oriens Christianus, 1901, p. 80 sq., и затем в 1905 г. Chabot в Corpus scriptorum Christianorum orientalium, Scr. syri, ser. III, t. IV, 3 (Chronica minora), textus, 37119, nota 2.

3) Список никейских отцов y Ebediesu († 1318) (с греческого архетипа, по Geizer, XXV), в codd. Vat. syr. 128 (а. 1557), 129 (а. 1331), 355. Geizer, 118.

4) Paris. 62, в переводе правил сердикского собора. Schultkess, 168 12 23 31, 169 17 30, 170 11 л, 171 3 и и etc. В Barhebraei Chronicon çcclesiasticum, ed. Lamy (1872), I, 69 (cod. Mus. Brit. 7198 Rich. s. XVI),

5) Те же буквы, между прочим, употребляются и для обозначения греческих αὐ-, οὐ-, ὑ-, ἑο-, Ср. примеры в С. Brockelmann, Leiicon Syriacum. Berlin 1895, p. 4—5: αὐτόματον, οὐσία, ὑπαρχία, ἑορταστικαί.

6) Имя „Осий“ не только лишь на востоке, но и вообще, по-видимому, в древнее время не было обычным. В Smitk and Wace, Diction, of Christ. Biography, III, 174, указывается, напр., кроме Осия кордубского, еще лишь один Осий—епископ лакедемонский, подписавшие ответное послание провинции Эллады в 458 г. на запрос императора Льва о халкидонском соборе (Mansi, VII, 612). С именем Ὅσιος встречаются еще два епископа в списках никейских отцов той редакции, где епископы не распределены по провинциям: в cod. Vat. Reg. 44, XIV в. (Geizer, 1. e.), Sinait. graec. 1117, XIV в. (В. H. Бенешевич, Синайский список отцов Никейского первого вселенского собора, в Известиях Имп. Академии Наук, 1908, 281—306) и в арабском переводе



879

«Евсевий», уже а priori должна быть признана вполне возможною. И сириец переписчик, и пользовавшийся рукописью

списка (Geizer, 1. с.). 1) Ὅσιος, ἐπίσκοπος Ἀσιανῶν (Geizer, 73, VІ74) = Ὅσιος Θασίας (Бенешевич, 301235) =’wsj’s ’lB’sj’s [Hosius Basias] (Geizer, 171, Х236). 2) Ὅσιος Δορτῶν (Geizer, 73, VI76) = Ὅσιος Δορετῶν (Бенешевич, 28842) — ’wsjbws ’lTwrtwtn [Hosi[b]us Dortō[t]n] (Geizer, 149, X47). Но значение этих списков пока еще не выяснено, и самое существование таких епископов неизвестных кафедр может подлежать сомнению. У архиеп. Сергия, Полный месяцеслов Востока. 2 изд. Владимир 1901, упоминаются, кроме Осий пророка (17 окт.) и „Осий исповедника, епископа кордувийского“ (27 авг.), еще „Осия исповедник в Асмануе в Эфиопии, † ок. 500'‘ (18 ноября) (1,693, по Müller, Allgem. Martyrologium 1860) и „свв. мучч. Амвросий и Осий“ (16 дек.), (II, 1, 386, на основании славянских святцев Спб. публ. библиот. № 51, начала XVII в.). О необычности на востоке имени „Осий“ может свидетельствовать отчасти напр. тот факт, что в армянском перевод списка никейских отцов Ὅσιος принято за прилагательное и передано словом „святой“: „σουrβ ἐπισκοποσν χαλαχιν Κουρδουβê“, sanctus episcopus urbis Curdubae (Gelzer, 186, 187, cf. ХХXIII).—На западе по-видимому это имя потом не было популярно в виду „отступничества“ бывшего исповедника и великого защитника веры в его последние годы и резких инвектив против него по этому поводу не только люцифериан, но и такого авторитета, как св. Иларий пиктавийский. В римской и вообще западной церкви святым Осий не признается и в западных календарях имени его нет. Не так отнеслась к заслуженному сподвижнику св. Афанасия В. в борьбе за веру, частью согласно с взглядом на него самого Афанасия, восточная церковь. Память Осия в ней чествуется 27 августа, как исповедника. См. архиеп. Сергий, II, 1, 259 (месяцеслов имп. Василия X в„ месяцеслов при греч. апостоле XI—XII в. моск. акад., месяцеслов при греч. евангелии XII в. киевск. акад., минеи Макария ХVI в.). Энергичную, но не удавшуюся попытку реабилитировать память Осия и достигнуть введения его почитания в западной церкви предпринял некогда и написал для этого обширное сочинение испанец иезуит Mich. Jos. Maceda, Hosius vere Hosius Ὅσιος ἀλὴθῶς Ὅσιος (s. Athan)., hoc est Hosius vere innocens, vere sanctus, dissertationes II. Bononiae 1790. (4°, XVI + 495 pp,: 1) de commentitio Hosii lapsu, 2) de sanctitate et cultu legitimo), (заглавие в Chevalier, Biobibliographie, l2, 2181). P. B. Gams, Die Kirchengeschichte von Spanien. И, 1. Regensburg 1864, S. 306, также находит нужным устранить „несправедливость“, которая допускаема была уже в течение пятнадцати веков по отношению к „одному ин самых великих мужей в церкви“, и последовать примеру восточной церкви в этом случае,—Нужно заметить, что имя „Осий“ и в славяно-русской передаче также подверглось некоторому искажению: обычно оно передается как „Осия“, по аналогии с именем пророка „Осий“, с которым оно однако не имеет ничего общего, как отмечает это В. В. Болотов, Лекции по истории древней церкви. IV’, 21. „Осия“, евр. תוֺשֵׁעַ греч. Ὡσηὲ, Ὡσῆε (также с Ὠ), лат. Osee, Hosea. (Volck в Hauck’s -RE3



880

как источником компилятор, весьма легко могли вообразить описку в бывшем у них тексте, пропуск буквы ב, встретив незнакомое אוםיים. Соблазн переправить предполагаемое неправильное чтение в «Евсевия» еще более мог увеличиваться, если «Осий» был известен уже в форме DI’Din.

И эта возможность перехода в сирийском письме «Осия» в «Евсевия» является не одним лишь предположением, но подтверждается и фактами. «Евсевий, אוםבים, епископ кордубский, который присутствовал и на соборе сердикском», стоит, напр., вместо Осия, в кратком перечислении епископов, бывших на первом вселенском соборе, какое находится в анонимной сборной хронике VIII в., изданной некогда еще Ландом (1872) под странным заглавием Liber Chalipharum и в последнее время Бруксом (1904) 1). То же самое можно видеть в изданной Шабо (1900) хронике Михаила Сирийца (1166—1199), в двух местах (но в смежных столбцах и строках на одной и той же странице) — в сообщении о Никейском соборе и в списке отцов этого собора, при чем в обоих случаях Осий на-

VIII, 371: „LXX urspr. Αυση, denn Ὡσηε ist hexapiarische Korrektur“). Неправильное название епископа кордубского „Осия“ является общераспространенным: его можно встретить в „Начертании“ Иннокентия, у прот. A. В. Горского, у проф. А. П. Лебедева, в учебнике Е. Смирнова, в „Месяцеслове“ арх. Сергия. Между прочим, „Hosea“ в Smith and Wace, Dict. III, 162, пресвитер епископа Авды, пострадавший вместе с ним при Издегерде I, по-сирийски называется תשׁו, Hašū (G. Hoffmann, Auszüge aus syr. Akten pers. Märtyrer. Lpz. 1880, S. 34—35).

1) J. P. N. Land, Anecdota Syriaca. I. Leiden. 1872. p; 20 (текст), 119 (лат. перевод). Corpus scriptorum Christianorum orientalium. Scriptores syri. Ser, III, t. IV, 2 (Chronica minora). Parisiis 1904. Chronicon miseellaneum ad annum Domini 724 pertinens. Ed. E.-W. Brooks, interpretatus est J.-B. Chabot. Textus, p. 15125-3; versio 117 2-3: Aderat quoque et Eusebius, episcopus Cordubae, qui et synodo Sardicensi interfuit. Хроника эта (автором третьей части ее был, по Ланду, пресвитер Фома) издана по cod. Mus. Brit. Add. 14643, VIII в., представляющему, как полагает Брукс, автограф компилятора (р. 62). Упоминая, что список халифов в конце рукописи, давший повод к придуманному Ландом названию, был напечатан Cowper'ом еще в 1856 г., Брукс не отмечает, что извлечения из этой хроники в английском переводе имеются в B. Н. Cowper, Syriae Miseellanies. London and Edinbourgh 1861, p. 75—92 (о Евсевии—Осий p. 89).



881

зывается представителем Рима и усвояемое ему имя «Евсевий» здесь пишется אוםביום 1).

Как появилось в указанных памятниках чтение «Евсевий» вместо «Осий», есть ли это заимствование из более ранних источников, или же описка или неправильная догадка самих авторов, или наконец—именно в труде Михаила— ошибка уже переписчиков, трудно сказать. Непосредственной зависимости последнего труда от первого во всяком случае не было; ничего неизвестно и о каком-либо общем для обоих источнике такого чтения. Оно, по-видимому, могло легко появляться и самостоятельно в разных памятниках 2).

1) Chronique de Michel le Syrien, Éditée pour la première fois et traduite en français par J.-B. Chabot. T. 1, 2. Paris 1900, 1. VII, cap. II. 1) В сообщении о соборе, p. 124а 19-20: םבר אוםביום הוו איתיהון קדמּיא דרומּי איתיה הלין. 244: Les premiers étaint: Eusebius, qui, je pense, était de Rome; Alexandre d’ Alexandrie avec Athanase, son disciple; Jacques de Nisibe, et Eustathius d’Antioche. 2) В списке отцов, p. 124b 19-20: קדטית אוםביֹום דרומּי הלין. 247: Premièrement ceux de Rome: Eueebios [далее в рукописи пропуск двух-трех слов, восполняемый Chabot таким образом: évêque de Cordoue;—Vito] et Vinquentos, prêtres, pour le pape. (У Seeberg'a, S, 70, сирийский текст p. 124» приведен в совершенно искаженном виде). В примечаниях Chabot поясняет в обоих случаях, что нужно читать вместо „Евсевия“ „Осий“. Хроника издана по эдесской рукописи. Неизвестно, как в данном случае обстоит дело в другой—зафаранской—рукописи и в арабском переводе (ср. В. Райт, Краткий очерк истории сирийской литературы. Перев. под редакцией и с дополнениями проф. Π. К. Коковцова. Спб. 1902, стр. 1804). В армянском переводе хроники (изд. 1871) в соответствующем первому месте читается, однако, р. 131—2: „и главными были следующие: Осий кордубский (Ουσιος Κουπτουβιοj), Витон и Викентий пресвитеры вместо папы римского, Александр алекс., Аристакест, Великой Армении и Малой Юлий [= Евлалий] севастийский, Евстафий антиох., Иаков низиб,“ (В французском переводе Langlois, 1868, р. 117: Александр алекс., Макарий иерусалимский, Аристакес, Осий, Витон и Викентий, Юлий, Иаков). Особого списка отцов собора в переводе не имеется.

2) Ср. Seéberg, 70—1. Из замечания у Михаила Сирийца: «Евсевий [который] был, я думаю, из Рима“, Зееберг делает вывод, что Михаил нашел „Евсевия“ уже готовым в своем источнике. Это замечание, однако, могло относиться у него и к неизмененному „Осию“. (В Index coenobii Nitriensis Осий если и не производится из Рима, то оказывается „епископом Кордубы, города Италии“. Gelzer, 96—7). Судя же по армянскому переводу, вместо этого замечания нужно бы ожидать в тексте Михаила чего-либо в роде „Витон и Викентий, пресвитеры из Рима», и вместо „Евсевий“ —„Осий“. Можно думать, между прочим, что и указанное выше арабское ’wsjbws (Gelzer, 149, X42) появилось как замена „Евсевием“ Осия (ср. 149, X«: ’wsjws).



882

В cod. Paris. 62, в сборнике, по мнению Schulthess’a, составленном на основе западного источника, имя «Осий» в правилах сердикского собора передается чрез אוםיום 1). Можно отсюда думать, что эта же форма имени Осия стояла первоначально и в сирийском переводе антиохийского послания, которое сохранилось между прочим именно в этом кодексе (и кроме того в Vatic. syr. 148). Появление здесь в последующее время вместо «Осия» «Евсевия» таким образом вполне естественно.

Очевидно при этом, что соображения, приводимые Д. А, Лебедевым в доказательство возможности вставки имени «Евсевия», как находящегося непосредственно пред антиохийским посланием, в подписи вслед за канонами собора ὀν ὀγκαινίοις, с не меньшим удобством могут быть применены и к предположению о превращении лишь бывшего уже ранее в послании «Осия» в «Евсевия»,—в совершенно по существу иное, но по особенностям сирийской транскрипции весьма сходное по написанию с «Осием» имя.


III.

Но если, таким образом, во главе собравшихся в Антиохии епископов, осудивших арианство еще до никейского собора, а упорных сторонников Ария — Феодота лаодикийского, Наркисса нерониадского и Евсевия кесарийского—отлучивших на время от общения, стоял, согласно с новооткрытым памятником, Осии, возникает вопрос: можно ли в сохранившихся о знаменитом испанском епископе и его деятельности сведениях найти какие-либо данные, которые так или иначе подтверждали бы факт его присутствия и хотя бы лишь почетного председательствования на антиохийском соборе?

Так как об этом соборе по тем или иным причинам предпочитают впоследствии, насколько известно, не говорить explicite не только сторонники Ария, но и защитники никейской веры (св. Афанасий В.), то, очевидно, и относительно участия и роли на нем Осия можно ожидать лишь тех или иных непрямых указаний. При этом, в виду такого отношения к этому собору знавших о нем, но может быть намеренно избегавших упоминать о нем древ-

1) Ср. выше, стр. 8784.



883

них авторов, значение может иметь уже простое констатирование того, что вообще в исторических известиях об обстоятельствах того времени нет чего-либо такого, что противоречиво бы предположению об Осий, как участнике и председателе собора, и делало бы его невозможным или мало вероятным ').

1. Вполне понятно, если ничего не говорит ни о соборе, ни об участии в нем Осия Евсевий кесарийский, как ни своем послании к пастве из Никеи после своей реабилитации, так и в позднейшем панегирике императору — «Жизни Константина». Он сам был осужден на этом соборе под председательством Осия, и для него естественно было избегать потом упоминания об этом неприятном инциденте. Но во втором из названных произведении совсем обойти молчанием то исключительное положение, какое Осий вначале занимал при Константине, и в частности его роль в истории арианского спора, было почти невозможно, и он говорить о нем, хотя не называет его прямо по имени, именно рассказывает о посольстве его Константином в Александрию с письмом к Александру и Арию для их примирения.

Осий выступает при этом в рассказе Евсевия исключительно как орудие примирительной политики императора и характеризуется как «τὰ πάντα θεοσεβὴς ἀνήρ» 2). Несомненно, в роли примирителя, согласно намерению и прямой инструкции (νεῦμα) императора, Осий и выступал прежде

1) Об Осий вообще подробно говорит Р. В. Gams, Die Kirchengeschichte von Spanien. В. II, 1, 137—309; III, 2, 484—9. Regensburg 1864,1879. Cp. также статьи о нем T. D. C. Morse в Smith and Wace Diet. of Chr. Biography, III (1882), 162—174. F. Loofs в Hauek’s Realencyelopädie für prot. Theol. und Kirche, VIII (1900), 376—382. H. Leclercq, L’ Espagne chrétienne. 2 cd. Paris 1906, 90—120.

2) V. C. If, 63, ed. Heikel, p. 66—7: узнав о распрях в Египте, император παραχρῆμα τῶν ἀμφ’ αὐτὸν θεοσεβῶν ὃν εὖ ἠπίστατο βίῳ σώφρονι πίστεως τ' ἀρετῇ δεδοκιμασμένον, ἄνδρα λαμπρυνόμενον εὖ μάλα ταῖς ὑπὲρ εὐσεβείας ὁμολογίαις κατὰ τοῦς ἔμπροσθεν χρόνους, βραβευτὴν εἰρήνης τοῖς κατὰ τῆν Ἀλεξανδρείαν διεστῶσιν ἐκπέμπει, γράμμα τ’ ἀναγκαιότατον δἰ αὐτοῦ τοῖς τῆς ἐρεσχελίας αἰτίοις ἐπιτίθησιν. Далее следует, II, 64—72, текст письма Константина к Александру и Арию. II, 73, р. 71: Ὁ μὲν δὴ θεοφιλὴς, ᾧδε τὰ πρὸς εἰρήνην τῆς ἐκκλησίας τοῦ θεοῦ διὰ τῆς καταπεμφθείσης προυνόει γραφῆς. διηκονεῖτο δὲ οὐ τῇ γραφῇ μόνον συμπράττων άλλὰ καὶ τῷ τοῦ καταπέμψαντος νεύματι καλῶς κάγαθῶς (al. καλὸς κάγαθος) καὶ ἧν τὰ πάντα θεοσεβὴς ἀνήρ, ὡς εἴρηται.



884

всего в Александрии, хотя он очень скоро определил, на какую сторону он должен стать в споре. И если он затем прибыл из Александрии в Антиохию, он и здесь, нужно думать, при крайне обостренных отношениях между пылким Евстафием и его противниками—защитниками Ария, пытался действовать сначала именно в духе примирения. Поэтому, если он в конце концов и согласился на временное отлучение упорных сторонников Ария, то главным виновником своего осуждения Евсевий мог считать не его, но своего противника в области богословия—антиоригениста Евстафия, которому de facto и принадлежала, конечно, руководящая роль на соборе и с которым потом у Евсевия открылась резкая полемика после никейского собора. Возможно поэтому, что и похвальными эпитетами Евсевий наделяет в «Жизни Константина» Осия (ни разу, однако, как замечено, не называя по имени) не по желанию лишь возвысить славу Константина похвалами избранному им выполнителю его планов, но и вследствие уважения к личному характеру кордубского епископа и его заслугам пред церковью в предшествовавшее возникновению арианского спора время, хотя он и оказался председателем собора, осудившего самого Евсевия 1).

1) Если Осий (Osius), по поручению которого Халкидий перевел на латинский язык диалог Платона „Тимей“, сопроводив его комментарием, и который даже сам хотел взяться за это дело, есть не кто иной, как Осий кордубский, то, очевидно, у него, не смотря на его западное происхождение и западный образ мыслей, могло быть в известном смысле больше точек соприкосновения с почитателем платонизирующего Оригена Евсевием, чем у решительных анти-оригенистов — Евстафия и Маркелла анкирского (Евстафий впрочем в сам ссылается на Платона в De engastrimytho с. Orig. 28, и как показывает пример Мефодия олимпского, полемика против Оригена не исключала еще сама по себе зависимости от Платона), В рукописях, сохранивших этот перевод, утверждается прямо это тождество, Халкидий при этом называется диаконом или архидиаконом, и нет, по-видимому, особых оснований относиться с сомнением к этим сообщениям. Ср. М. Schanz, Geschichte der Römischen Litteratur. IV, 1. Munchen 1904, S. 126—127. Нужно заметить затем, что если Осий действительно даже и сам намеревался переводить „Тимея“, это показывает в нем степень знания греческого языка, которая делает еще более понятной его выдающуюся роль на востоке при Константине и дает в частности основание заключать, что он мог быть не номинальным лишь председателем на восточных соборах, но мог руководить соборными заседаниями и обращаться к греческим епископам и с вопросами и с словом убеждения на их родном языке.



885

Таким образом, едва ли можно в сообщениях Евсевия об Осий усматривать какое-либо несогласие с предполагаемою ролью Осия на соборе в Антиохии.

В заключительном же замечании Евсевия о безуспешности письма Константина и миссии Осия в Александрию и о большем даже после того усилении распри и распространении «зла» на все восточные провинции 1) не содержится ли отдаленный намек и на антиохийский собор, на котором и для самого Евсевия впервые ощутительно сказалось следствие этой распри и участие в «котором принимали, вероятно, и такие епископы из восточных, которые раньше по спорному вопросу не высказывались?

Сообщение Евсевия в находящемся несколько далее рассказе о никейском соборе о присутствии на соборе Осия едва ли может давать основания для каких-либо выводов по данному вопросу. Своеобразное название, употребленное при этом для обозначения Осия, «ὁπάνυ βοώμενος», показывает лишь, какое значение и какую известность на востоке имел тогда Осий 2).

2. Интересное известие об Осий сохранилось от другого отлученного на антиохийском соборе епископа, Наркисса нерониадского. Находится оно также у Евсевия, в его сочинении, против Маркелла анкирского, и именно в приведенной Евсевием выписке из книги самого Маркелла. По словам последнего, ему пришлось читать письмо Наркисса к некоему Христу, Евфронию и Евсевию, где он сообщает, что Осий епископ спрашивал его, признает ли и он, подобно Евсевию палестинскому, две сущности (δύο οὐσίας) [в

1) V. С. II, 73, Heikel, 71 (продолжение приведенного выше текста): τὸ δὲ ἦν άρα κρεῖττον ἧ κατὰ τὴν τοῦ γράμματος διακονίαν, ὡς αὐξηθῆναι μὲν ἐπὶ μεῖζον τὴν τῶν διαμαχομένων ἔριν, χωρῆσαι δ’ εἰς πάσας (al. εἰς ἀπάσας) τὰς ἀνατολικάς ἐπαρχίας τοῦ κακοῦ τὴν ὁρμήν. ταῦτα μὲν οὖν φθόνος τις καὶ πονηρος δαιμων τοῖς τῆς ἐκκλησίας βασκαίνων ἀγαθοῖς κατειργάζετο.

2) V. С. III, 1, Heikel, ρ. 80: αὐτῷν τε Σπάνων ὁ πάνυ βοώμενος εἷς ἠν τοῖς πολλοῖς ἅμα συνεδρεύων. Едва ли нужно и можно напр. усматривать в этих словах желание Евсевия отметить, что и знаменитый, игравший незадолго пред тем особую роль (председателя), Осий теперь должен был сидеть наряду со всеми другими (τοῖς πολλοῖς), когда председателем фактически являлся сам император, содействовавший в Никее реабилитации Евсевия. Судя по общему смыслу рассказа, Евсевий хочет лить указать, что и отдаленная Испания имела в ряду участников собора представителя, именно—известного всем Осия.



886

Боге]; Наркисс отвечал в том смысле, что он верует в бытие трех сущностей 1).

Если отождествлять «некоего Христа» (очевидно еще не епископа) с тем Христом, который поставлен был епископом в Никею вместо сосланного чрез 3 месяца после никейского собора Феогния 2), то получается как terminus

1) С. Marc. 1, 4, 39 [I, 25], Klostermann, p. 26 (cf. 202—203): καὶ μεθ’ ἕτερα ἐπιλέγει [Маркелл] ἐντυχὼν γὰρ Ναρκίσσου τοῦ Νερωνιάδος προεστῶτος ἐπιστολῇ ἣν γέγραφεν πρὸς Χρηστόν τινα καὶ Εὐφρόνιον καὶ Εὐσέβιον, ὡς Ὁσίου τοῦ ἐπισκόπου ἐρωτήσαντας αὐτον, εἰ, ὥσπερ Εὐσέβιος ὁ τῆς Παλαιστίνης δύο οὐσίας εἶναι φησιν, οὔτως καὶ αὐτὸς λέγοι, ἔγνων αὐτὸν ἀπὸ τῶν γραφέντων τρεῖς εἶναι πιστεύσιν οὐσίας ἀποκρινόμενον,

2) Soz. I, 21, cp. Socr. I, 8, Η; Philost. I, 10. Что Христ и Амфион, поставленные вместо Феогния и Евсевия никомидийского, были, по Niceph. Call. h. e, VIII, 18 (Migne, S. gr., t, 146, с. 73 В), из τῶν εὐσεβούντων μάλιστα, это едва ли может служить возражением против возможности обращения к Христу с письмом арианствующего Наркисса, на ряду притом еще с такими адресатами, как Евфроний и Евсевий; Христ мог и изменить свои первоначальные взгляды после никейского собора. В Евфронии нужно, конечно, видеть того Εὐφρόνιον τὸν πρεσβύτερον, πολίτην ὄντα τῆς κατὰ Καππαδοκίαν Καισαρείας, которого Константин потом, по низложении Евстафия, рекомендовал собравшимся в Антиохии епископам (между ними Феодоту Лаодикийскому и Наркиссу) в качестве преемника Евстафия, на ряду с Георгием, тогда пресвитером арефусским (V. С. III, 62); избран был Евфроний, а Георгий потом был преемником Феодота в Лаодикии. Третий адресат—Евсевий, есть вероятно тот Евсевий, ученик Патрофила скифопольского и Евсевия кесарийского, который был потом (341) епископом эмисским и биография которого была написана упомянутым Георгием (Socr. II, 9). При Евстафии еще он прибыл в Антиохию; Евфроний хотел возвести его в священный сан, но он ушел в Александрию. Потом, по возвращении в Антиохию при Флакилле, он быль выдвигаем Евсевием константинопольским (никомидийским) в качестве кандидата на александрийскую кафедру, но был поставлен в конце концов в Эмису, однако не был там сначала принят вследствие подозрений в занятиях астрологией (ὡς μαθηματικὴν ἄσκούμενος), искал убежища в Лаодикии у Георгия и при содействии последнего водворен был на кафедре Флакиллом антиохийским и Нарциссом. Все эти данные делают вероятными близкие отношения его и к Наркиссу и к Евфронию уже в 324—325 гг., когда имели место соборы антиохийский и Никейский. Если бы было известно, что в Антиохию при Евстафий он прибыл уже в 324 г., до бывшего там собора, равным образом, если бы можно было с уверенностью утверждать, что Евфроний, πολίτης каппадокийский, был пресвитером уже тогда и именно в Антиохии, можно бы почти с достоверностью полагать, что письмо Наркисса было пи-



887

ad quem написания письма Наркисса конец 325 г. Когда-то еще ранее имел место разговор с Наркиссом Осия. Во всяком случае, этот последний факт, если даже и не настаивать на тождестве Христа-адресата письма с указанным Христом, нельзя ставить слишком далеко после никейского собора, так как нужно думать, что Осий недолго оставался после собора на востоке, и сам Константин в следующем 326 г. отправился на запад.

Встреча и разговор с Наркиссом могли быть, очевидно, или на соборе в Никее, или на соборе в Антиохии. Первое может представляться более вероятным, так как в Никее именно был обсуждаем и принят термин ὁμοούσιος и в связи с этим и мог быть поставлен Наркиссу Осием вопрос об одной или двух οὐσίαι. Но не исключается, по-видимому, возможность и того, что это происходило в Антиохии. Нет ничего невероятного в том, что речь об этом термине велась уже и в Антиохии и еще ранее в Александрии, и он не ex abrupto выдвинут был в Никее; но Евстафий и антиохийские отцы могли признать для себя не совсем удобным вводить в употребление этот термин в виду известного отношения к нему антиохийского же собора 269 г., и лишь собор никейский своим авторитетом устранил всякие колебания относительно его уместности 1).

сано им в Антиохию и именно после никейского собора. На рассматриваемый отрывок из Маркелла обращал внимание напр. Th. Zahn, Marcellus von Ancyra. Gotha 1867, S. 22, В третьем адресате—Евсевии—Цан видит Евсевия никомидийского; но Евсевий никомидийский конечно был бы поставлен на первое место, и нет оснований думать, чтобы кто-либо из трех адресатов был епископом. У А. Орлова, Тринитарные воззрения Илария пиктавийского. Сергиев Посад 1908, стр. 175 и, по недоразумению утверждается, что у Евсевия сохранено письмо Осия к Наркиссу. В тексте нет оснований вообще для вывода, что Осий письменно обращался к Наркиссу. Seεberg, 94, это место приводит лишь в доказательство близости Наркисса к Евсевию кесарийскому.

1) О восточном происхождении и характере термина ὁμοούσιος ср. между прочим Е. Schwartz, Kaiser Constantin und die christliche Kirche Leipzig 1913, S. 118—120 (с ссылкой на K. Holl, S. VI—VII). Ориген был против применения этого термина к Лицам Св. Троицы. Ср. В. В. Болотов, Учение Оригена о Св. Троице, Спб, 1879, стр. 268—277. У Филосторгия между прочим сообщается, что Александр александрийский, еще до никейского собора, поспешил прибыть в Никомидию морем раньше Ария и его сторонников, путешествовавших по суше чрез Палестину, Финикию, Сирию и Киликию, и убедил здесь Осия и



888

Сам по себе ответ Наркисса, что он признает τρεῖς οὐσίαι, вполне гармонирует с проявленным им именно в Антиохии упорством, хотя он мог быть дан и в Никее, так как естественно предположить, что и он, подобно Евсевию, не сразу согласился в Никее подписать символ с учением о единосущии. Следует при этом заметить, что Маркелл, сам участник никейского собора, знает о содержании ответа Наркисса лишь из письма его (ἔγνων αὐτὸν ἀπὸ τῶν γραφέντων ἀποκρινόμενον); в Общем заседании собора в Никее, когда Маркелл мог бы сам быть свидетелем бывшего между Осием и Наркиссом рассуждения, оно, очевидно, во всяком случае не имело места. В послании антиохийского собора между тем прямо говорится, что трем упорствовавшим епископам, Феодору, Наркиссу и. Евсевию, были на соборе предлагаемы вопросы, равно как и они ставили вопросы, на основании чего и выяснилось их согласие с арианами 1). В числе этих вопросов мог быть и тот вопрос Осия, о котором Наркисс говорит в своем письме.

Относились ли эта встреча и разговор к антиохийскому собору, или же к Никейскому,—из отрывка письма Наркисса открывается, что внимание Осия привлекали воззрения не только Евсевия кесарийского, но и Наркисса, и это делается вполне понятным именно в виду антиохийского послания, если бы вопрос был поставлен Осием и в Никее.

3. В 343 (по Швартцу 342) Осий председательствовал на соборе в Сердике. Восточные епископы, прибыв в Сердику в количестве 80 (в том числе и Наркисс), отказались участвовать в соборе и написали из Сердики 2) обширную энциклику, в которой провозгласили низложенными Юлия римского, Осия, Протогена сердикского, Гавдентия

бывших с Осием епископов утвердить на соборе единосущие. Philost. h. e. I, 7, Bidez, p. 8-9 (у Фотия: συνοδικαῖς ψήφοις ἀνομολογῆσαι—ὁμοούσιον τῷ πατρὶ τὸν υἱόν, и в более подробном рассказе в Vita Constantini, Cpd. Angelic. gr. 22: κυρῶσαι τὸ ὁμοούσιον). Об οὐσία и ὑπόστασις cp. Socr. III, 7, 12.

1) В переводе Швартца, S. 278 s: ἐξ ὧν ἠρωτήθησαν καὶ ἠρώτησαν, ἠλέγχθησαν ὁμοδοξοῦντες τοῖς μετ’ Ἀρείου καὶ ἐναντία τοῖς προκειμένοις φρονοῦντες.

2) Как говорят они сами в послании, п. 23. По Сократу. II. 20, они устроили собор в Филиппополе и оттуда писали послания (будто бы с анафематствованием ὁμοούσιον и утверждением ἀνόμοιον, что не вероятно).



889

наисского и Максимина трирского, за их защиту осужденных ранее восточными епископов—Афанасия В., Маркелла анкирского и других. Изыскивая против своих противников всевозможные обвинения, Осию они ставят, между прочим, в вину то, что он, когда был на востоке, то находился в близких дружественных сношениях (adhaerebat pessime et carus fuit), кроме Павлина, «епископа Дакии», другом которого он был, с Евстафием и также Киматием, что он, изначала (ab initio) будучи в союзе с подобными лицами и благоволительно, относясь всегда к преступным людям, действовал во вред церкви и оказывал всегда (semper) помощь врагам Бога 1).

Здесь имеются в виду какие-то особые отношения Осия между прочим к Евстафию. Возможно, что эти дружественные отношения начались именно со времени пребывания Осия в Антиохии, и его помощь Евстафию во вред арианству могла выразиться прежде всего в принятии им на себя почетного председательства на устроенном Евстафием соборе 2).

1) Hilarii pictav. fragm. hist. III, η. 27 (Migne, s. lat., t. 10, с. 674 ВС): Sed Ossium (damnavit omne concilium] propter supradictam causam [=общение с Маркеллом и Афанасием и некоторыми другими] et propter beatissimae memoriae Marcum, cui graves semper injurias inrogavit: sed et quod malos omnes pro criminibus suis digne damnatos totis viribus defendebat, et quod convixerit in Oriente cura sceleratis ac perditis. Turpiter namque Paulinо quondam episcopo Daciae individuus amieue fuit, boinini qui primo de maleficiis fuerit accusatus et de Ecclesia pulsus, usque in hodiernum diem in apostasia permanens cum concubinis publice et meretricibus fornicetur, cujus maleficiorum libros Macedonius episcopus atque confessor a Mopso combussit. Sed et Eustasio et Quimatio adhaerebat pessime et carus fuit, de quorum vitae infamia turpi dicendum nihil est: exitus enim illorum eos omnibus declaravit. His itaque ac talibus junctus ab initio Ossius, sceleratis semper favens, contra Ecclesiam veniebat, et inimicis Dei semper ferebat auxilium.

2) Совершенно невыясненными, по-видимому, остаются пока отношения Осия и к другим упоминаемым в послании лицам. Неизвестно, кто такой „блаженнейшей памяти Марк“, которому Осий „причинял всегда тяжкие обиды“. В числе никейских отцов упоминаются Μάρκος Στάνδου в Лидии (Gelzer, Index restitutos, № 136; Σιλάνδου, по Lequien, Blandum или Blaundum, по Ramsay; cf. Gelzer, p. 247), Καλαβρίας (№ 206) и Βοίας в Ахаии (№ 213; = Εὐβοιας, p, 239); это же имя носил преемник Сильвестра на римской кафедре (336 январь 18—октябрь 7), может быть тождественный с трудно объяснимым „Марком“ в адрес письма Константина к папе Мильтиаду (Eus. h, e, X, 5,18), и в таком случае



890

4. Если от арианствующих обратимся к защитникам никейской веры, то по-видимому, нужно бы ожидать упоминания об антиохийском соборе и участии в нем Осия у св. Афанасия В. Однако, и он, подобно Евсевию, по тем или иным основаниям умалчивает о самом соборе, и поэтому нельзя и от него требовать прямых указаний на роль на этом соборе Осия.

В приводимых Афанасием в его «Апологии против ариан» (ок. 350 г.) посланиях мареотского клира отцам тирского собора и гражданским властям можно находить, по крайней мере, некоторые данные относительно пребывания Осия в Александрии, которые могут бросать свет и на деятельность его в Антиохии, если признать, что он потом отправился туда. В первом из этих документов сообщается, что когда Осий был в Александрии, там созван был собор, в котором принимал участие Осий и на котором был низложен рукоположенный пресвитером Кол-

бывший влиятельным деятелем еще до возведения на кафедру. Не менее загадочным является „Павлин, некогда епископ Дакии“, individuus amicus Осия, низложенный по обвинению в занятиях магией (de maleficiis) и проводивший, по заявлению восточных, недостойную жизнь и во времена сердикского собора. Созомен (III, 11) или читал в послании вместо «Δακίας» „Ἀντιοχείας“, или сам лишь по недоразумению назвал этого Павлина антиохийским. Отсюда, доверяя показанию Созомена, Э. Зееберг (1. с. 104—105) (подобно Valois) полагает, что этого Павлина и нужно видеть в упоминаемом бл. Иеронимом Павлине— предшественнике Евстафия на антиохийской кафедре; низложен он был самими православными. Но вернее принимаемое Д. А. Лебедевым (853=23) мнение Лекиена, Ляйтфута и Гуоткина, что предшественником Евстафия был Павлин, перешедший в Антиохию из Тира и вскоре затем скончавшийся. Вопрос о Павлине, „другом“ которого был Осий, остается таким образом открытым. Если не отождествлять его с Павлином, епископом Ἀδάνων в Киликии, присутствовавшем и на антиохийском (вероятно, № 31) и на никейском (№ 89) соборах (за это отождествление может говорить до некоторой степени то обстоятельство, что обличителем его, сжегшим его книги, явился именно киликийский епископ— Македоний мопсуэстийский, бывший на тех же соборах и затем в Сердике), то нужно предполагать существование еще особого Павлина. Едва ли можно согласиться с С. Л. Епифановичем (Труды Киевской дух. Ак. 1913, янв. 132), что это—известный пресвитер Павлин, глава евстафиан. Не имеется, по-видимому, каких-либо данных для уяснения отношений Осия и к Киматию—антарадскому (в Финикии), но не палтскому (в Килисирии), если в упоминании об „exitus“ его и Евстафия видеть указание на конец жизни, так как Киматий палтский был в живых еще в 362 г.



891

луфом Исхира 1). Из употребленного же во втором документе выражения, что тогда «общим собором Осия и бывших с ним епископов» и сам Коллуф, вообразивший себя епископом, возвращен в пресвитерское состояние 2), можно заключать, что Осию на александрийском соборе принадлежало—по крайней мере почетное—председательство, т. е. та самая роль, с которой он выступает и на антиохийском соборе, если видеть именно его в поставленном выше Евстафия «Евсевии» новооткрытого послания этого собора.

Разумеется, факт создания антиохийского собора и роль на нем Осия должны были быть в свое время хорошо известны Афанасию. И может быть, говоря в «Апологии о своем бегстве» (357—358) об Осий: «Какой бывал собор, которого он не был руководителем? И не убеждал ли он всех, рассуждая право? Какая только церковь не хранит наилучших воспоминаний о его предстоятельстве?» 3), Афанасий имел в виду не только лишь александрийский, никейский и сердикский соборы, но и антиохийский. И ариане, по Афанасию, жаловались на Осия, как председателя или руководителя созывавшихся для противодействия им соборов 4).

5. Историки-синоптики V века, Сократ, Созомен и Феодорит, не говорят об участии Осия в антиохийском соборе; но они ничего не знают и о самом соборе. Сведениями, которые они сообщают об истории арианского спора до никейского собора, они обязаны в конце концов «Жизни Константина» Евсевия и сборнику соборных документов Савина.

1) Athan. apol. c. arian. п, 74 (Bright, р. 88): [Ίσχύρας] ἐπὶ τῆς συνόδου τῆς συγκροτηθείσης ἐν Ἀλεξανδρείᾳ, ἐπὶ τῇ παρουσίᾳ τοῦ πατρὸς ἡμῶν. Ὁσίου καθηρέθη, καὶ λαῖκὸς συνήχθη.

2) Ibid. n. 76 (ρ. 90): ὑπὸ γὰρ Κολλούθου τοῦ πρεσβυτέρου φαντασθέντος ἐπισκοπὴν, καὶ ὕστερον ὐπὸ κοινῆς συνόδου Ὁσιου καὶ τῶν σὺν αὐτῷ ἐπισκόπων κελευσθέντος πρεσβυτέρου εἶναι, καθὸ καὶ πρότερον ἦν, κατεστάθη [Ίσχύρας], В виду этого совершенно определенного заявления совсем неуместным является сомнение Гефеле (Р, 281) по поводу п. 74, присутствовал ли Осий на самом соборе в Александрии.

3) Ароl. de fuga, n. 5 (Bright, p. 161): Ποίας γὰρ οὐ καθηγήσατο συνόδου; Καὶ λέγων ὀρθώς, οὐ πάντας ἔπεισε; Ποία τις ἐκκλησία τῆς τούτου προστασίας οὐκ ἔχει μνηαεῖα τὰ κάλλιστα;

4) Hist. arian. ad mon. n. 42 (p. 212): οὖτος καὶ συνόδων καθηγείται, καὶ γράφων ἀκούεται πανταχοῦ. οὖτος καὶ τὴν ἐν Νικαίᾳ πίστιν ἐξέθετο, καὶ τοὺς Ἀρειανοὺς ἐκήρυξεν αἰρετικοὺς εἶναι πανταχοῦ.



892

Но у Созомена при этом есть своеобразная особенность в сравнении с Сократом и Феодоритом. Он сообщает, что Осий послан был императором не только в Александрию для примирения споривших о догме, но и на восток для устранения разногласия по вопросу о праздновании пасхи 1),

Рассказ Созомена в данном случае (I, 16) признают неудачной комбинацией известий, взятых из Сократа (Евсевия) и Савина 2), и в сообщении о двух целях его путешествия видят не более лишь как собственную его догадку 3). Предположение, что мы имеем дело у Созомена с его лишь неправильным выводом, вполне возможно. Однако, возможно и то, что Созомен, вообще более внимательно относившийся к общим у него с Сократом источникам 4), имел в них и какие-либо указания для своего категорического утверждения о путешествии Осия не только в Александрию, но и на восток. Если Константин уже до отправления Осия был более или менее заинтересован вопросом о пасхе, он мог дать то или иное поручение ему и об этом предмете, когда тот отправлялся в Александрию, хотя бы это дело отступало на второй план пред главною его задачею. Но для надлежащего ознакомления с этим делом он именно и должен был бы после Александрии посетить еще и Антиохию 5).

1) Sozom. h. e. I, 16, 5, Hussey. I, p. 79—80: πέμπει ἄνδρα διαλλάξοντα τοὺς ἐν Αἰγύπτῳ διὰ τὸ δόγμα στασιάζοντας, καὶ τοὺς πρὸς ἕω περὶ τῆν ἑορτὴν διαφερομένους ἠν δέ οὖτος. Ὅσιος ὁ Κορδούβης ἐπίσκοπος. Созомена, очевидно, повторяют Никита Хониат и Никифор Каллист. Nie. Chon. Thesaur. V, 5 (Migne, s. gr., t. 139, с. 1366 В): Hosium — — Alexandriam ablegat, ut eos reconciliet, qui seditionem ibi super dogmate concitabant, atque illos etiam, qui in Oriente de Paschae festo digladiabantur. Niceph. Call. h. e. VIII, 12 (Migne, S. gr. t, 146, e. 52 D): τοῦτον μετὰ γραμμάτων τοῖς ἐν Αἰγύπτῳ στασιάζουσιν ἔπεμπε, καταλλάξαι τε καὶ εἰς ὁμόνοιαν ἀγαγεῖν. ἔτι δὲ καὶ τοῖς περὶ τὴν ἑορτὴν διαφερομένοις κατὰ τῆν ἔω τῆν συμφωνίαν βραβεῦσαι,

2) Ε. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius. VII. Nachrichten, 1908, H. 3, S. 363.

3) G. Schoo, Die Quellen des Kirchenhistorikers Sozomenos. Berlin 1911, '. S. 137.

4) Schoo, 12, 18.

5) Если сообщение Созомена является даже простым недоразумением, то можно и в этом случае думать, что именно от прибывшего с востока Осия император получил точные известия о пасхальных разногласиях на востоке. Ср. у Евсевия о мотивах созвания никейского



893

Таким образом, если у современных Осию авторов нет прямых и решительных указаний на поездку его в Антиохию и участие в бывшем там соборе, то нет ничего и такого, что противоречило бы предположению об этом. Имеются во всяком случае данные, которые с удобством могут быть истолкованы в пользу этого предположения. Созомен же говорит прямо о его миссии и на восток.


IV.

И в общем ходе событий, из которых слагается история арианского спора в доникейскую его стадию, начиная с утверждения власти Константина на востоке, насколько эта история ныне может быть воспроизведена на основании прежде известных и вновь открытого памятника, путешествие Осия в Антиохию и его председательство на противоарианском соборе не представляют, по-видимому, ничего неестественного и непонятного 1).

собора Константином. V. С. III, 5, Heikel, р. 79: ὃς ἐπειδῆ τῆν τῶν λεχθἐντων διἐγνωακοήν (о пасхальных спорах) τὸ τε καταπεμφθὲν αὐτῷ γράμμα τοῖς κατὰ τὴν Αλεξάνδρειαν ἀπρακτον ἑώρα, τότε τῆν αὐτὸς ἑαυτοῦ διάνοιαν ἀνακινήσας, ἄλλον τουτονὶ καταγωνιεῖσθαι [δεῖν] ἔφη τὸν κατὰ τοῦ ταράττοντος τῆν ἐκκλησίαν ἀφανοῦς ἐχθροῦ πόλεμον. Что Осию поручено было императором заняться вопросом и о пасхе, это принимает и В. В. Болотов, Лекции по истории древней церкви. IV, 21.

1) Вопрос о годе хрисопольской битвы (18 сентября), окончательно отдавшей под власть Константина восточную половину империи, с давних пор решается неодинаково: в пользу и 323 года (J. Godefroy, Tillemont), и 324 (Valois). Обычно в новейшее время принималась первая дата. Но теперь, возникший по этому вопросу в последние годы спор (Mommsen, Ed. Schwartz. Viereck—323, Seeck, Collinet, Jouguet, Maurice— 324), по заявлению W. Liébenam, Fasti consulares Imperii Romani. Bonn 1910, S. 120, „darf—durch die von Jouguet veröffentlichten papyri des Museums in Kairo zu gunsten des letzteren datums als erledigt gelten“ (cp. также Hefele— Leclercq, Hist. de conciles, 1907, I, 1, 418i: „La date 324 est définitivement démontrée par P. Jouguet, En quelle année finit la guerre entre Constantin et Liciuius? dans les Compt. rend, de l’Acad. des inscr. 1906, p. 231-236“). С комментарием издал феаделфийский папирус Seeck в Rhein. Museum, 1907, В. 62, 519—532. Литература вопроса указана у Liébenam, 1. с. Швартц, признавая, очевидно, возможным истолковывать (подобно Vиегеск’у в Archiv fur Papyrusforschung, 1908) новые данные иначе, нежели толкуют их сторонники 324 г., продолжает держаться даты 323 и в последнем своем труде: Kaiser Constantin und die christliche Kirche. Lpz. 1913, S. 90,—Следует во всяком случае заметить, что против 324 года едва ли можно возражать, указывая на недостаточность времени между 18 сентября 324 года и 19 июня 325 для



894

К этому периоду относятся документы:

1) прежде всего послание Александра александрийского к Александру фессалоникскому (Theodor. I, 4); terminus post

того, чтобы могли совершиться в этот промежуток все предполагаемые в нем события из истории арианского спора (Schwarte, IV, Nachrichten, 1904, 5, S. 542, на него ссылается Viereck, 1621). Два собора сторонников Ария, в Вифинии и Палестине (Soz. I, 15), могли быть еще до запрещения Ликинием епископам составлять соборы (Eus. V. С. t, 51), так как в действительности неизвестно ни время этого запрещения (νόμος), ни время, когда были эти соборы. Вели предположить затем, что Осий отправился в Александрию вскоре же после хрисопольской победы, то 9 месяцев будет достаточно и для путешествия Осия в Египет и на восток, где в Антиохии он мог принять участие в соборе, бывшем в конце 324 или начале 325 г., и для рассылки затем Константином посланий епископам с приглашением их на собор, в Никею и прибытия самих епископов в этот город к 19 июня 325 г. Что касается вопроса о „великом соборе в Анкире“, то и с этой стороны в данном случае не представляется никаких затруднений, если принять высказываемое ниже предположение об этом соборе. Нужно иметь в виду при этом, что Константин приглашал епископов прибыть в Никею с возможною поспешностью (Eus. V. С. III, 6,1: σπεύδειν ἀπανταχόθεν προκαλοῦμενος; ср. самое послание Константина), распорядившись о бесплатном содействии им почтовых учреждений (νεῦμα, οἶς μὲν ἐξουσίαν δημοσίου παρέχον δρόμου οἶς δὲ νωτοφόρων υπηρεσίας ἀφθονους); разумеется, приложены были прежде всего заботы и к возможно быстрому распространению пригласительного послания его во всех концах империи (сам император в своей, передаваемой Евсевием III, 12, 3, речи на соборе говорит: οὐκ ἐν δευτέρῳ τῆν ἀκοὴν [о неожиданной для него распре епископов] ἐθέμην — τοὺς πάντας ἀμελλήτως [al. ἀμελητὶ, ἀμελλητὶ] μετεστειλάμην [al. συμμετεστειλάμην]).—Обстоятельства созвания никейского собора едва ли, таким образом, можно ставить в параллель с обстоятельствами созвания именно ефесского собора 431 г. (указ 19 ноября 130 г., собор должен был открыться 7 июня 431 г., чрез 6 месяцев 18 дней, в действительности открылся лишь 22 июня), как делает это Д. А. Лебедев (стр. 1023=43), полагающий вообще, что „4-х месяцев по тогдашним условиям было слишком мало для того, чтобы епископы имели возможность поспеть во время в Никею“, и на этом основании слишком, кажется, уверенно относящий и указ Константина о соборе в Никее, и предшествовавший указу антиохийский собор к осени 324 года, и таким образом как бы совсем не допускающий возможности, чтобы и то и другое имело место уже в 325 г. На деле, из примера созвания ефесского собора 449 г. видно, что для приглашения на вселенский собор считался достаточным срок именно в 4 месяца (указ 30 марта 449 г., собор назначен на 1 августа, открылся 8); а из примера даже такого грандиозного собора, как халкидонский, видно, что смотрели как на достаточный для этого и на срок, даже меньший 31/2 месяцев (указ 17 мая 4.ύ1 г., собор назначен в Ефесе на 1 сентября, открылся после при-



895

quem послания—победа Константина над Ликинием, и вместе

глашения отцов из Ефеса в Халкидон лишь 8 октября). Как показала история собора 431 г., длинный срок тогда сопровождался лишь значительным опозданием и восточных епископов с Иоанном антиохийским во главе, и римских легатов. Зееберг (S. 223) возвращается к употребленному Швартцем обозначению антиохийского собора, как собора „324/5“ года,—Между прочим, на возражение о недостаточности времени для миссии Осия в случае признания 324 года годом хрисопольской битвы отвечал выдвинувший впервые в новое время эту дату О. Seeck, Die Zeitfolge der Gesetze Constantine, в Zeitschrift für Rechtsgeschichte, röm. Abt., X (1889), S. 193—4. По его мнению, собор никейский мог быть назначен Константином еще до отправления Осия, и миссия последнего должна была иметь именно подготовительное по отношению к собору значение; в таком случае 8-месячный промежуток до собора окажется достаточным (Зеекк принимает как дату собора 20 мая, р. действительности ошибочно стоящую у Сократа, I, 13, вместо 19 июни, так как Сократ очевидно читал в своем источнике πρὸ δεκατριῶν καλανδῶν Ἰουνίων вместо Ἰουλίων). Обращает Зеекк внимание также на приведенное выше заявление самого Константина о поспешном созвании им собора (V. С. III, 12, -3). На краткость времени от момента издания указа до срока явления на собор может указывать, по мнению его, и очень сравнительно малое количество западных епископов (если именно не причислять к западу греческого Иллирика), прибывших на собор; он думает при этом, что даже и бывшие на соборе представители латинского запада, напр. Цецилиан карфагенский, Марк калабрийский, Никасий дижонский, также и римские пресвитеры, могли находиться на востоке ко времени созвания собора по каким-либо делам независимо от приглашения на собор; а для Домна стридонского расстояние до Никеи было не больше, чем и для александрийского или кесарийского епископа.—Однако в предположении о назначении собора еще до отправления Осия и о нахождении указанных представителей латинского запада при Константине помимо приглашения на собор (как бы ни объяснять малое число западных на соборе) нет необходимости. Указанные выше аналогии соборов 449 и 451 гг. и отмечаемая прямо и неоднократно в источниках особая поспешность в созвании собора дают основания считать не слишком поздним временем для указа императора о соборе и первые месяцы 325 г. И в этом случае могли получить приглашение и прибыть в Никею епископы даже отдаленных краев запада и востока. Путь напр. из Бордо до Константинополя можно было совершить в полтора месяца (см. Болотов, Лекции, IV, 23). С другой стороны, от Селевкии—Ктисифона (в Персии) до Нисивина (Низибии) было около 18—19 дней пути, и отсюда до Антиохии—13—14 (Болотов, Из истории церкви сиро-персидской. Христ. Чт. 1900,1,435). От Антиохии напр. до Ефеса—30—33 дня (Болотов, Из церковной истории Египта. III. Христ. Чт. 1892,1,82). Из Антиохии в Константинополь, путешествуя, правда, с совершенно исключительной поспешностью, почти без отдыха, можно было прибыть и в 5 дней, как показывает пример магистра Кесария в 387 г. (6. Sievers, Das Leben des Ubanius. Berlin 1868, S. 182).



896

адресат — Александр фессалоникский, а не византийский, установлены В. В. Болотовым;

2) письмо Константина к Александру александрийскому и Арию, посланное с Осием (Eus. V. С. И, 64—72);

3) новооткрытое послание антиохийского собора к Александру фессалоникскому;

4) письмо Константина с приглашением епископов на собор в Никею вместо Анкиры.

Имея в виду факт отправления посланий Александром александрийским и антиохийским собором к Александру не византийскому, а фессалоникскому, и предполагая путешествие Осия в Антиохию и его участие в бывшем там соборе, можно следующим образом представлять ход событий в указанное время.

В самом начале истории арианского спора при Константине нужно поставить письмо Александра александрийского к Александру фессалоникскому, В. В. Болотов предполагает даже, что может быть получение этого письма Александром фессалоникским и его заявление Константину по этому поводу и вызвало ближайшим образом посольство императором Осия в Александрию с письмом самого Константина к Александру александрийскому и Арию 1). Но Константин мог отправить Осия и независимо от внушений Александра, сразу после окончательной победы над Ликинием.

В Александрии Осий, на соборе, на котором он занимал первое место, успел уладить лишь коллуфианское дело, но убедился в безуспешности привести Ария в соглашение с Александром. И так как догматический спор уже давно вышел за пределы Александрии и Египта и за Арием стоял ряд влиятельнейших епископов в Малой Азии и на востоке (соборы в Вифинии и Палестине, Soz. I, 15), то приходилось считаться уже не с Арием только, а и с этими его защитниками. Естественно предположить, что если не для решения дела, то для окончательного его выяснения, Осий на обратном пути из Александрии в Никомидию, к Константину, посетил и Антиохию, если даже он и не имел специального поручения об этом от императора (но Созомен говорит даже прямо о таком поручении). Там он мог собрать точные сведения и о восточном протопасхитстве.

1) Theodorotiana, 154.



897

В Антиохии, незадолго пред тем перешедший сюда, по смерти сочувствовавшего Арию Павлина, из Верии Евстафий, воспользовавшись, может быть, именно прибытием Осия, созвал немедленно, по образцу Александрии, собор, председательство на котором было предоставлено Осию. Импонирующим влиянием приближенного к царю, покровителю христиан после недавнего гонения Ликиния, маститого западного епископа (Осию было тогда около 70 лет) и энергией решительного Евстафия объясняется частью, может быть, то замечательное единогласие, какое было достигнуто на соборе; три упорствовавших епископа были подвергнуты временному отлучению. Послание от имени собора решено было отправить к влиятельному Александру фессалоникскому, подобно тому как незадолго пред тем к нему же обращался Александр александрийский,—с тем чтобы он сообщил о нем «всем единодушным братиям». Особое послание о том же, как сообщает составитель сборника, где находится рассматриваемое послание, антиохийские отцы отправили еще в Италию. Главным деятелем на соборе, был, разумеется, устроивший его Евстафий 1) и им, нужно думать, было составлено или редактировано антиохийское послание. Но так как почетным председателем собора был Осий и его прибытие было поводом к собору, то послание написано от имени Осия 2). Сам Осий принимал активное участие в рассужде-

1) Если даже предположить, что уже по прибытии в Антиохию Осия и при его содействии состоялось самое избрание Евстафия на кафедру (к нему в Верию Александр александрийский уже обращался ранее с особым посланием, Theodor. I, 4, и о его правоверии и ревности Осий мог получить сведения еще в Александрии), т. е. что Осию принадлежала роль более или менее сходная с тою, которую Швартц и Зееберг усвояют Евсевию исаврийскому, то и в таком случае Евстафий мог сразу же выступить на соборе главным действующим лицом.

2) В переводе Швартца, S. 273 8—9, 12—16: ἀκόλουθόν ἐστιν καὶ τῇ σῇ ἀγάπῃ γνωσθῆναι τὰ ὑπὸ τ' ἐμοῦ τε καὶ τῶν ὁσίων ἀδελφῶν ἡμῶν — — κεκινημένα τε καὶ πεπραγμένα — — ἐλθῶν γὰρ εἰς τὴν τῶν Ἀντιοχέων καὶ ἰδών τῆν ἐκκλησίαν λίαν ταραχθεῖσαν ζιζανίοις διὰ τῆς ἐνίων διδασκαλίας καὶ στάσεως καλῶς ἔχειν ἔδοξέ μοι μὴ ὐπ’ ἐμαυτοῦ μόνου τὸ τοιοῦτον ἀποβληθῆναι καὶ ἀπωσθῆναι, ἀλλὰ καὶ παρορμῆσαι δεῖν τοὺς ὁμοψύχους ἡμῶν καὶ συλλειτουργοὺς κτλ. Между прочим, выражение τὰ ζιζανιώδη φυτουργῆματα в приложении к арианскому учению встречается и в отрывке из сочинения Евстафия, приведенном у Феодорита 1, 8, 4.



898

ниях, когда были предлагаемы вопросы несогласным епископам и давались разъяснения на вопросы их самих.

Трем отлученным епископам собор назначил срок для раскаяния я убеждения в истине—предполагаемый «великий и священный собор в Анкире». Но когда Осий возвратился к Константину с отчетом о своем путешествии, вместо Анкиры собор назначен был в Никее. Как видно из сохранившегося письма императора с приглашением епископов на никейский собор, первый вселенский собор был созван в Никее именно вместо предполагавшегося сначала собора в Анкире. Но вопрос об этом «великом и священном соборе в Анкире» заслуживает особого рассмотрения.

А. Бриллиантов.



Страница сгенерирована за 0.38 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.